ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Панта изменил оригинальный бортовой журнал преднамеренно. Эти изменения, внесенные задним числом, касались Валломброзы. Он ввел исходные данные об открытии и информацию о ней в бортовой журнал, а потом, по каким-то причинам, изменил эти данные в бортовом журнале.

Саган снова сел в кресло пилота, оперся локтями о подлокотники, соединил вместе концы пальцев обеих рук и посмотрел поверх них на крошечные пятнышки, похожие на искрящуюся пыль. Каждое такое пятнышко казалось ему солнцем Валломброзы.

— Зачем он внес эти изменения? Хотел сохранить в тайне то, что открыл? Или, может быть, не совсем в тайне. Может быть, он дал нам ключ к разгадке этой тайны. Название: «Валломброза», «Долина Теней», «Долина Призраков». Этим он многое сказал нам: легкая шутка для его собственного развлечения, — вслух размышлял Саган.

Он глубоко задумался над этой проблемой, рассматривая ее с разных сторон, учитывая или отвергая те или иные соображения. Первое, что он отбросил, была информация, накопленная в результате беспилотных космических экспериментов. Эта информация была ложной, решил Саган, хотя то, как она была изменена, кто нашел средства вмешаться в эти эксперименты, не раскрыв себя, было захватывающей проблемой. Наконец, Саган отказался от попыток решить все волновавшие его загадки и улегся спать. Ответы на свои вопросы, решил Саган, он получит завтра, так как, по его расчетам, именно завтра окажется достаточно близко от планеты Валломброза, чтобы получить информацию с помощью своих приборов. Если, конечно, ничто не помешает ему.

Итак, завтра он узнает нечто новое.

Первое ощущение чужого присутствия возникло у Сагана за несколько секунд до того, как он должен был достигнуть точки, где, по его расчетам, удобно было начать наблюдение за планетой Валломброза. В тот момент он стоял в маленьком камбузе и заваривал чай (роскошь, в которой он отказывал себе в годы, проведенные в монастыре), как вдруг у него возникло очень странное и необыкновенное ощущение.

Ему показалось, что его кости и мышцы во всем теле испытывают на себе сильное давление, словно прессующее их, что его руки и ноги сделаны будто из свинца и каждый грамм веса его тела превратился в килограмм. Это ощущение сразу же прошло, едва лишь мозг Сагана успел зафиксировать его. Можно было бы не придавать случившемуся особого значения, если бы не странное ощущение, что нечто подобное раньше уже бывало с ним. И почти в тот же самый момент прозвучал сигнал аварийного датчика. Саган быстро осмотрел все внутри своего небольшого космоплана.

Его глаза уловили движение: требник, лежавший возле его постели, поднялся в воздух и снова упал вниз. Книга приподнялась всего лишь на долю сантиметра, но что она двигалась, не вызвало сомнений.

Забыв про чай, Саган приблизился к пульту управления компьютером, чтобы как можно быстрее проверить приборы, которые не были стандартным оборудованием его космоплана. Да, несомненно, что-то необычное происходило сейчас в его космоплане. Все показания приборов — от детекторов движения до датчиков температуры — снова стали нормальными. Но на борту космоплана ощущалось чье-то присутствие. Космоплан покинул свою трассу. Саган начал сравнивать показания приборов с данными, полученными с помощью секретной аппаратуры дома покойного Снаги Оме.

Он еще раз просмотрел отчет Криса (полученный от Дикстера) и понял, почему странное ощущение тяжести показалось ему знакомым. Такое уже происходило раньше — только не с ним. Дойдя до этой части отчета Криса, он вернулся назад, к предыдущему разделу.

«А вот еще одна странная штука, босс, — звучал голос киборга. — Охранники ничего не видели и не слышали, но одна из них докладывает, что что-то чувствовала. За какую-то долю секунды до сигнала тревоги. Она сказала, что ей показалось, будто ее поместили в компрессионную камеру. Это ощущение прошло мгновенно. Психических отклонений у нее нет и химических изменений в организме — тоже. Ни повышения уровня радиации, ни последствий — ничего. Кроме отметки того места, где она стояла, босс».

