ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Собаки будут бить нас, – испуганно прошептала Чайка.

– Наверное, – мрачно кивнула Казарка.

– Хорошо бы только Чайку с Казаркой.

Вечером пленниц загнали в загон еще до захода солнца. Когда туда вошли Собаки, Чайка задрожала, забившись в угол. Затравлено озиралась Казарка. Сивуч, Который Спит долго стоял, всматриваясь в лица, а потом подошел к пленницам поближе и щелкнул пальцами. Росомаха и Хорек, Который Ходит Ночью выбежали из загона. Все ждали, повернув головы к воротам. И вот у входа появилась странная толпа. Это были женщины, одетые в грязные рваные шкуры. Все они с трудом ковыляли, неестественно выворачивая ноги.

– Вот, – показал Сивуч. – Эти хотели бежать, но больше бегать не будут. Даже хорошо ходить уже не смогут. Собаки перебили им кости. Кости срослись, но… Вот смотрите. – И он снова указал на женщин.

Женщины подошли ближе, и вздох ужаса пробежал по толпе пленниц. Страшные шрамы покрывали лица женщин. У одной не было ушей. Ноздри обрезанного носа смотрели вверх у другой, у третьей вместо волос на голове были бледно-розовые шрамы.

– Эти делают самую грязную работу, – снова повернулся к пленницам Сивуч. – И даже если соплеменники отобьют их у Собак, кому они нужны такие? Помните это. Они хотели бежать.

Он повернулся и вышел из загона, а за ним, понурясь, поплелись изуродованные женщины. А Росомаха и Хорек подгоняли их, подкалывая копьями, и хохотали, когда пленницы от боли пытались бежать и падали, поскуливая жалобно и горько.

У Желтой реки жило очень много Собак. Девушки Птиц часто видели плоты, которые спускались вниз по течению или поднимались вверх. Встречали они и лесных Собак, отличая их по одежде. Если хозяева пленниц носили всегда длинные плащи и кожаные штаны, а голову покрывали шапочками, то лесные Собаки одевали кожаные юбки и куртки, а голову украшали рогами оленей или перьями. Они не ходили в гости к хозяевам пленниц, но иногда присылали свои охотничьи отряды и вместе загоняли диких лошадей в большие загоны, где потом убивали. Впрочем, убивали не всех, а часть оставляли про запас, и пленницы должны были рвать траву и таскать воду пленным животным.

В степи паслось много сайгаков, джейранов, лошадей, ослов. Подобраться к ним было очень трудно, поэтому приходилось рассыпаться по степи длинной цепью и загонять животных в засаду или загон. И даже после удачной охоты чужие Собаки никогда не заходили в стойбище хозяев, а, забрав свою долю добычи, уходили домой.

Бывали у Собак и совместные военные походы. Тогда все воины приводили в порядок щиты, шлемомаски и вытаскивали копья более короткие, чем охотничьи.

Но хозяева пленниц не посылали больших отрядов, хотя и не запрещали молодым воинам присоединяться к отрядам чужих.

– Наверное, – сказала Конюга, – им хватит добычи на этот год. Хватит и пленниц. А когда мы умрем, они пойдут за новыми пленницами. Может, опять в земли Птиц, а может, в другие…

Надежда освободиться угасала с каждым днем.

Глава 31

ЗЛАЯ СТРАНА

Снег выпал, когда Волк и его товарищи снова увидели скалистые горы. А через несколько дней начался буран. Он застал их в открытой степи, где негде было укрыться.

Молодые охотники привыкли к ветрам. Они часто дули в их приморской стране: слабые, которые замечаешь только по свежести на лице; средние, поднимающие пыль на утоптанной площадке; сильные, сдувающие траву, ломающие деревья, и очень сильные, которые уносили вигвамы, укрепленные тяжелыми каменными глыбами. Но такого ветра они не могли даже представить себе. Это был не ветер. Это была сплошная стена из мелкого сухого снега и ледяного крошева. Казалось, что она твердая, как камень, но в отличие от неподвижной каменной стены давила с непреодолимой силой. Идти навстречу ей было просто невозможно. А если подставить ветру спину – могло унести и расшибить о ствол дерева или скалу, засыпать ледяным крошевом. Проваливаясь по пояс в снег в ложбинах, скользя по замерзшей почве на склонах, крепко держа друг друга за руки, охотники упрямо шли наискось от ветра. А он менял направление, давил твердым воздухом, сбивал с ног, катил по насту до ближайшей неровности, где мгновенно засыпал высоким сугробом. И приходилось коченеющими руками разгребать эти сугробы, прорывать ход в наветренную сторону и снова идти, согнувшись до земли, меняя направление. Они оглохли от рева и свиста бурана, ослепли от снега в сплошной белой мгле, но шли неведомо куда.

