ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

До свидания!

Салли.

Четверг, 2-е мая.

Дорогая Джуди!

Какой невероятный вихрь происшествий! П.Д.Г. совсем запыхался. Между прочим, я скоро решу задачу, что делать с детьми, пока у нас хозяйничают плотники, водопроводчики и каменщики. Вернее, ее решил за меня мой драгоценный брат.

Сегодня утром я осмотрела запасы белья и сделала ужасное открытие: у нас хватает простынь ровно настолько, чтобы менять постель раз в две недели. Оказывается, этот обычай существует здесь с незапамятных времен. И вот когда я в самом разгаре забот носилась со связкой ключей у пояса, совсем как хозяйка средневекового замка, кто должен ввалиться, как не Джимми?

Я была страшно занята и поцеловала его на бегу прямо в кончик носа, а потом отправила осмотреть местность под руководством двух старших мальчиков. Они набрали шестерых приятелей и стали играть в баскетбол. Джимми вернулся побежденным, но в полном восторге, и согласился продлить свой визит до понедельника, хотя после того обеда, которым я его угостила, он решил, что столоваться будет в гостинице. За кофе у камина я посвятила его в мои заботы о том, что делать с цыплятами, пока будет строиться новый инкубатор. Ты ведь знаешь Джимми. Не прошло и минуты, как план у него был готов.

— Построй Адирондакский лагерь на площадке у рощи. Ты можешь поставить три открытых навеса, на восемь коек каждый, и перевести туда на лето двадцать четыре старших мальчика. Это и двух центов не будет стоить.

— Да, — возразила я, — но человек для надзора за ними обойдется немножко дороже!

— Очень просто, я найду тебе товарища по университету, который с удовольствием возьмется за это дело на каникулах, а ты его корми и заплати какой-нибудь пустяк. Только кормить придется лучше, чем меня.

Часов в девять, обойдя лазарет, заглянул доктор Мак-Рэй. У нас три случая коклюша, все они изолированы, других не предвидится. Как эти три к нам попали — объяснить не могу.

Джимми набросился на него, чтобы он поддержал его проект, и доктор загорелся. Они взяли карандаш и бумагу, набросали план и еще до ночи разработали его до последнего гвоздя. Просто успокоиться не могли, пока не подошли к телефону и не подняли какого-то злосчастного плотника. Он вместе со строительными материалами заказан на завтра, к восьми часам утра.

В половине одиннадцатого я, наконец, избавилась от них, а они все еще толковали о балках, перекладинах, стоках и отвесных крышах.

Приезд Джимми, кофе и все эти разговоры так взбудоражили меня, что я немедленно засела за письмо к тебе, но все же оставлю детали на другой раз.

Всегда твоя

Салли.

Суббота!

Милый недруг!

Не пообедаете ли Вы с нами сегодня в семь часов? Это настоящий званый обед, будет мороженое. Мой брат нашел для наших мальчиков многообещающего молодого человека — может быть, Вы его знаете? Мистер Уизерспун из Принстона. Я хочу ввести его в круг приютской жизни постепенно, поэтому, пожалуйста, не упоминайте об эпилепсии, алкоголизме или о каком-нибудь еще из Ваших излюбленных предметов.

Он жизнерадостный молодой человек, избалованный жизнью. Как Вы думаете, заставим мы его полюбить приют Джона Грайера?

Ваша, в отчаянной спешке,

Салли Мак-Брайд.

Воскресенье.

Дорогая Джуди!

В пятницу Джимми пришел в восемь часов утра, а доктор — в четверть девятого. С тех пор они оба, вместе с плотником, новым огородником. Ноем, нашими двумя лошадьми и восемью старшими мальчиками, работают не покладая рук. Никто и никогда не строил с такой скоростью. Хорошо бы иметь не одного, а дюжину Джимми! Впрочем, должна оговориться: мой братец работает так энергично лишь в пылу первого увлечения. Он не совсем подходит для постройки средневекового собора.

В субботу утром он явился, весь сияя от новой мысли. Накануне вечером он встретил в гостинице товарища по университету, члена Канадского охотничьего клуба. Сейчас он служит в нашем первом (и единственном) банке.

