ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Radiohead. Present Tense. История группы в хрониках культовых медиа
Тайная тропа
Вьюга теней
Моя драгоценность
Награда для генерала. Книга вторая
Всё растяжимо. Гибкое и здоровое тело всего за 5 минут в день
Ловцы душ
Последний отбор. Смотрины для строптивого принца
Лекс Раут. Наследник огненной крови
A
A

— Я сам не знаю, чего хочу, когда вижу ваше лицо. Может, вам стоит подумать о Фи. Она наняла вас для выполнения конкретной работы. Вы ведь профессионал, не так ли? Она же хочет, чтобы вы остались. — Брод иронически усмехнулся. — Вы обворожили даже Элли.

Ребекка быстро отступила на несколько шагов.

— Вы меня просто поражаете. Странно, что Элли ваша сестра.

— Боже мой, так вы не заметили, насколько мы похожи?

— Элли — прекрасный человек. — Ребекка проигнорировала его издевательский тон. — Про вас этого не скажешь. На вашем месте мне было бы стыдно.

— Скажите мне, чего я должен стыдиться, и я постараюсь исправиться. — Неожиданно он добавил голосом, тронувшим ее до глубины души:

— Я хочу, чтобы вы остались, Ребекка.

Сердце рванулось из ее груди.

— Хотите понаблюдать за мной? — спросила она предательски дрогнувшим голосом.

— С расстояния в несколько дюймов. — Он придвинулся ближе, ступая бесшумно, словно пантера.

— Мне не нужны неприятности, Брод.

— Но это, похоже, не имеет значения, если они случаются после вас. Чего вы боитесь, Ребекка?

— Этот же вопрос я могу задать вам.

Брод протянул руку и провел пальцем по ее щеке. Она вздрогнула.

— У меня нет ответа. Но мне необходимо побольше узнать о вас. Вы обо мне уже знаете немало. Думаю, теперь ваша очередь рассказывать. Вы никогда не говорите о семье. О друзьях, о любовниках.

— Не считаю нужным это делать. — Ребекка испытывала странное наслаждение от его близости.

Такое сильное, что не могла шевельнуться.

— Фи сказала, что вам не к кому ехать. Что это значит?

Она должна попробовать отстраниться. Вот сейчас. Но ее тело только повернулось к нему, словно цветок к солнцу.

— Мама умерла, когда мне было четырнадцать лет, — тихо заговорила она, даже теперь ощущая боль разлуки. — Она выжила после автомобильной катастрофы, но осложнения от полученных тогда травм убили ее несколько лет спустя. Отец женился во второй раз. Я вижусь с ним и его новой семьей, когда могу, но он живет в Гонконге. Он был пилотом на авиалиниях. Одним из лучших. Сейчас он на пенсии. — Она коснулась кончиком языка вдруг пересохших губ.

— Не делайте этого, — медленно проговорил Брод низким вибрирующим голосом.

— Брод, я не могу оставаться здесь, в этом доме.

Таком красивом и печальном.

— Как вы думаете, почему? Ну же, скажите мне. Он быстро нагнулся, взял ее за руки, привлек к себе и, наклонившись, поцеловал в губы — чуточку грубо, но сладко и страстно.

Он начинал так много значить для нее, что Ребекке стало страшно.

Не останавливайся. Только не останавливайся.

Ощущение было непередаваемым. Сердце у нее в груди, казалось, пылало.

Но он остановился. Поднял голову. Вид у него был завороженный.

— Что бы ни стояло между нами, я не хочу причинить вам боль, — пробормотал он, сам не понимая, верит ли собственным словам.

— Мне ни на минуту не приходило в голову, что ваш отец… — Она остановилась, не в силах продолжать.

— Влюбится в вас? Захочет на вас жениться? Он немного отстранился, чтобы видеть ее лицо.

— Нет, не то. — Ребекка отвернулась, так что ему была видна только линия ее щеки.

Какое-то неуловимое выражение промелькнуло в его ярких глазах.

— Вижу, этот разговор никуда нас не приведет. Брод спокойно убрал руки и смотрел, как она отводит от лица длинную прядь волос. — Не ставьте нас в неловкое положение, Ребекка, не просите никого подбросить вас куда-то. Не обижайте Фи. А когда будете готовы рассказать мне, что скрывается за вашим фарфоровым обликом, знайте, я здесь, рядом.

Как я могу рассказать ему? — думала Ребекка, не сводя глаз с его высокой фигуры, пока он не дошел до центральной лестницы и, не оглянувшись, не спустился вниз. Вернулся к своей семье.

