ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мишель Уэльбек

Лансароте

Мир — среднего размера

глава 1

Четырнадцатого декабря тысяча девятьсот девяносто девятого года, во второй половине дня, я осознал, что мне, скорее всего, не удастся весело встретить Новый год, — как и всегда. Я свернул направо, на авеню Феликса Фора, и зашел в первое попавшееся на пути туристическое агентство. Девушка в агентстве занималась с клиентом. Она была брюнетка, в яркой блузке, с пирсингом в левой ноздре; волосы у нее были выкрашены хной. Изображая раскованность, я стал перебирать рекламные буклеты на столах.

— Могу я вам помочь? — услышал я минуту спустя.

Нет, она не могла мне помочь; никто не мог мне помочь. Все, чего я хотел, это вернуться домой и поваляться на диване, перелистывая каталоги клубных отелей; но она завела со мной разговор, и отвертеться было уже нельзя.

— Мне бы хотелось куда-нибудь поехать в январе… — произнес я с неотразимой, как мне казалось, улыбкой.

— Хотите погреться на солнышке? — Девица на полной скорости рванула вперед.

— У меня ограниченные возможности, — скромно ответил я.

Разговор туриста с турагентом — по крайней мере, согласно представлению, которое я составил себе по различным туристическим журналам, — обычно выходит за рамки простой купли-продажи; или же, быть может, разговор этот, предметом коего является столь волнующий воображение товар, как «путешествие», напротив, высвечивает истинную — таинственную, глубоко человечную и в чем-то мистическую — сущность всякой купли-продажи. Поставьте себя на одну секунду, дорогой читатель, в положение «туриста». О чем идет речь? Надо выслушать предложения, которые сделает вам сотрудник (чаще сотрудница) туристической фирмы, сидящая напротив вас. Она располагает — это ее обязанность — обширными познаниями о возможностях игрового и культурного досуга в местах отдыха, перечисленных в каталогах фирмы; у нее есть более или менее приблизительное представление о составе отдыхающих, о видах спорта, которыми можно заниматься на данном курорте, о знакомствах, какие можно там завязать; именно от нее в большой степени зависит, сбудется ли ваше счастье — или, по крайней мере, возникнет ли возможность для счастья — в течение этих недолгих недель. Ее задача — не просто выдать вам заранее заготовленный, «стандартный» отпуск: несмотря на всю краткость ваших деловых контактов, она должна как можно полнее удовлетворить ваши ожидания, ваши желания, а то и заветные чаяния.

— Могу предложить Тунис. Классическое направление, в январе — по сходным ценам… — начала она, пока что больше дляразгона. — А еще юг Марокко. Не в сезон там чудесно.

Почему только «не в сезон»? На юге Марокко чудесно круглый год. Юг Марокко я знал очень хорошо, во всяком случае, лучше, чем эта дуреха. Но как бы чудесно там ни было, мне туда не надо: вот что я должен вдолбить ей в голову.

— Я не люблю арабские страны, — отрезал я. — Хотя… — Я задумался и вспомнил девушку из Ливана, которую встретил в одном ночном клубе: не девушка — огонь, красивая щелка, сама такая нежная, и вдобавок — большие груди. К тому же один мой коллега рассказывал мне про отель в Хаммамете, куда приезжают целыми группами алжирки и развлекаются друг с другом, вдали от мужских глаз; об этом отдыхе у него остались дивные воспоминания. Пожалуй, арабские страны — это не так уж плохо, при условии, что удастся отгородиться от их дурацкой религии.

— Для меня проблема не в том, что это арабские страны, а в том, что это мусульманские страны, — продолжал я. — Нет ли у вас поездки в какую-нибудь немусульманскую арабскую страну? — Это было похоже на каверзный вопрос в телевикторине. Назовите арабскую немусульманскую страну: на ответ — сорок секунд. Она слегка приоткрыла рот.

— У нас еще есть Сенегал… — сказала она, чтобы прервать молчание. Сенегал? Почему бы и нет? Я слышал, что в Западной Африке авторитет белых все еще очень высок. Только заглянешь в дискотеку — и сразу какая-нибудь девчонка пойдет с тобой в бунгало; притом она даже не проститутка, они занимаются этим удовольствия ради. Конечно, им нравится получать подарки, разные золотые вещицы; но какая женщина не любит подарки? Сам не понимаю, с чего я об этом вспомнил; во всяком случае, трахаться мне не хотелось.

— Не хочу трахаться, — сказал я. Девица удивленно подняла на меня глаза; в самом деле, я пропустил несколько промежуточных этапов в моем рассуждении. Она снова начала рыться в папках. «Знаете, Сенегал — это от шести тысяч франков…» — сказала она наконец. Я грустно покачал головой. Она встала, чтобы заглянуть в другие папки; ей-богу, у этих девушек есть сердце, они принимают во внимание финансовые аргументы. А за окном прохожих осыпало снегом, который под их ногами превращался в грязь.

