ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Моя Королева, — взмолился Рис, — мы рисковали жизнями ради тебя. Теперь время тебе рисковать ради нас.

Закапал дождь. Ветер вздохнул и успокоился. Тучи начали отступать.

— Очень хорошо, госпожа, — произнес монах и отвязал котомку от пояса. — Прости, но у меня нет другого выбора.

Схватив мешок здоровой рукой, Рис огляделся, прикидывая расстояние, и бросился бежать, зная, что это его последний поступок, на который потребуются все оставшиеся силы.

Небеса разверзлись. Дождь усилился. Монах не обратил внимания на предупреждение Богини. Она могла неистовствовать и угрожать сколько угодно, но не смела причинять Рису больший вред, поскольку Ариакан мог находиться и у него.

Зебоим попыталась сбить его с ног, но Рис поднялся и снова побежал. Она швыряла ему в лицо осколки камней — он поднял руку, чтобы защитить глаза, и бежал дальше.

Крелл следовал за ним. Шаги Рыцаря Смерти сотрясали землю.

Рис поскользнулся и упал, силы покидали его. Далеко убежать он не мог. От моря плац отделял только ряд больших валунов.

Крелл заметил опасность и слегка замедлил шаг.

— Останови его, Зебоим! — злобно прокричал он. — Если не сделаешь этого, то очень пожалеешь.

Монах сунул мешок с кендером и фигурой рыцаря за пазуху и принялся карабкаться по мокрым и скользким от дождя валунам, снова поскользнулся, ухватился обеими руками, чтобы не упасть, и застонал от боли, которую ему причиняли сломанные пальцы.

Рис слышал шипящее дыхание Крелла, чувствовал его ярость и понимал, что останавливаться нельзя.

К тому времени, когда он добрался до берега, силы окончательно покинули его. Однако монах в них больше не нуждался. Ему требовалось сделать только один шаг, а это совсем немного.

Рис посмотрел вниз. Он стоял на краю отвесной скалы. Под ним вздымалось, кипело и бурлило. Ярость и гнев Богини осветили ночь, стало светло как днем. Монах заметил, что пена и зеленые водоросли, плавающие на поверхности, напоминают волосы утопленника.

Крелл добежал до валунов и, размахивая мечом, с проклятиями начал пробираться по ним.

Двигаясь очень осторожно, Рис вскарабкался на скальный выступ, нависший над кипящей пучиной. Он остановился, ощущая, как спокойствие вливается в растревоженную душу.

— Держись, Паслен, — произнес монах. — Будет немного больно.

— Рис! — испуганно закричал кендер. — Что ты делаешь? Я ничего не вижу!

— Ничего особенного.

Рис поднял лицо к небу:

— Зебоим, мы в твоей власти.

Он стоял так спокойно, находился на зеленом холме, вокруг бродили овцы, а Атта стояла рядом, смотрела ему в лицо и виляла хвостом, ожидая приказание.

— Атта, уходи! — велел монах и прыгнул.

Глава 11

Ночь, словно чернила, растеклась по глубинам Кровавого моря, медленно поднимаясь к поверхности. Мина посмотрела вверх, наблюдая за последним отблеском солнечного света. Затем он исчез, и девушка оказалась в кромешной тьме.

На протяжении долгих часов они ждали и наблюдали за Башней в Кровавом море, но ни она, ни Чемош не заметили никого, кто бы входил или выходил оттуда. Морские обитатели проплывали мимо хрустальных стен так беспечно, словно это были коралловые рифы или мачты затонувшего корабля. Рыбы тянулись к гладкой поверхности стен, привлеченные либо едой, либо собственным отражением. Казалось, никто не боится Башни, хотя Мина заметила, что жители моря избегают странного круга на ее вершине, а к темному провалу в центре не приближался никто.

С наступлением ночи Чемош решил посмотреть, не зажгутся ли в Башне огни.

— Там есть окна, — объяснил он, — хотя днем их увидеть нельзя — только гладкие прозрачные стены. Однако когда наступала ночь, чародеи в своих покоях зажигали лампадки. Тогда Башня начинала светиться. Жители Истара говорили, что маги пленили звезды и принесли их в город ради славы и величия.

