ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Особенно Боги.

Раньше, во время процветания Истара, у Чемоша не возникало желания войти в одну из Башен, и чародеи могли спокойно оберегать свои маленькие тайны. Пока они не вмешивались в дела жрецов, жрецы не интересовались ими. Затем к власти пришел Король-Жрец, и внезапно мир, как и небеса, изменился.

Когда Король-Жрец выкинул из Истара магов, а затем заполнил Башню священными артефактами, украденными из руин разрушенных Храмов, Боги возмутились. Некоторые, особенно воинственно настроенные, включая Чемоша, предложили наслать бурю на Башню Истара и силой вернуть собственные артефакты. Предложение обсудили и отказались от него, решив, что подобное действие попирает добрую волю созданных ими существ. Смертные обязаны иметь дело только с себе подобными, и Боги не должны вмешиваться до тех пор, пока не станет ясно, что основе вселенной что-то угрожает. Чемош очень хотел вернуть себе то, что принадлежало ему, но уничтожения Короля-Жреца жаждал больше, поэтому согласился с остальными. Он решил подождать и посмотреть, что будет дальше.

Но смертные совершили ошибку. Они согласились со Жрецом и поддержали его. Вселенная оказалась в опасности, и Боги были вынуждены действовать.

Они наслали на мир разруху. Жрецы исчезли. Начался Век Отчаяния. Боги держались в стороне и ждали, когда люди снова к ним вернутся. Чемош тогда мог спасти свои артефакты, но он в обстановке полной секретности готовился к возвращению в мир Королевы Такхизис и не посмел делать ничего такого, что могло бы привлечь внимание к их планам. Когда началась Война Копья и остальные Боги были очень заняты, Повелитель Смерти отправился в Кровавое море, чтобы найти Башню, но она исчезла, погребенная под наносами песка.

Теперь Башню восстановили, и он не сомневался, что его артефакты и артефакты других Богов находятся где-то внутри. Их не уничтожили. Чемош чувствовал силу, исходящую от предметов, которые он сам заговорил, а некоторые — и сам создал. Его сущность в этих реликвиях выражалась не настолько сильно, чтобы помочь хозяину найти их, но Бог ясно чувствовал дуновение смерти среди роз.

Чемош раздраженно смахнул с рукава пыль. Он думал, что ему делать дальше и стоит ли продолжать поиски.

Тишину нарушил негромкий голос, он звучал мягко, но в нем сквозила злая угроза:

— Что ты делаешь в моей Башне, Повелитель Смерти?

Выпуклая голова без тела, мертвенно-бледного цвета, висела в темноте. Темные глаза, лишенные век, были чернее ночи, толстые губы брезгливо поджаты.

— Нуитари! — воскликнул Чемош. — Я знал, что найду тебя где-нибудь поблизости. Давно тебя не видел и теперь я знаю почему. Ты был очень занят.

Нуитари бесшумно скользнул вперед. Его мертвенно-бледные руки появились из длинных рукавов бархатной черной мантии, тонкие длинные пальцы находились в постоянном движении, словно щупальца медузы.

— Я задал вопрос. Что ты здесь делаешь, Повелитель Смерти? — повторил Нуитари.

— Я просто прогуливался…

— На дне Кровавого моря?

— …и случайно проходил мимо. Не могу не заметить, что ты постарался на славу. — Чемош вяло обвел взглядом помещение. — Славное местечко. Не возражаешь, если я осмотрюсь здесь?

— Возражаю, — ответил Нуитари. Его лишенные век глаза никогда не мигали. — Думаю, тебе лучше уйти.

— Я уйду, — согласился Повелитель Смерти, — как только ты вернешь мне мои артефакты.

— Не понимаю, о чем ты говоришь.

— В таком случае позволь мне освежить твою память. Я здесь, чтобы найти артефакты, украденные у меня Королем-Жрецом и спрятанные в этой Башне.

— А, те артефакты. Боюсь, тебе придется уйти ни с чем. Они были уничтожены, сгорели дотла в огне, который обрушился на Башню.

— И почему же я тебе не верю? — задумчиво произнес Чемош. — Возможно, потому, что ты законченный лжец.

— Те артефакты уничтожены, — повторил Нуитари, пряча беспокойные руки обратно в рукава одежд.

