ЛитМир - Электронная Библиотека

Остальные болотники важно закивали, гордясь своими богатствами.

– Король доверяет нам поставлять ему икру. Но за кукушечьими яйцами каждую весну посылает сборщиков.

Халь нахмурился, думая, что разговаривает с сумасшедшим. Кукушечьи яйца! Зачем королю Дагонету такая ерунда? А главное, если уж Ренауд так хорошо спланировал засаду, он никогда бы не повез принцессу через болото, населенное людьми Дагонета. А он определенно знал, что лежит впереди, потому что послал волков другим путем, в обход болота, которое им было бы перейти труднее, чем коням. Халь не мог во всем этом разобраться. Он даже думать нормально не мог от тревоги за Брид.

Болотники оставили пленников беспомощно болтаться в подвесных клетках, а сами, ловко орудуя шестами, поскакали в туман и скрылись из виду.

– Кукушечьи яйца! – с отвращением выдавил Халь. У него отняли меч, ножи и коня, но самое плохое – он потерял Брид. – Кукушечьи яйца, – снова повторил он и в отчаянии принялся раскачивать свою клетку.

Пип тут же начал делать то же самое.

Кеовульф покачал головой:

– Не стоит. Все, чего вы добьетесь, – это что вас затошнит.

Сверху послышался голос, отчетливо женский. Халь взглянул по направлению звука и застонал. Он-то думал, что болотники оставили их одних, но, оказывается, за ними приглядывали женщины. Редкое оскорбление!

Как и их мужья, женщины-болотницы носили широкополые шляпы, сплетенные из тростника. Та, что сидела на дереве над Халем, усмехнулась. На ней было очень забавное ожерелье из овальных бусин разных оттенков белого и голубого. Видимо, все здешние женщины украшали себя такими бусами; похожие ожерелья свисали с веток деревьев. Женщина, одетая по-мужски, в штаны и сандалии на деревянной подошве, нагнулась с ветки и ткнула Кеовульфа палкой. Несколько девчонок наверху запищали от восторга.

Ну что же, Халь представлял себе мучения и похуже. Пип выжидающе смотрел на Кеовульфа блестящими глазами. Рыцарь кашлянул в замешательстве и подмигнул Халю.

– Похоже, я ей нравлюсь, а? Кибиллия не была бы рада. Тем более что она ждет ребенка.

Халь не был расположен шутить. Он волновался за Брид, но при этом его преследовало раздражающее чувство, что она где-то неподалеку и смотрит на него, наверняка неодобрительно. Он взглянул вверх и увидел, что в ветвях установлены плетеные платформы вроде огромных грачиных гнезд. Значит, вот где живет болотный народец! Женщины, сидя в плетеных домиках, все время плели из лозы разные вещи – корзины, шляпы, циновки, покрытия для своих гнезд.

Халь подивился, как же это они умудрились сразу не разглядеть огромные сооружения на деревьях. Но согласился со словами Кеовульфа, что они были слишком заняты поисками безопасной дороги, чтобы смотреть наверх.

Пип стоял, вцепившись руками в прутья клетки и глядя на девушек снизу вверх.

– Ведь вы не откажете нам в глотке воды?

Его кеолотианский звучал вполне уверенно. Халь взглянул на мальчишку с удивлением. Оказывается, парень уделял урокам больше внимания, чем казалось всем и каждому! Бранвульф настоял на том, чтобы дать сорванцу хорошее образование, потому что некогда обещал матери Пипа позаботиться о ее детях.

– Ничего мы тебе не дадим, пока мужчины не вернутся, – сварливо отозвалась старшая из женщин. – Они ушли на все утро, собирать яйца, и до их прихода ты ничего не получишь.

День подходил к вечеру, настроение у Халя делалось все хуже.

– Перестань петь, – огрызнулся он на Кеовульфа, который начал мурлыкать себе под нос старую песенку.

Голос у рыцаря был приятный и хорошо поставленный, но Халя это не утешало.

Неожиданно он замер, услышав вдали глубокий трубный рев – странный звук для болот, хотя узнать его было легко.

– Олень, – подтвердил Кеовульф спокойно.

Женщины загомонили в тревоге. Когда Халь снова взглянул наверх, он увидел две фигуры, сидящие, скрестив ноги, на толстой ветке. Юноша сразу узнал в одной из них Брид, но понятия не имел, откуда взялась вторая – скрюченная старуха – и что случилось с Абеляром.

