ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я вольна уйти прямо сейчас.

— Попробуйте, — тихо сказал Брод, и в его взгляде читалось предостережение.

— Крутые парни не в моем вкусе. — В ней шла яростная борьба между разумом и чувствами.

— Мне и в голову не приходило быть с вами крутым. — Его прикосновение стало мягче. — Кроме того, ловкие маленькие обманщицы типа Скарлет О'Хара не в моем вкусе.

— Ваши слова лишены смысла.

— Разве? Все до одного видели, что произошло сегодня вечером. Гости разъедутся и разнесут эту новость.

— И что же это за новость? — Ее сердце колотилось так, словно готово было выпрыгнуть из груди.

— Вы высоко котируетесь в глазах моего отца.

Чтобы не сказать попросту — имеете над ним большую власть.

— А если он поступает так просто по доброте душевной? — сказала Ребекка, прекрасно понимая, что это не так.

Брод засмеялся.

— Душевная доброта не совсем в папином стиле.

Черт, мисс Хант, он вполне мог подарить вам обручальное кольцо с огромным бриллиантом. Я знаю, что в кольце моей матери был безупречный солитер в четыре карата. Оно до сих пор хранится в сейфе.

Ребекка рванулась было прочь, но он поймал ее за руку и увлек с площадки к одному из снопов золотистого тростника, украшавших зал.

— Я буквально потрясена тем, что вы говорите. Она повернулась к нему. Все ее существо на мгновение действительно охватило что-то похожее на страх.

— Почему? Потому что вас разоблачили?

— Я вижу, вы весьма озабочены тем, что ваш отец может снова жениться. — Она не устояла перед искушением уколоть его.

Брод смотрел на нее сверху вниз, сознавая, что хочет впиться губами в этот рот. Раздавить его.

— К сожалению, должен вас разочаровать, — сказал он вкрадчиво-ироническим тоном. — Мое наследство для отца недоступно. Но продолжайте, Ребекка. Мне интересно узнать ваши планы.

— Зачем? — проговорила она с холодным презрением, пожав плечами. — Вы уже составили мнение обо мне.

— Ну, во всяком случае, вам удалось сделать то, чего так и не смогли мы с Элли, — сухо заметил он. Отец послушно исполняет ваши желания. — Брод повернул голову. — А вот и он сам. Оставлю-ка я вас на его попечение. Пусть поухаживает за вами, мисс Хант.

Ребекке казалось, что этот вечер никогда не кончится. Внешне она держалась вполне спокойно.

Она не должна была показать, что ей страшно. И оставаться с этим опалом на шее она тоже не могла.

Ребекка решила снять его, как только представится возможность. Она ничуть не удивлялась, что Брод так бурно прореагировал на выходку своего отца.

Но почему Фи не предупредила ее? Она ведь могла бы сказать, например: «Думаю, вам не стоит надевать эту вещь». Но, возможно, кроме мятежного Брода, никто не осмеливался указывать Стюарту, как ему поступать.

Ужин был великолепен. Длинные столы, покрытые розовыми и голубыми накрахмаленными скатертями, буквально ломились от всяческих деликатесов.

Ветчина, индейка, цыплята, копченая лососина, дары моря, доставленные самолетом с берегов залива Карпентария из Северного Квинсленда, бесконечное разнообразие салатов, кушаний из риса и макарон.

Специально нанятые бармены подавали напитки, двое молодых официантов непрерывно обходили гостей, играл оркестр. Парочки бродили между танцующими. Почти непрерывно сверкали вспышки: очень многие гости желали сфотографироваться на память.

Ребекка ела мало, она была слишком расстроена.

Братья Кэмерон попробовали занять ее разговором и, будучи истинными джентльменами, не смущали ее разговорами об опале.

На другом конце зала Бродерик Кинросс стоял в центре небольшой группы. Лиз Кэррол держала его за руку и ослепительно улыбалась, заглядывая ему в лицо. Фи, переходя от одних гостей к другим, заставляла их безудержно смеяться над каким-нибудь анекдотом, которых она знала бесконечное множество.

В конце концов она оказалась возле Ребекки, когда Майкл отошел, чтобы принести минеральной воды.

— Как идут дела? — тепло улыбнувшись, спросила Фи.

Ребекка посмотрела ей в глаза.

— Фи, почему вы не сказали мне, что этот кулон носит только жена главы семьи Кинросс?

— О господи! — пробормотала Фи, падая в кресло. — Я подумала, что Стюарт, возможно, рассказал вам об этом.

