ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Я буду называть вас Камилой, — неожиданно сказала она. — А вы меня зовите Астартой.

— Вы не любите его, — тихо сказала Камила, нервно кроша хлеб на мелкие кусочки. — Вы не любите его, как… Вы сами сказали… так, как любят, когда любовь рождается вместе с теми, кто любит.

— Да, Камила, — сказала Астарта, стойко выдерживая взгляд Камилы. — Вы правы. Я не люблю его такой любовью. И никогда не смогу полюбить.

— А я люблю! С тех пор, как впервые увидела его, нет — еще раньше, когда мой отец впервые рассказал мне о встрече с ним, я уже тогда почувствовала, что Дайен мне не безразличен, хоть и сама не понимала, отчего. По-моему, сначала отец был не очень высокого мнения о Дайене. Они встретились в ту ночь у Снаги Оме, в ночь, когда Снага Оме был убит, а Дайен объявил себя королем. Мой отец и леди Мейгри были там, подошел Дайен и обвинил леди Мейгри в том, что она предала его из-за своей любви к Дереку Сагану. Леди Мейгри ударила его. — Забыв на миг, где она находится и кто ее слушает, Камила улыбнулась, вспомнив, как живо и шумно-весело рассказывал Медведь об этом инциденте. — Леди Мейгри не просто отвесила Дайену оплеуху, она двинула его кулаком, если верить моему отцу. Дайен отлетел на целых пять шагов. После этого мой отец, однако, изменил свое мнение о короле к лучшему. Он не повиновался этому противному и страшному старику Абдиэлю, рискуя собственной жизнью, и предъявил свои права на трон. Когда отец рассказывал об этом, мне казалось, я вижу Дайена перед собой, хотя раньше я его никогда не встречала…

— Да, — сказала Астарта. — Могу себе представить.

Камила вспомнила, где она. Она сидела, сгорбившись над своей тарелкой, и смотрела на несъеденные фрукты, не поднимая глаз на Астарту.

— Вы поймете тогда, что мы ни в чем не виноваты. Мы не хотели причинить вам зло. Мы никому не хотели делать зла. Мы хотели бы только быть вместе, потому что такая у нас судьба.

— Да, вы хотели бы, — сказала Астарта, — но не можете.

Камилу раздражало спокойствие этой женщины. Уж лучше бы Астарта вспылила, разозлилась на нее — по крайней мере, это было бы легко понять.

— А вы когда-нибудь любили кого-нибудь вот так — беззаветно? — спросила Камила.

— Я не встретила настоящего избранника моей души. А теперь сомневаюсь, что когда-нибудь захочу этого. Так, видимо, угодно Богине. Мне предназначено судьбой выполнять свой долг, быть королевой, произвести на свет наследника престола.

— Ваша Богиня предназначила вас для жизни в браке без любви? — изумилась Камила. — Как можно…

— Нет, не без любви, — возразила Астарта. — Я по-своему люблю Дайена. О, не так, конечно, как любите его вы, Камила. Я хотела бы уметь так любить, — добавила она, погрустнев, и покачала головой. — Но я, кажется, начинаю сама себя жалеть, а это слабость, которую наша Богиня презирает и ненавидит. Я уважаю своего мужа. За все, что есть в нем хорошего. За его высокие идеалы и благородные принципы, за то, что он делает то, что считает справедливым, за его самоотверженность и преданность народу. Меня восхищает его честность.

Камила снова покраснела и прикусила губу.

Астарта поняла ее:

— Вам странно слышать от меня слова о его честности, когда со мной он поступает так нечестно, но я не отказываюсь от своих слов, потому что видела и знаю, как он страдал оттого, что обманывает меня. Если бы он был нечестным, его это не мучило бы. А ведь он мучился, разве не так, Камила?

Камила плотно сжала губы, не давая вовлечь себя в ловушку.

— Он страдал. И вы тоже. Вы все больше и больше нравитесь мне, Камила.

Камила не нашла в себе сил ответить на комплимент благодарностью. Она просто не представляла себе, что Астарте кто-то мог нравиться. Эта женщина была слишком отчужденной от других людей и холодной.

— Где я? — спросила Камила, прервав затянувшееся молчание. — Куда вы меня привезли?