— Я вот думаю, — Чемош испытующе смотрел на Бога Черной Луны, — знают ли Солинари и Лунитари о твоем маленьком сооружении? В мире остались лишь две Башни Высшего Волшебства — Вайретская и Палантасская, сокрытая в Найтлунде. Вы втроем охраняете эти Башни, но что-то мне подсказывает, что здесь всем распоряжаешься ты. Ты воспользовался неразберихой, воцарившейся, когда мы вернулись в мир, и решил действовать по-своему. Кузен и кузина, естественно, узнают обо всем, но только после того, как ты перенесешь магов Ложи Черных Мантий, книги с заклинаниями и остальное имущество в другое место, чтобы потом никто не смог тебя подвинуть в сторону, ведь так? Сомневаюсь, что твои Солинари и Лунитари обрадуются.

Нуитари хранил молчание, его темные глаза абсолютно ничего не выражали.

— А как же другие Боги? — продолжал Чемош. — Кири-Джолит? Гилеан? Мишакаль? Твой отец Саргоннас? Думаю, ему будет очень интересно узнать о твоей новой Башне, особенно если она находится на дне моря, по которому его корабли идут на Ансалон. Держу пари, что Рогатый Бог не будет спокойно спать по ночам, уверенный в том, что горстка магов Ложи Черных Мантий, которые всегда его презирали, творит свое черное дело под килями его судов. Потом, есть еще Зебоим, твоя дорогая сестрица. Мне продолжать?

Толстые губы Нуитари изогнулись в усмешке. Хотя Зебоим и Нуитари были близнецами, они презирали друг друга, так же как презирали родителей, давших им жизнь.

— Другие Боги ведь ничего не знают, я прав? — заключил Чемош. — Ты скрывал это от всех нас.

— Думаю, что всех вас это и не касается, — возразил Нуитари, слегка прищурившись.

Повелитель Смерти пожал плечами:

— Лично мне все равно, что ты делаешь, Нуитари. Строй Башни, если тебе охота. Возводи их везде, отсюда и до Таладаса. Можешь построить их хоть на своей луне, если хочешь. Ой, неудачная шутка. — Он широко улыбнулся. — Я никому не скажу ни слова, если ты вернешь мне мои артефакты. Кроме того, — добавил Чемош, резко сменив тон, — это реликвии, освященные моим прикосновением. Они ни к чему ни тебе, ни твоим магам и могут оказаться смертельными, если кто-нибудь из твоих Черных Мантий будет настолько глупым, что все перепутает. Так что лучше отдать артефакты мне.

— А, так они действительно полезны, — холодно произнес Нуитари. — Одна только покупательная способность чего стоит, если ты готов делать за них предложения. — Бог поднял тонкий бледный палец, подчеркивая свои слова. — При условии, что реликвии существуют, но, насколько мне известно, их нет.

— Насколько тебе известно? — Теперь пришла очередь Чемоша усмехаться, а Нуитари пожимать плечами.

— Я был очень занят. Просто не было времени искать. А теперь, как бы приятно я себя ни чувствовал, разговаривая с тобой, тебе пора уходить.

— О, я как раз собирался, — сказал Повелитель Смерти. — Первая остановка будет на небесах, где остальные Боги просто придут в восторг, узнав о том, как ты занят. Но раз уж я здесь, то хочу немного осмотреться.

— Возможно, в другой раз, — отрезал Нуитари, — когда у меня будет время, чтобы развлечь тебя.

— Не стоит беспокоиться, Бог Черной Луны. — Чемош изящно поклонился. — Я сам здесь поброжу. Кто знает, может, я случайно наткнусь на свои священные реликвии. Если так, то заберу их с собой. Уберу, чтобы они тебе не мешали.

— Зря теряешь время, — проговорил Нуитари.

Он двинулся к большому сундуку длиной в человеческий рост, сбитому из грубо обтесанных дубовых досок. По бокам сундука располагались ручки из серебра, а спереди — золотая задвижка. Ни замка, ни ключа. На сундуке со всех сторон были выжжены руны.

— Попробуй его открыть, — предложил Нуитари.

Чемош, подыгрывая ему, взялся за задвижку. Сундук начал мерцать неярким красным светом, крышка не поддавалась. Бог Черной Луны легонько ударил мертвенно-бледной рукой по одной из закрытых дверей. Она тоже стала светиться таким же красноватым светом.

— Запечатано магией, — произнес Нуитари.

— А открыто Богом, — парировал Чемош и ударил по крышке ладонью.

66
{"b":"28666","o":1}