Первый не выдержал Лесной Кот. Его ослабевшая рука выскользнула из руки Лиса, хотя Лис крепко сжимал его ладонь. Буран выхватил Кота из живой цепочки и унес, а Лис вырвал ладонь из руки Волка и, повернувшись спиной к ветру, хотел броситься вслед за унесенным товарищем, но тут же упал, сбитый с ног тяжелым телом Ворона. А сверху на них навалился Волк, обнимая товарищей, прижимая к снегу.

– Лежи, – прокричал Ворон в ухо Лису, – ему уже не поможешь.

Гремящий мост - i_050.png

– И все равно не найдешь, – прокричал Волк, и голос его казался слабым и тихим, как будто бы Волк кричал издалека.

И снова они брели наискосок к бурану, теряя последние силы. Очень хотелось лечь, укрыться снеговым одеялом, отдохнуть. Но молодые охотники понимали, что лечь – это значит замерзнуть, что единственное спасение в открытом поле – это движение.

– Если не найдем укрытия, погибнем, – прокричал Ворон на ухо Волку. – Долго нам не выдержать.

И они нашли укрытие. Вернее, нашел его ветер. В очередной раз он сбил с ног ослабевшего Лиса, тот потянул за собой друзей, и все вместе они ударились об огромный валун. К счастью, большой сугроб, наметенный с наветренной стороны, смягчил силу удара. Охотники сумели заползти за валун, где снега было меньше, и сугробы, выросшие со всех сторон, образовали уютную снеговую пещеру. Там они и пролежали несколько дней, плотно прижавшись друг к другу, изредка подкрепляясь сухим мясом. И большую часть времени спали, убаюкиваемые воем бешеной снежной бури. Как и все охотники, они умели расслабиться и спать в любых условиях. Кроме того, когда человек много спит, меньше уходит сил. Да и ест он намного меньше. А запасов у охотников оставалось совсем мало.

Буран кончился, и они побрели под серым небом по унылой белой равнине. Все неровности, кустарник, деревья были занесены снегом, и охотникам не из чего было сделать лыжи. Поэтому шли очень медленно, часто проваливаясь в ямы, овраги, промоины. Не было и дичи – ее разогнал буран, она пряталась в лесах или ущельях, а может, животные замерзли и лежали здесь под снегом, по которому шли охотники.

– Это злая страна, – говорил Лис, осматривая заснеженную равнину. Волк помалкивал.

Припасы кончались, но Гремящий мост был уже недалеко; грохот его доносился даже сюда, за несколько переходов.

– Что-то слишком громко шумит, – озабоченно покачал головой Волк.

Через два дня небо на закате окрасилось заревом, а еще через три дня его охватило пламя. Дрожала земля, сплошной грохот закладывал уши. Огненные столбы поднимались над Гремящим мостом, а когда ветер дул со стороны моря, воздух наполняли резкие запахи серы и еще чего-то, от чего охотники начинали кашлять, задыхались и отплевывались.

– Когда пирует Хозяин, лучше не выходить на охоту, – задумчиво сказал Лис. Этот закон каждый охотник знал еще с детства.

– Идти туда сейчас – смерть, – кивнул Ворон.

Но все-таки они подошли поближе. Опаляющее дыхание Огненной страны растопило снег, и сначала охотники шли среди луж по увядшей траве. Потом лужи исчезли, и навстречу им потекли горячие ручьи. Раскаленный воздух обжигал лицо, кашель раздирал грудь, и они повернули обратно, отошли подальше. Здесь, на холме, они прожили дней десять. Когда им казалось, что Огненные горы затихают, они шли к Гремящему мосту, но снова горы начинали плясать, и охотники возвращались.

Кончились припасы, а животные, распуганные грохотом и смрадным дыханием гор, убежали отсюда. Путники начали голодать.

32
{"b":"28654","o":1}