Она вернулась, снова села напротив и совершенно другим тоном спросила напрямую:

— А вы не думали о Канарах?

Поскольку я не ответил, она с профессиональной улыбкой стала разъяснять:

— Люди редко думают о Канарах… Это острова в Атлантическом океане, у побережья Африки, омываемые Гольфстримом. Круглый год мягкий, теплый климат. Некоторые наши клиенты были там в январе и купались… — Она дала мне время переварить информацию, затем продолжила: — У нас есть специальное предложение: «Бугенвиль Плайя». Три тысячи двести девяносто франков за неделю, вылет из Парижа девятого, шестнадцатого и двадцать третьего января. Отель, по местным нормам, — четыре звезды. В номере: ванная комната, фен, кондиционер, телефон, телевизор, мини-бар, индивидуальный платный сейф, балкон с видом на бассейн (за дополнительную плату — с видом на море). Бассейн площадью тысяча квадратных метров с джакузи, сауна, турецкая баня, тренажерный зал. Три теннисных корта, две площадки для сквоша, мини-гольф, настольный теннис. Выступления ансамблей народного танца, экскурсии с отправлением из отеля (разнообразная программа). В стоимость тура также включены страховка, медицинская помощь и сумма неустойки в случае отмены.

— А что за место? — не удержался я от вопроса.

— Лансароте.

глава 2

Встреча Нового года у меня прошла неудачно: я попробовал подключиться к Интернету, но не сумел. Я недавно переехал в новую квартиру; наверно, надо было заново установить модем или что-нибудь еще. Безуспешные попытки подключиться к Сети скоро меня утомили, и к одиннадцати часам я заснул. Такой вот современный Новый год.

Я выбрал для отъезда девятое января. Накупил себе газет в киоске аэропорта Орли. В «Интим-курьер» было то же, что и всегда. «Пари-матч» на нескольких страницах рецензировал книгу Бернара Анри Леви о Сартре. «Нувель обсерватер» уделил внимание сексуальной жизни подростков и столетию Жака Превера. А «Либерасьон» в очередной раз философствовала о холокосте, о долге памяти, о том, как больно шведам, когда принимаются ворошить нацистское прошлое их страны. Я подумал, что новый век ничем не отличается от старого. Впрочем, новый век еще не наступил; так, по крайней мере, утверждал некий лингвист в ток-шоу «Давайте поспорим», которое вчера передавали по телевизору; на самом деле новый век (и, соответственно, тысячелетие) наступит только в 2001 году. Наверно, в смысле хронологической точности он прав; однако было ясно: он говорит все это главным образом для того, чтобы уесть Деларю. Как бы то ни было, но цифра 2000 начинается с двойки, и это очевидно для каждого.

Полет над Францией и Испанией прошел хорошо; я почти все время спал. Когда проснулся, самолет летел над побережьем Португалии, и местность под крылом казалась засушливой. Затем он повернул и оказался над океаном. Я еще раз попытался вникнуть в содержание купленных мной журналов. Солнце садилось над Атлантикой, а я вновь задумался о вчерашней телепередаче. Одна из участниц, актриса порнофильмов, без страха смотрела в новое тысячелетие; мужчины ведь останутся мужчинами, говорила она, так чего же еще. А вот ученый-историк, напротив, придавал серьезное значение самому понятию «век», причем трактовал его расширительно: по его мнению, XIX век по-настоящему закончился лишь в 1914 году. Ученый-генетик, придерживающийся левых взглядов, возмутился: немыслимо, недопустимо, что в канун 2000 года столько людей на планете умирают от голода. Академик с правыми взглядами иронически заметил: ему, как любому человеку, очень жаль, что в мире существуют войны и голод; тем не менее он находит совершенно бесперспективными все попытки изменить судьбу человечества, пока не достигнуты коренные изменения в самой природе человека; таким образом, он, по сути, солидаризировался с актрисой порнофильмов, — в ходе передачи между ними, похоже, возникло взаимопонимание. Однако он был мало знаком с последними достижениями молекулярной биологии, а потому совершенно не отдавал себе отчета в том, что эти изменения (к которым он так горячо призывал, будучи совершенно уверен в их невозможности) отныне стали вполне осуществимыми, — причем в обозримые сроки. Генетик с левыми взглядами был, разумеется, в курсе дела; но он был убежденный сторонник активных политических действий и демократии, а потому гневно отвергал подобные замыслы. В общем, эта дискуссия, как и все остальные, представляла собой сборище идиотов. Я заснул и проспал до самого приземления. Если дела обстоят таким образом, думал я, то мы нескоро увидим подлинное начало нового века.

1
{"b":"28673","o":1}