ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мэттью, кольцо прекрасно. Оно мне безумно нравится. — Она с трудом удерживалась от слез. — Пожалуйста, надень его мне на руку.

— Я хочу, чтобы оно стало частью тебя. Частью нас. Оно напоминает мне звезду, — произнес он так прочувствованно, что по спине Кэсси пробежали мурашки. — Напоминает твои глаза. Я хочу, чтобы ты знала до разговора с твоими родителями, ты — моя путеводная звезда. Я хочу, чтобы мы с тобой навсегда соединили наши жизни. — Он надел кольцо ей на палец и поднес ее руку к губам.

— Навсегда, Мэттью, — искренне ответила Кэсси.

И все же дню, который начался так замечательно, суждено было завершиться провалом. Когда они прибыли в особняк Стерлингов, горничная провела их через роскошно обставленный дом, полный прекрасной мебели, картин, антиквариата — невозможно было решить, на что смотреть в первую очередь, — в просторную гостиную в конце здания. Из нее открывался захватывающий вид на бухту. Мэттью по достоинству оценил обстановку и даже ощутил укол зависти. Кроме того, он отчетливее, чем когда-либо, представил себе, от чего Кассандра готова отказаться.

Она выросла в этом роскошном доме, в то время как они с матерью узнали горький вкус бедности в те ужасные годы до их переезда в Северный Квинсленд, где им на помощь пришли такие люди, как Марси.

Яркий свет слегка ослепил его, и он не сразу разглядел троих людей, которые сидели рядом на удобных диванах в одном конце комнаты. Три головы повернулись в сторону Кэсси и Мэттью: две мужские и одна женская. Двое мужчин, высоких, хорошо сложенных, встали им навстречу, и на мгновение Мэттью показалось, что он сошел с ума.

Как такое возможно? Когда его глаза привыкли к свету, он решил, что перед ним стоит сам дьявол во плоти.

Джон Макалистер.

Наконец-то. На лице Джона Макалистера застыло выражение полной растерянности. Мэттью испытывал те же чувства, но в тот момент заметил только, что вокруг них прошелестел взволнованный шепот и воцарилась тишина.

Стоя позади него, Кэсси побледнела от ужаса. Ее отец мог бы по крайней мере предупредить, что придет Джон Макалистер. Но в этом и состояло проклятие их семьи. Каждый поступал, как ему хочется, не советуясь друг с другом.

Ее отец, немного оправившись от шока, заговорил первым:

— Ради бога, Кассандра, что это значит? — В первый раз его голос звучал не столь самоуверенно, как обычно.

Ее мать тоже заговорила, подавшись вперед, не веря собственным глазам. Как могло получиться, что незаконнорожденный сын Джона Макалистера стоит сейчас перед ними?! Рядом с их дочерью. Это не укладывалось в ее голове. Если бы Анита Стерлинг не была настолько шокирована, она наверняка оценила бы по достоинству облик их гостя. Молодой человек с огненной шевелюрой и блестящими голубыми глазами являл собой точный портрет Джона, написанный много лет тому назад. В кабинете Макалистера в «Монако-Даунс» этот портрет занимал почетное место, и сама Анита не раз им восхищалась. А теперь перед ними живой двойник, из плоти и крови?

Сам Макалистер ухватился за спинку стула, пытаясь обрести опору.

— Кассандра, будь так любезна, сообщи нам имя своего друга, — рявкнул Стюарт Стерлинг. Как будто он не знал. Это сын Джона. Невероятное сходство между ними не оставляло места сомнениям.

— Только не говорите, что не знаете, мистер Стерлинг. — Звучный голос Мэттью бросал вызов всем присутствующим, заполняя собой комнату. Его физическое превосходство не позволяло пропустить его слова мимо ушей. — Меня зовут Мэттью Карлайл. Это девичья фамилия моей матери. Я никогда не знал своего отца. — При этом он бросил взгляд, полный презрения, на внушительную фигуру пожилого седовласого человека, который слушал его молча, переживая неимоверную муку. Казалось, ему сейчас станет плохо.

Стюарт Стерлинг повернулся к Макалистеру с выражением глубокого смущения на лице.

— Будь уверен, Джон, мы и понятия не имели об этом знакомстве. Кассандра ни словом даже не намекнула… Мы ни разу не видели этого молодого человека.

— Да, это так характерно для вас, — протянул Мэттью. — Мой отец тоже ни разу меня не видел. До сих пор.