— Вы в храме Богини на планете Церес. Не волнуйтесь, — поспешила добавить Астарта, заметив на лице Камилы тревогу и удивление. — Это единственное место, где вы в безопасности. Здесь моя мать не осмелится причинить вам вред, потому что это место священно. Вы проделали путешествие в гробу. Поверьте, это вовсе не дурное предзнаменование, но у меня не было иной возможности доставить вас сюда так, чтобы об этом не узнала моя мать. Теперь-то она, конечно, знает, что вы здесь. Ее шпионы вездесущи. Но я уже говорила с ней. Никто не посмеет проливать чью бы то ни было кровь в храме Богини. Она навеки проклянет дерзнувшего сделать это.

— Так, значит, я в безопасности только пока остаюсь здесь? — Камила обвела взглядом комнату, в которой сидели они с Астартой.

— О, вам совсем не нужно сидеть взаперти в этой комнате. Территория храма очень обширна. Вы можете свободно по ней передвигаться. Я покажу вам окрестности. Крис говорит, что после долгого пребывания в неподвижности вам необходимы прогулки и физические упражнения. Наша Священная Роща очень красива, хотите взглянуть на нее?

Камила не стала возражать против этого. Ей и вправду хотелось размять ноги и довести себя до такой усталости, чтобы ни о чем не думать.

Они вышли из комнаты, прошли по коридорам с зарешеченными окнами, через которые свободно проникали воздух и солнечный свет. Подвесные колокольчики наполняли воздух музыкальным позвякиванием. Астарта и Камила вышли в сад, красота которого поразила Камилу до глубины души. Над ними высились горы в шапках вечных снегов, а далеко внизу, в долине виднелась причудливая россыпь башен и шпилей главного города планеты Церес, носившего то же название, что и сама планета.

Город располагался на некотором удалении от храма, как будто не смел приблизиться и проявить этим непочтительность. Из города вела к священному месту широкая магистраль — оживленный поток верующих никогда не пресекался на ней.

Окруженный стенами сад был огромен и открыт небесам. Здесь не было очень высоких деревьев, чтобы Богиня, глядя с небес, могла видеть и благословлять тех, кто гулял здесь, и ничто не должно было становиться преградой перед глазами Богини. Умиротворение и безмятежное спокойствие снисходили на тех, кто посещал этот сад. Камила невольно почувствовала это на себе и пыталась не поддаваться благостному настроению, оставаясь настороже.

На пути им повстречалось несколько человек, почтительно поклонившихся Астарте и поспешно удалившихся, чтобы не нарушать ее покой. Астарта не напоминала Камиле о том, другом саде, за что Камила была ей признательна, но не думать о розарии, как ни старалась, не могла.

Астарта объясняла Камиле, чем полезны некоторые из растений, мимо которых они проходили, как вдруг Камила остановилась.

— Все это очень мило, Ваше величество, — сказала Камила, отказываясь от обращения к королеве по имени, — но если взглянуть правде в глаза, то я ваша узница. Вы схватили меня, чтобы заставить Дайена вернуться к вам. Используете меня как заложницу?

Астарта пристально смотрела на Камилу и не сразу ответила:

— То, что я скажу вам, мне нелегко будет сказать, а вам — выслушать. Пусть Богиня будет свидетельницей нашего разговора. Вы согласны на это?

— Я… Я… Да, я думаю, — колебалась Камила. — Но вы знаете, что я не верю в вашу Богиню, — добавила она, как бы оправдываясь.

— Это неважно, — улыбаясь, возразила Астарта. — Она верит в вас. Идемте.

У Камилы не было выбора, коль скоро ей хотелось узнать, что на уме у этой женщины.

Они приблизились к беседке, увитой виноградной лозой. Здесь сад, похоже, кончался, и начинался круто поднимающийся вверх склон, густо поросший кустарником и деревьями.

Астарта прошла через беседку, раздвинула занавес, образованный великолепной виноградной лозой, и Камила увидела узкую тропинку, скрытую от глаз людей, гуляющих в саду.

— Это тропа Верховной жрицы, — сказала Астарта. — Она ведет туда, вверх, — показала она, — в Пещеру Святой Богини. Туда могут приходить только я и те, кого я приведу с собой. Впереди крутой, но не опасный подъем, и вы отдохнете, как только мы дойдем до конца нашего пути. В самых трудных местах я помогу вам. Дайте мне вашу руку.

78
{"b":"28670","o":1}