В соответствии с файлами Дикстера, эта охранница стояла прямо на пути «призраков» у входа в опечатанный подвал. Саган еще раз проверил отчет и снова сравнил его с показаниями своих приборов.

Крис: «Первое, что мы знаем, — наша защита преодолима, детекторы внутри здания регистрировали движение, как вы сами можете убедиться».

Детекторы в космоплане Сагана также зафиксировали движение.

Крис: «Снижение атмосферного давления — только в некоторых местах — и соответствующее движение воздуха в местах, где воздух двигаться не должен».

Приборы Сагана зарегистрировали то же самое.

Крис: «Эта штука движется дьявольски быстро. Она благополучно проникла в здание прямиком сквозь защитную наружную стену, способную выдержать прямое попадание лазерного орудия и не дрогнуть. Никакие преграды не могут остановить эту штуковину. Похоже, ничто даже не замедляет ее движения».

Эта «штука» проникла сквозь оболочку корпуса космического корабля (не предназначенного, правда, для ведения боевых действий, однако сконструированного в расчете на тяжелые условия космических путешествий).

Крис: «Мы зарегистрировали повышение уровня радиации вокруг подвала. Это не так уж много, но достаточно, чтобы заставить нас подозревать преднамеренное оставление следа на пути объекта. Мы проверили структуру стен подвала и обнаружили изменения в самом металле, химические изменения, достаточные для того, чтобы генерировать радиоактивность. И только в одном месте, непосредственно на линии продвижения объекта».

Саган проверил структуру оболочки корпуса своего космоплана, консоли, то место, где он оставил свой требник. Так и есть. Проверка показала повышение уровня радиации.

Крис: «Бомбу передвигали».

Дикстер: «Передвигали?»

Крис: «Толкали. Вручную. Понемногу, сантиметр за сантиметром, пока она не исчезла совсем. Но этого было достаточно, чтобы началась тревога».

Требник тоже передвигался. Кто-то другой, может, и усомнился бы в своих ощущениях, но у Сагана подобных сомнений не возникло. Он умел наблюдать и приучил себя анализировать собственные наблюдения, а не принимать их на веру. И он твердо знал, что ровным счетом ничего не видел, никакой «штуки» или «объекта». Как будто руки призрака коснулись его требника. Такие же руки призраков, что касались поддельной бомбы.

Те же руки призраков, вероятно, что коснулись и его. В его воображении возникли слабые проблески того, что могло произойти в связи с космическими экспериментами.

Саган сел в кресло пилота. Его космоплан находился теперь в зоне действия приборов относительно планеты Валломброза. Настало время решительных действий. Или он узнает правду, или… или его остановят на этом пути.

Саган ждал, настороженный и собранный. Особого страха он не испытывал. Что бы и кто бы ни встретил его здесь. Его, он чувствовал, пригласили принять участие в игре. Однако не исключено было, что он ошибся в расчетах, неверно оценил эту персону и ситуацию в целом. Может статься, что Командующего устранят с дороги.

И вот он один в невооруженном космоплане, абсолютно ничем не защищенный. Хотя, судя по тому, что он видел (или не видел?), никакая защита от этих «призраков» не спасет.

С приборами все шло как следует. Они исправно фиксировали и записывали данные планеты, известной под названием «Валломброза». С ним тоже пока что ничего не происходило. Он встал, прошелся по своему небольшому космоплану, вернулся в камбуз. Поглощенный своими делами и мыслями, он совсем забыл про чай и дал ему слишком сильно остыть. Пришлось вылить его и приготовить другой. Поглядывая на приборы и оценивая предварительные показания, Саган мрачно улыбался и одобрительно кивал головой.

Он использовал возможность приоткрыть завесу над тайной, возможность увидеть правду.

Сама по себе планета Валломброза была пустынна. Однако жизнь на ней существовала. Жизнь, поддерживаемая искусственно. Планету окружали со всех сторон космические станции, огромные космические станции, каждая из которых могла вместить, по всей вероятности, тысячи людей.

62
{"b":"28670","o":1}