Он мог бы с тем же успехом прокричать об этом на весь город.

Анита Стерлинг, бледнея на глазах, быстро подошла к дочери, глядя на нее бешеными глазами. Стюарт был связан с Джоном как дружескими, так и тесными деловыми отношениями.

— Ты за это заплатишь, Кассандра, — яростным шепотом произнесла она. — Я всегда говорила, что ты очень странная девушка.

— Это должно было произойти. — У ее матери перехватило дух от того, каким мрачным тоном это было сказано. Но теперь Кэсси была уверена в своей правоте. Она побледнела не меньше, чем мать, и на ее лице не осталось ничего, кроме горящих глаз. — Разве ты не видишь? Это должно было случиться. Я тоже понятия не имела, что у нас в доме будет гость. Отец ни разу не упомянул о том, что позвал сэра Джона.

— Ты думаешь, я тебе поверю? — Анита Стерлинг нервно хохотнула. — Ты что, совсем глупая или сумасшедшая?

— Пока вы подыскиваете оскорбления побольнее, миссис Стерлинг, — вмешался Мэттью, которому с первого взгляда не понравилась эта худая элегантная женщина, — хочу сказать, что никогда не приехал бы сюда, знай я, кто будет у вас в гостях.

Стюарт Стерлинг присоединился к своей жене, в его глазах светился гнев.

— Послушайте, молодой человек, не думайте, что мы поверим вам на слово. Каким-то образом до вас с Кассандрой дошли слухи, кого мы сегодня ждем. Сэр Джон часто навещает нас, когда приезжает в Сидней. Многие об этом знают. Например, шеф Кассандры.

— Я так понял, вы хорошие друзья? — Мэттью одними губами улыбнулся отцу Кэсси.

— Мы знакомы более двадцати лет, если это вообще вас касается, — почти грубо ответил Стюарт.

— Почему ты мне ничего не сказала, Кассандра? — Мэттью неожиданно обратился к Кэсси, которая вся сжалась.

— Не было удобного случая, Мэттью. — Она в отчаянии подняла голову, чувствуя, что он перестает ей верить.

К Джону Макалистеру, молчавшему до сих пор, вернулся дар речи.

— Не знаю, имеет ли это для тебя какое-то значение, Мэттью Карлайл, но я расплатился сполна страданием за свои ошибки. — Он осторожно пересек комнату.

— Вы представить себе не можете, что значит страдать. — Мэттью ответил ему твердым взглядом. — Зато моя мать прочно усвоила этот урок.

Краска покинула лицо Макалистера.

— Клянусь, когда-нибудь я возмещу…

— Даже не пытайтесь, сэр, — предупредил Мэттью, вызвав вспышку гнева со стороны Стюарта Стерлинга.

— Я был бы весьма благодарен, молодой человек, если бы вы покинули мой дом, — сказал он, сердито встряхнув головой.

— Нет, нет, Стюарт, это я должен уйти, — с трудом произнес Макалистер. — Прости меня, Кассандра, милая. — Он сказал это почти с грустью. — Ты превратилась в такую красивую молодую женщину. Могу я узнать, каким образом ты познакомилась с… Мэттью?

— Да ладно, вы не хуже остальных знаете, где мы жили, — перебил его Мэттью, пылая праведным гневом. — Могу поспорить, что вы следовали за нами по пятам.

Макалистер выглядел старым и неуверенным.

— И мне всегда было стыдно. Ужасно стыдно. Но сначала твоя мать просто исчезла.

— К черту все эти ненужные объяснения! — Мэттью развернулся на каблуках. — До конца своих дней живи с собственной ложью и чувством вины!

Кассандра с тревогой схватила его за рукав.

— Не уходи, Мэттью, пожалуйста.

Он замер, но только на мгновение. Перед ним была женщина, укравшая его сердце. И она его предала. Гнев душил его. Гнев и ярость.

— Извини, Кассандра. У меня просто нет слов.

— Я пойду с тобой. — Она подошла ближе, пытаясь показать, что она на его стороне. И это взбесило ее мать.

— Может, скажешь нам, зачем ты сюда приехала? — воскликнула она, едва справляясь с раздражением.

— Скажи ей, Кассандра, — холодно произнес Мэттью.

— Мы пришли сказать, что мы обручены, — с чувством собственного достоинства сказала Кэсси и повернула руку так, чтобы солнце заиграло на гранях бриллианта в ее кольце.

21
{"b":"28661","o":1}