— Прекрасный парень, — сказал Джимми, — и как раз такой, который нужен для лагерной жизни с вашими ребятами. Он их вымуштрует. К вам он пошел бы за прокорм и сорок долларов в месяц, потому что у него в Детройте невеста и он хочет скопить немного денег. Я сказал ему, что ваша еда ни к черту не годится, но если он поскандалит, ты, скорее всего, раздобудешь другую кухарку.

— Как же его фамилия? — спросила я с затаенным любопытством.

— Первый сорт! Его зовут Перси де Форест Уизерспун.

У меня чуть не сделалась истерика. Представь себе человека с таким именем во главе двадцати четырех маленьких дикарей!

Но ты ведь знаешь, какой бывает Джимми, когда ему взбредет что-нибудь на ум. Он уже пригласил мистера Уизерспуна ко мне пообедать и заказал на субботу устриц, омаров и мороженое, чтобы скрасить нашу телятину. Кончилось тем, что я устроила настоящий званый обед, пригласив на него мисс Мэтьюз, Бетси и доктора.

Я даже чуть не пригласила С.У. и мисс Снейс. С тех пор как я с ними знакома, у меня такое чувство, что между ними непременно должен быть роман. Никогда не встречала двух людей, которые бы так подходили друг другу. Он — вдовец с пятью детьми. Как ты думаешь, нельзя ли это как-нибудь устроить? Если бы у него была жена, она бы заняла его внимание, и это отвлекло бы его немного от нас, а я бы одним махом избавилась от них обоих. Надо будет включить этот пункт в число наших будущих нововведений.

Итак, у нас был званый обед. И чем дольше мы обедали, тем больше я беспокоилась — не о том, подойдет ли Перси нам, а о том, подойдем ли мы для него. Если бы я искала по всему свету, я не нашла бы молодого человека, более подходящего для наших мальчиков. Стоит только взглянуть на него, чтобы убедиться: все, что он делает, он делает хорошо — по крайней мере, руками и ногами. В его литературных и художественных талантах я немного сомневаюсь, зато он ездит верхом, стреляет, гребет, играет в футбол и баскетбол. Он любит спать под открытым небом и любит мальчишек. Его очень заинтересовали сиротки; он много читал о них, но ему не приходилось с ними возиться. Мне просто не верится, что он действительно наш!

Прежде чем уйти, Джимми и доктор раздобыли откуда-то фонарь и повели мистера Уизерспуна через вспаханное поле осмотреть его будущее обиталище.

Ух, какое воскресенье мы провели! Несмотря на все мои протесты, наши мужчины работали без передышки и с возрастающим увлечением. Чем больше я изучаю мужчин, тем больше убеждаюсь, что они — просто мальчишки, слишком выросшие, чтобы их шлепать.

Я ужасно озабочена тем, как мы будем кормить мистера Уизерспуна. Судя по его внешности, у него здоровеннейший аппетит, и в то же время — такой вид, точно он не может проглотить и куска, если он не во фраке. Я уговорила Бетси послать домой за сундуком вечерних туалетов, дабы поддержать наше светское достоинство. Одно хорошо — он завтракает в гостинице, а завтраки у них, по слухам, очень сытные.

Скажи Джервису, как я жалею, что он не с нами и не может вбить первый гвоздь для нашего лагеря. Караул! С.У. идет по дорожке. Господи, спаси!

Твоя несчастная

С. Мак-Брайд.

Приют Джона Грайера,

8-е мая.

Дорогая Джуди!

Наш лагерь готов, наш энергичный брат уехал, наши двадцать четыре мальчика провели две ночи под открытым небом. Три навеса, крытые корою, придают местности очень милый, деревенский вид.

Они похожи на наши, Адирондакские — закрыты с трех сторон, открыты спереди. Один больше других, это — отдельный коттедж для мистера Уизерспуна. Рядом, в хижине, — все для купания: три крана в стене и три кувшина. Каждый лагерь выбрал своего купального старосту, который становится на стул и по очереди обливает дрожащих купальщиков. Раз наши попечители не дают нам достаточно ванн, придется прибегать к собственным изобретениям.

16
{"b":"28658","o":1}