ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
1917: Да здравствует император!
Брисбен
Когда кончится нефть и другие уроки экономики
Последний ребенок
Сказка о смерти
Игра престолов
Под Куполом. Том 1. Падают розовые звезды
Сердце. Как помочь нашему внутреннему мотору работать дольше
Дао жизни: Мастер-класс от убежденного индивидуалиста
Содержание  
A
A

Привлекший его внимание звук исходил не от челнока и не от окружающего дом пространства. В сущности, звук не принадлежал реальному миру, потому что Командующий слышал его не ухом, а душой. Голос! Очень знакомый голос… Голос, которого не было слышно семнадцать лет.

Саган закрыл глаза, как бы отстраняясь от действительности, погружаясь в себя, чему его научили еще в детстве. Наконец он ощутил полную пустоту, как вне, так и внутри себя. Его душа, покинув тело, плыла в ночном пространстве, и ничто — ни биение сердца, ни пульсация крови — не мешало ей прислушиваться.

И он услышал звук, словно прохладным туманом окутавший его горящую душу. Звук этот, полный скорби и печали, был плачем сестры по умершему брату.

Вот и ответ на мольбу Сагана. Теперь ему стало ясно, что хотел сказать Бог.

— Прости мои сомнения, Боже! Я понял!

— Милорд.

Этот реальный голос ворвался в сознание Сагана и вернул его к действительности. Открыв глаза, Командующий отсутствующим взглядом посмотрел на стоявшего перед ним центуриона.

— Милорд, извините, что побеспокоил вас, но разрешите доложить, что центурионы по вашему приказанию прибыли…

— Да-да, капитан, вы действовали правильно. — Саган осмотрел комнату, как бы вспоминая. — Я слышал шум за окном. Пусть ваши люди проверят.

— Есть, милорд. — Капитан сделал знак, и два центуриона, стоявшие у дверей, с рвением бросились выполнять поручение, два других заняли их место. — Еще приказания, милорд?

— Немедленно оцепить город. Отменить взлеты всех кораблей. Ни один не должен покинуть планету. При попытке взлета корабли перехватывать, но не сбивать. Отправить в город следственную команду. Провести облаву всего населения города и тщательно допросить всех. Я хочу знать все до мельчайших подробностей об этом человеке, — Командующий носком ботинка указал на лежащее на полу тело, — и о мальчике, что жил с ним. Умершего звали Платус Морианна, но по имеющимся у нас сведениям он изменил имя на местный лад — Платус Моран. Обыщите дом. Нужно найти хоть что-нибудь, любую мелочь, что могла принадлежать подростку. Повторяю: любую мелочь! Портрет девушки, модель корабля, компьютерные дискеты. Когда закончите, дом сжечь!

— Есть, милорд. А что делать с телом?

— Он был атеистом и покончил с собой. Да ниспошлет Бог милосердие его душе. — Саган опустился на одно колено. — Requiem aeternam dona eis, Domine.[2] — Закрыв веки умершего, он взял руку Платуса и положил на драгоценный камень, блеск которого постепенно затухал. — Не трогайте тело. Пусть сгорит вместе с домом.

— Есть, милорд.

Капитан снова сделал знак, и в дом вошли попарно четверо центурионов, которые тут же начали перерывать все буквально до основания. Капитан в это время по переговорному устройству в шлеме отдавал приказания, и вскоре из грузового отсека челнока выехали грузовики на воздушной подушке, полные вооруженных центурионов, и по безлесной равнине устремились в сторону небольшого портового города.

В открытом окне комнаты появилась голова центуриона.

— Капитан, трава здесь так вытоптана, что мы не можем обнаружить никаких следов. Отпечатки ног есть повсюду — и здесь, и в огороде. Есть и следы зверей. Похожи на волчьи.

Капитан вопросительно посмотрел на Командующего, тот пожал плечами, явно не проявляя интереса.

— Следы, видимо, давнишние. Скорее всего я слышал шум от какого-то зверя.

Перешагнув через тело, он вышел из комнаты. За его спиной раздавался грохот падающих на пол книг, треск дерева, резкий звук разорванных струн арфы. На улице Командующий остановился и посмотрел на небо, где горели звезды. Для поэтов звезды казались блестящими драгоценными камнями, но для него они были лишь булавочными головками, разбросанными по огромной карте галактики.

Мысленно ухватив пальцами одну из этих булавок, он прошептал:

— Наконец, миледи. Наконец!

ГЛАВА ПЯТАЯ

Свобода — это значит, что терять уже нечего.

