ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Они пошли по садовым дорожкам, инстинктивно ступая в унисон, и звук их шагов казался звуком шагов одного человека. Голубая накидка и пурпурная мантия развевались позади них, с тихим шуршанием увлекая за собой мертвые листья. Они шли рядом, бок о бок, но не прикасаясь друг к другу. Он шел, сцепив руки за спиной под мантией. Она держала рукоятку меча.

Каждый знал, что еще осталось обсудить. Но никто не хотел начинать эту тему, стараясь как можно дольше избегать ее. Мейгри всем сердцем желала, чтобы он вообще не говорил ей об этом.

– Как вы жили здесь, миледи? – спросил Саган, стараясь говорить как можно небрежнее, взгляд его скользил по низкой каменной стене, по заброшенным домам.

– Я ведь не привередлива, – ответила она. – Живу в домике привратника. Вы помните его? Маленький, с камином. Поблизости есть деревушка. Собирались построить город, но тут Академию захватил Роубс, и стройка замерла. Теперь там живут фермеры, живут уединенно, изолированно, вдали от мира. Молодая женщина раз в неделю приходит оттуда и приносит мне в дар хлеб, фрукты и мясо.

– В дар? – Он посмотрел на нее с любопытством.

Мейгри вспыхнула в замешательстве.

– Я пыталась платить ей за это, но она отказывается. Не уверена, но думаю, что люди принимают меня за привидение. Или же за безумную. Они надеются, что приношения спасут их – я не стану убивать их ночью, прямо в постелях. Видели бы вы эту беднягу, когда ее в первый раз сюда прислали! Она полуживая-полумертвая была от страха. Потеряла сознание, когда увидела меня. Даже теперь она оставляет еду на траве, ждет, пока я ее заберу, и убегает.

Командующий ничего не ответил. Мейгри не винила его. Она просто болтала, чтобы заполнить неловкое молчание.

Она украдкой глянула на него, чтобы убедиться – слушает он ее или нет. Морщины на лице стали еще глубже и резче. Он был измученным, утомленным, теперь даже сон не мог вернуть ему душевный покой. Она приблизилась к нему, дотронулась до его руки. Он прикрыл ее руку своей ладонью, остановился посредине тропинки, возле «Пиеты», выполненной забытым скульптором давнего прошлого.

– Мейгри, вы никогда не думали, что лучше бы я вовсе не возвращался?

– Нет, не думала, – ответила она спокойно, глядя ему прямо в глаза.

– Знаете, судьбой вам начертано погибнуть от моей руки...

– Снова судьба! – перебила его Мейгри. – Каменная стена, петляющие тропы. Нет, я не верю в это! Вам просто приснился сон. И все! Вы были разгневаны на меня за то, что в ту ночь я предала вас. Вы возненавидели меня, жаждали отмщения. Просто это ваши тайные мысли, не более того...

– Миледи. – Он все-таки заставил ее замолчать, приложив пальцы к ее губам. – Вы правы, в ту ночь я был в бешенстве, в ночь, когда мы предали друг друга. И вскоре я увидел сон. Потом я часто его видел. Я просто наслаждался им, жаждал мести.

– Вот видите! – быстро сказала она, когда он сделал паузу. – Нам пора возвращаться. Бедняга священник, которого вы оставили у калитки, небось в ледышку превратился...

– Мейгри. Я по-прежнему вижу этот сон. Теперь я ненавижу его, он преследует меня. И с каждым разом он все четче и четче.

– Что это значит? – спросила она с неохотой, понимая, что он не замолчит, пока не выскажется до конца.

– Что это должно скоро свершиться. У вас сохранились ваши серебряные доспехи?

– Я не отдам их. Мне подарил их Маркус. Теперь, когда его нет в живых, его подарок вдвойне ценен.

– Или вдвойне проклят. Слушайте меня внимательно, Мейгри. Вам придется сделать выбор...

– Коли так суждено, я его сделаю, Дерек. Я сама приму решение. Сама распоряжусь своей судьбой. Ни вы, ни Бог, никто другой не решит ее за меня.

Командующий долго и мрачно смотрел на нее, потом склонил голову.

– Так тому и быть, миледи, – сказал он холодно.

– Так тому и быть, милорд.