– Я покажу вам корзины, какие вам и не снились, – прошамкала старушка, обращаясь к болотным женщинам.

Она говорила по-кеолотиански, но Халь тотчас же узнал таинственную женщину, которая помогла кобольдам как раз перед похищением принцессы Кимбелин. Он с трудом верил, что такая старая оборванка может владеть более чем одним языком! Сначала он думал, она бельбидийка, но вот теперь старуха говорила по-кеолотиански не хуже болотных женщин.

Старуха взяла корзину из рук Брид и принялась плести со сказочной быстротой. За минуту в руках ее оказалась плетеная птица с распахнутыми крылами.

– Вы просто должны попросить у старой ивы, чего хотите, и она все вам даст. Она – мягкосердечное дерево, очень расположенное к женщинам. А если плести при свете луны, ваши корзины будут волшебными, – скрипучим голосом объясняла старуха.

Брид легко спрыгнула с дерева.

– С таким искусством вы больше не будете зависеть от короля. Вы сами будете зарабатывать деньги. А до сих пор к вам всего раз в год приезжает посланник с деньгами, ведь так? Приходится долго ждать…

Халь приподнял брови. Брид куда лучше него говорила по-кеолотиански!

– Но мы получим деньги за этих трех пленников, – возразила одна из болотниц. – Король послал нам приказ: задерживать всех чужаков. Это важная работа.

– Король не умеет плести корзины так хорошо, как я, – ответила старуха, сама очень похожая на старую иву.

Халь не мог понять, на что они рассчитывают, но болотные женщины были очень впечатлены.

– Нуда, ты плетешь добрые корзины, но кукушечьи яйца находить не умеешь так, как наши мужчины, – наконец сказала одна из них.

Старуха рассмеялась. Голос ее был скрипучим, как ивовые ветви, стонущие на ветру.

– Желаете меня испытать? Я вам говорю, что самое большое кукушечье яйцо, какое вы только видели, лежит как раз под корнями этой ивы.

Она похлопала по зеленоватой коре. Болотницы засомневались.

– Мы искали меж корней сотни раз, но вода здесь такая мутная и грязная, что найти ничего невозможно.

– Вот этот мужчина смог бы. – Старуха ткнула крючковатым пальцем в Халя.

Одна из болотниц отбросила свое плетенье:

– Ну да, все ясно! Это план, чтобы мы выпустили их на свободу!

– Что же здесь опасного? – вкрадчиво спросила Брид. – Ведь здесь, на болоте, вы всегда сможете поймать его и посадить обратно. У него нет посоха или ходулей. Кроме того, если вы сделаете, как я говорю, он и в самом деле добудет для вас кукушечье яйцо. Самое лучшее за всю вашу жизнь. Я могу доказать это.

Брид щелкнула пальцами, и в воздухе свистнула стрела. Она вылетела откуда-то сзади, из-за трех стволов деревьев, растущих из болота, и точным попаданием перерезала узел веревки, спутывавшей дверь клетки. Халь ударил в плетеную дверцу ногой и вышиб ее. Секундой позже свистнула новая стрела, и прежде чем Халь успел понять, что происходит, веревка, на которой висела клетка, оборвалась, и юноша полетел в грязную воду.

Под водой было темно. Халь отчаянно метался по клетке, ища выход. Наконец, задерживая дыхание, он нащупал отверстие и выскользнул наружу. Единственная его цель была – вынырнуть на поверхность, но тут что-то схватило Халя за ногу и потянуло вниз. Кажется, это была рука! Халь выкручивался и пинался, стараясь освободиться, но все было бесполезно. Хватка руки была словно железная.

Юноша задыхался, мутная вода застилала ему глаза – но все же он разглядел впереди что-то круглое и светящееся. Рука по-прежнему неумолимо тянула его на дно, и Халю ничего не оставалось, кроме как поплыть к светящейся штуковине и схватиться за нее. Сжав ее в ладони, Халь тут же почувствовал, что снова свободен. Его ногу отпустили, и юноша рванулся к поверхности.

Он вынырнул у ствола дерева и забился на воде, хватаясь за иву и глотая воздух. С дерева быстро спустили веревку, и Халь уцепился за нее. Как раз в этот миг послышались голоса мужчин-болотников, вернувшихся посмотреть, что тут за шум.

97
{"b":"28679","o":1}