— Должно быть, в Башне никого нет, мой господин, — сказала Мина. Она на ощупь нашла в темноте его руку и обрадовалась, почувствовав его прикосновение и слыша его голос. Тьма была слишком плотной, и девушка начала сомневаться, что она на самом деле существует. Ей хотелось быть уверенной, что Повелитель Смерти рядом. — И кажется, в ней нет ничего зловещего. Рыбы безбоязненно плавают рядом.

— Рыбы умом не отличаются, и не важно, что говорит Хаббакук. Но все же, как ты говоришь, мы никого здесь не видели. Давай все разузнаем. — Чемош высвободился из ее объятий и пошел вперед.

— Мой господин! — воскликнула Мина, настигая его. — В такой темноте мои глаза смертного просто слепы. Я не вижу тебя. Я не вижу себя! Более того, я не вижу, куда иду. Можно ли каким-нибудь образом осветить мне путь?

— Если ты будешь видеть, то и тебя увидят, — ответил Бог. — Я предпочитаю оставаться под покровом тьмы.

— Тогда ты должен вести меня, господин, как собака ведет слепого бродягу.

Чемош схватил ее за руку и мягко потянул за собой. Вода омывала тело девушки. Ее руки коснулись чьи-то щупальца, и Мина дернулась в сторону, но существо не стало ее преследовать. Возможно, девушка оказалась не очень приятной на вкус. Если бы Чемош заметил существо, то обязательно обратил бы на него внимание. Но он продолжал двигаться вперед, сгорая от нетерпения.

Как только они подошли к Башне, Мина увидела, что хрустальные стены излучают зелено-голубой мертвенный свет, отчего Башня приобретала призрачный вид.

— Жди меня здесь! — приказал Бог, отпуская ее руку.

Девушка осталась в темноте и смотрела, как он идет к Башне. Чемош погладил гладкие стены, а затем прильнул к ним, стараясь заглянуть внутрь.

Хрусталь показал только его собственное отражение.

Повелитель Смерти посмотрел наверх, вниз и вокруг, затем покачал головой. Он выглядел смущенным.

— Здесь нет окон, — сказал Бог Мине. — Нет дверей. Но вход должен быть — просто он спрятан.

Чемош двинулся вдоль стен, всё внимательно осматривая и ощупывая. Девушка видела его силуэт, выделяющийся темным пятном на фоне зеленой мерцающей поверхности. Она наблюдала за своим господином, пока он не скрылся из виду, завернув за угол здания.

Мина осталась совсем одна, словно стояла на краю Хаоса.

Ее терзал голод, мучила жажда. И если к голоду девушка была привычна — ей вместе с армией неделями приходилось обходиться без куска хлеба, — то с жаждой справиться не могла. Она не понимала, как можно хотеть пить, если рот полон воды, потому что не учитывала, что вода соленая.

Мина не знала, сколько еще продержится и когда признается Чемошу, что больше не может мучиться. Придется еще раз напомнить ему, что она смертная.

Чемош вернулся внезапно, буквально вынырнув из темноты:

— Признаюсь, прошло много столетий с тех пор, как я в последний раз видел Башню, поэтому только сейчас понял, что в ней изменилось. Она на треть занесена песком — и вход тоже. В Башню вела всего одна дверь, и сейчас она засыпана, а другого входа я найти не могу… — Бог замолчал и взглянул на девушку. — Ты меня понимаешь?

— Да, Повелитель, — ответила Мина. — Но я не могу поверить в это.

Внезапно в глубине Башни блеснул огонек. Сначала один. Затем к нему присоединился второй. Маленькие точки бело-голубого света появились на разных уровнях — некоторые наверху, некоторые внизу. Иные лампадки светились из глубины, другие — близко к хрустальным стенам.

— Насколько я помню, — произнес Чемош, — это плененные звезды.

Свет лампадок напоминал свечение звезд — такой же колючий и холодный. Они ничего не освещали, не давали тепла. Мина внимательно посмотрела на одну:

— Взгляни туда, Повелитель.

— Что там? — спросил Чемош.

— Одна из звездочек ушла, а затем вернулась, — объяснила девушка. — Как будто что-то или кто-то там ходит.

— Где?

— Наверху, Мой господин, — добавила Мина, — ты можешь зайти в Башню. Ты — Бог. Эти стены, не важно, плотные они или всего лишь иллюзия, не могут тебя остановить.

— Да, — согласился Чемош. — Но ты туда войти не можешь.

64
{"b":"28666","o":1}