Кри Кристофферсон, «Я и Бобби Мэги»

— Эй, парень! Черт возьми! Ты слышишь меня?

Чья-то рука закрывала ему рот. Грудь сдавило, душу сжигала боль. Дайен открыл глаза. Он не узнал лица наемника, почти вплотную прижавшегося к нему. Да если бы и узнал, это не имело значения. Мускулы Дайена напряглись, он отчаянно забился, стараясь высвободиться из крепких объятий Таска. Он должен проникнуть в дом! Он должен помочь Платусу!

— Дело дрянь, парень. Там же Командующий! — прошипел голос прямо над ухом.

Тяжесть еще сильнее сдавила ему грудь, рука крепче зажала рот. Дайен в бешенстве посмотрел на черное лицо. Блики красного и золотистого-света от челнока, падая на это лицо, делали его похожим на дьявола, восставшего из адского пламени. Лоб Таска был покрыт капельками пота. В темных глазах крохотными точками отражался яркий свет корабля.

— Слушай меня, парень, и слушай внимательно! — Таск прижал голову Дайена к земле. — Только что человек отдал жизнь за тебя. Ты можешь понять, что это значит?

Дайен забился сильнее, пытаясь бороться, но не с человеком, а с судьбой. Минута, другая — он сдался и, закрыв глаза, кивнул.

— Хорошо, — прошептал Таск. Пристально глядя на юношу, он убрал руку, сжимавшую Дайену рот, и колено, давившее ему на грудь. — Мы на дне какого-то оврага позади твоего дома, — прошептал Таск прямо ему в ухо. — Командующий все еще в доме. В любую минуту сюда явятся его люди. Нам надо сматываться и как можно быстрее! Ты понял?

Дайен снова кивнул и приложил руку к голове, пытаясь унять боль.

— Ну же, парень, вставай! — проворчал Таск, подталкивая его. — Не так уж сильно я тебя ударил. Тише…

Дайен осторожно встал, оглядываясь в поисках своей сумки. Они находились на дне глубокого рва, проходившего позади дома, и в данный момент были в безопасности. Но это не могло продолжаться долго. Дайен уже слышал голоса, доносившиеся из дома. Один голос он узнал: это был голос человека, убившего Платуса. Дайен сделал шаг в сторону насыпи.

— Не туда, парень! — прошипел Таск, хватая юношу за руку.

Дайен поджал губы; по его глазам было видно, что сердце у него сжалось от боли. Выдернув руку, юноша повернулся и побежал по каменистому дну оврага. Он бежал со всех ног, подальше от дома, от кроваво-золотистых огней челнока, от крови, окрасившей серебряные доспехи…

Захваченный врасплох неожиданным бегством Дайена, наемник бросился вдогонку.

— Ну и парень! Чертов заяц! — Немного пробежав, Таск остановился, рискнув оглянуться, но не увидел ничего, кроме краев оврага и отсвета огней корабля.

— Дело только во времени. Эй, парень! — Догнав Дайена, он, задыхаясь, спросил: — Этот овраг… выведет нас… к городу?

Вместо ответа Дайен только мотнул головой. По его щекам текли слезы, оставляя грязные подтеки. Не сбавляя скорости, он начал резко и непонятно жестикулировать, и Таск никак не мог взять в толк, что означают его жесты. Наемник мог только надеяться, что юноша знает путь. Пригнув голову, Таск сосредоточил внимание на работе ног и дыхании.

* * *

— Ложись! — крикнул Таск и, схватив Дайена за руку, потянул его в тень, падавшую от запыленного рекламного щита, надпись на котором приветствовала приезжающих в город путешественников, сообщала данные о количестве населения и приглашала покупать здесь недвижимость.

Мимо них пронеслись грузовики на воздушной подушке, поднимая облака пыли, которая с ног до головы окутала юношу и наемника.

— Что это? — спросил Дайен, закашлявшись. — Что это значит?

— Армия Командующего. — Пыль ела глаза, и Таск прикрыл их рукой. — Он объявил военное положение и взял на себя управление городом. Десять к одному, что он разыскивает тебя, парень. — Пыль постепенно осела. Наемник задумчиво посмотрел вслед грузовикам, быстро приближавшимся к городу.

— Чему ж вы тогда улыбаетесь? — Дайен зло посмотрел на наемника. — Ведь это значит, что со мной все кончено…

вернуться

2

Даруй, о Господи, им вечный покой (лат.)

12
{"b":"28672","o":1}