И у меня была семья, удрученно думала она, пока шла к себе и закрывала дверь комнаты. Очень счастливая семья. Но однажды ее мать, ехавшая в машине подруги, получила тяжелую травму, когда в них врезался на полной скорости грузовик. Подруга матери погибла, мать провела остаток жизни в инвалидной коляске, окруженная преданной заботой мужа и дочери. Через несколько лет после преждевременной смерти матери отец снова женился на красивой женщине-полукровке, которую встретил в Гонконге. Отец тогда курсировал между Гонконгом и Сиднеем, а Ребекка училась в школе-интернате. Вивиенн, ее мачеха, каждый год ко дню рождения присылала ей какой-нибудь чудесный подарок. Отдыхали они все вместе в каких-нибудь экзотических местах: Бангкок, Пхукет, Бали, дважды Марракеш. Но потом у Вивиенн родился первый ребенок, очаровательный мальчуган, которого назвали Жан-Филлип. Два года спустя родилась маленькая Кристина.

Мартина она встретила, когда училась в университете. Своей специализацией она выбрала журналистику. Он был на несколько лет старше, учился на юридическом. Он был незаурядно умен, красив, из превосходной семьи, единственный сын своих родителей. Очень скоро Ребекка узнала, что его мать — очень властная женщина. Мередит не очень нравилось, что отец Ребекки женился на полукровке.

Они поженились, когда Ребекке было двадцать, а Мартину двадцать четыре. Сначала они были счастливы, вот только Мартин не считал, что ей так уж необходимо заканчивать учебу. Его семья была состоятельной. Сам он, многообещающий молодой юрист, работал в престижной фирме, которая выбрала его среди других претендентов. Его мать никогда не работала. Она великолепно вела дом, часто устраивала приемы. Ребекка должна была стремиться к тому же. А спустя несколько лет — Мартин не торопился с этим — они заведут детей. Двоих, не больше. Мальчика и девочку.

Через некоторое время Ребекка поняла: Мартину не нужны друзья. По крайней мере ее друзья. Он не хотел приглашать их к себе в комфортабельный городской дом, свадебный подарок его родителей, не хотел ходить ни на какие их вечеринки и приемы. Постепенно их вообще перестали приглашать.

Одна из подруг сказала: «Мартин хочет владеть тобой единолично, Бекки. Ты ведь такая умница. Неужели ты этого не видишь?»

Их брак продержался ровно три года. Всего ничего. Или целую вечность? Она наотрез отказалась прекратить учебу. Женщины ее поколения хотели работать, реализовать себя, самоутверждаться. Она считалась подающей надежды студенткой. Слыша это, Мартин каждый раз откидывал назад голову и смеялся.

— Журналистика? Это еще что за чертовщина?

Можно просто засесть дома и написать какой-нибудь бестселлер.

Начались споры и пререкания. Она чувствовала, что он загоняет ее в клетку, разрушает отношения с друзьями. Ей уже стало неинтересно все время проводить лишь с ним вдвоем. Мартин со всеми своими юридическими познаниями стал казаться ей не таким уж занимательным человеком. Для него было важно только одно; все ее внимание должно было безраздельно принадлежать ему.

Рукоприкладство началось в последний год.

Сначала он сбил ее с ног пощечиной. Она в тот же вечер ушла из дома к своей верной подруге Ким.

Мартин примчался за ней и со слезами просил прощения.

— Не возвращайся, Бекки, — предостерегала ее Ким. — Все это начнется снова.

Но он был ее мужем, а она очень серьезно относилась к брачным обетам. Последний раз Мартин избил ее так, что она оказалась в больнице со сломанными ребрами.

Ее браку пришел конец. Она опять могла жить своей жизнью, хотя это было совсем непросто. Ей пришлось пережить период преследования со стороны Мартина, пока она не пригрозила, что пожалуется главе его юридической фирмы. Это был прекрасный человек, который всегда хорошо к ней относился. Вскоре после этого Ребекка переехала в Лондон, полная решимости позаботиться о том, чтобы ничего подобного с ней никогда больше не случилось. Прошло очень много времени, прежде чем в ее жизни стали появляться мужчины. Но получилось так, что ни один из них не затронул ее сердца.

И вот теперь…

Глава 6

На похороны Стюарта Кинросса съехались люди со всего аутбэка. Почти все, кроме больных и престарелых, шли пешком до низкой гряды холмов, где Кинроссы со времен первого поселения хоронили своих усопших.

19
{"b":"28663","o":1}