Это были слова прощания.

Последние лучи золотили верхушки деревьев, от которых исходило золотое, окрашенное алыми пятнами сияние, но его поглощала тьма, прокравшаяся в сад, – ночь непреклонно вступала в свои права и готова была погасить день. Они ничего больше не сказали друг другу. Саган надел шлем, который лежал на скамье возле скульптурной группы граждан Кале, обреченных на вечное проклятие. Лорд и миледи молча подошли к калитке, возле которой терпеливо ждал брат Фидель.

Им предстоит вместе пройти тропою тьмы, прежде чем они выйдут к свету. Мейгри вспомнила это древнее пророчество и покачала головой. Судьба, пророчество. Может, оно означает всего лишь то, что они вдвоем будут гулять по умирающему розарию в сумерках? Она в испуге быстро взглянула на Сагана: вдруг он услышал слова, не произнесенные вслух? Он счел бы их святотатством.

Но он не подал виду. Цитадель его снова была крепкой, неприступной, неуязвимой.

«Лучше бы править в аду, чем служить в раю».

«А задумывался ли когда-нибудь Люцифер о раскаянии, о возвращении? – подумала Мейгри. – И что бы сделал с ним Господь, если бы так случилось?»

Книга вторая

Скажи Богу, заступнику моему:
для чего Ты забыл меня?
Для чего я сетуя хожу
от оскорблений врага?
Как бы поражая кости мои,
Ругаются надо мною враги мои,
когда говорят мне всякий день:
«где Бог твой?»
Псалтырь. Утешение и упование благочестивого 42; 10, 11

Глава первая

Лев боится капканов, а лиса – волков.

Никколо Макиавелли

– А сейчас мы делаем перерыв и предоставляем эфир для сообщения Галактического вещания. Как и следовало ожидать, бывший гражданин республики, генерал Дерек Саган, герой Революции, герой недавнего сражения с жителями Коразии, обвинен военным трибуналом в преднамеренном варварском убийстве печально известного адонианца Снаги Оме.

Если обвинение будет доказано, согласно военным законам Сагану автоматически будет вынесен смертный приговор. Как нам стало известно, президент Демократической галактической республики лично обратился к Дереку Сагану с просьбой явиться с повинной.

Улики против генерала не были и не будут преданы гласности вплоть до начала судебного процесса, как сообщили нам в Генеральной прокуратуре. Тем не менее, согласно неофициальным источникам, улики чрезвычайно красноречивы.

А теперь мы переключаем эфир на палату Общин.

Голос диктора: «Президент Демократической галактической республики».

Президент смотрит в объектив. Пелена слез затуманила его глаза, голос его прерывается:

– Дерек, мы знаем друг друга очень давно. Ты всегда был человеком чести. Поступи и сейчас благородно, Дерек, сдайся властям. Явись в суд. Ответь на эти чудовищные обвинения публично. Это нужно тебе самому, Дерек, и твоим единомышленникам.

А теперь я хочу сказать несколько слов моему народу, тем, кто находится в системах, вышедших из состава Республики. Граждане, ибо я по-прежнему считаю вас нашими гражданами, вы слепо идете по пути самоуничтожения вслед за вашими руководителями, которым безразличны ваши судьба и благополучие.

Один из них, называющий себя Командующим, обвиняется в совершении преступления. Жестокость этого убийства потрясла нашу галактику. Возвысьте свои голоса, пусть ваши лидеры услышат их. Пусть они знают, что вы не допустите втянуть вас в кровавую бойню. Ибо жертвами ее станете вы, а не они.

Мы хотели бы к этому добавить, – голос президента смягчился, его подвижное лицо приобрело теперь выражение терпения и понимания, – несколько слов, адресованных Дайену Старфайеру. Мы все любим вас, молодой человек. Мы убеждены, что в глубине души вы искренне считаете, что поступаете правильно. Дерек Саган публично провозгласил вас своим королем, своим властелином. Поэтому мы верим, что в интересах торжества справедливости, за которую вы постоянно ратуете, вы заставите его сдаться властям. В любом случае, убежден, что вы не захотите оказаться втянутым в скандал и покрыть свое имя позором, что неминуемо случится, если вы дадите этому преступнику пристанище.

26
{"b":"28668","o":1}