— Бросьте, Фи. Неужели я надела бы его, если бы все знала?

— Нет. — Фи печально покачала головой. — Только не такая порядочная девушка, как вы.

— Вы могли хотя бы намекнуть. Я оказалась в совершенно дурацком положении.

— Знаю, вы вправе упрекать меня. Но вы ведь понимаете, Стюарт — абсолютный хозяин в своем доме.

Ему бы не понравилось мое вмешательство. Кроме того, я должна, к стыду своему, признаться, что у меня все-таки было крошечное подозрение, что вы знаете. Вы же очень подружились со Стюартом.

— Да вы что! — Ребекка едва верила своим ушам. Единственное чувство, которое я испытываю к Стюарту, — это уважение к его положению в обществе. Боже мой, Фи, он же вдвое старше меня!

— Я это знаю, моя дорогая, но не забывайте, что я многое повидала в жизни, в том числе и молодых женщин, которых ослепляют деньги.

— Я не отношусь к их числу, — горячо возразила Ребекка.

— Хорошо, хорошо. — Фи примирительным жестом коснулась ее руки. — Но я достаточно разбираюсь в людях, чтобы догадаться о том, что вам пришлось пережить нечто тяжелое. Разбитую любовь, быть может. Чувствительная женщина вроде вас вполне могла после этого начать ценить уверенность в будущем, гарантии безопасности. Понимаете, что я имею в виду?

— Но мне ничего не надо, Фи. Я вполне довольна своей жизнью. — Во всяком случае, так ей хотелось думать.

— Но если вам сказал не Стюарт, тогда кто же?

— Ваш племянник, разумеется. И в выражениях он отнюдь не стеснялся. Боже, как же ему нравится роль судьи!

— Пожалуй, трудно его в этом винить, — сказала Фи, сама едва оправившись от потрясения.

— Да я, в общем-то, и не виню, — улыбнулась уголком рта Ребекка. — Просто мне никогда еще не приходилось встречать такого… такого ужасного человека.

— Он вас расстроил. — Зеленые глаза Фи были полны раскаяния. Густо накрашенные ресницы слегка вздрагивали.

— Должна признаться, что это так. Он же действительно убежден, что я охочусь за его отцом.

— Ну, моя дорогая, разве это такая уж редкость?

Оглянитесь вокруг. Половина женщин в этом зале, включая и молодых, не упустили бы шанса стать второй женой Стюарта. Он все еще очень красивый мужчина и чудовищно богат к тому же.

— Но это не для меня. — Ребекка поправила золотую цепочку опалового украшения, из-за которого разгорелся весь сыр-бор. — В первый же удобный момент я вернусь в дом и уберу кулон под замок.

— Прекрасно, я пойду с вами. Хотя, признаюсь, мне неизвестен код сейфа. Возможно, его знает Брод?..

— Давайте обойдемся без него! — Глаза Ребекки вспыхнули, словно лед под лучами солнца, и Фи не удержалась от смеха.

— От вас двоих при столкновении летят искры. Я ни разу не видела вас в ярости.

— Поймите, Фи, — серьезно ответила Ребекка, здесь, в Кимбаре, мне понравилось. Мне очень приятно работать с вами над нашей книгой, но совсем не нравится эта… ситуация.

— Давайте я поговорю с Бродом, — предложила Фи, встревоженно глядя Ребекке в глаза. — Меньше всего мне хотелось бы расстаться с вами. Мы так хорошо сработались, а ваше присутствие в доме немного смягчает мою тоску по дочери.

— Конечно, вам не хватает Франчески. — Ребекка уже знала, что у Фи был ребенок от брака с английским графом, ее единственная дочь, леди Франческа ди Лайл, примерно того же возраста, что и Ребекка.

— Еще как не хватает, — вздохнула Фи.

— Она все еще живет с отцом?

— Уже нет. У нее своя квартира в Лондоне. Она работает в службе информации. Квартиру ей купил Руперт. Он всегда был чудесным отцом. Фран часто бывает в Ормонд-хаусе. Приглашает туда друзей.

Работа над биографией всколыхнула все эти воспоминания. Сейчас мне горько думать, что меня не было рядом с моей девочкой, когда я была ей нужна. Все ее школьные годы. Я хотела быть с ней, но моя карьера требовала всех сил и всего времени и, по существу, разрушила наш брак. Неудивительно, что Фран обожает отца. Он был ей не только отцом, но и матерью.

10
{"b":"28663","o":1}