ЛитМир - Электронная Библиотека

– Благодарю вас, лорд Халь, – любезно произнесла она, распуская шелковую ленту. – Вы были правы, тролли действительно появились. Мы все обязаны вам своей жизнью. – Принцесса подъехала поближе, чтобы обвязать ленту вокруг шеи Халя. – Спасибо, мой рыцарь. Вы спасли меня. – Наклонившись, Кимбелин коснулась губами его щеки.

Молодой человек постарался не подать виду, как рад. Он получил долгожданный трофей! Стоило принцессе отвернуться, как Халь поднес ленту к губам, вдохнул впитавшийся в шелк сладкий аромат тела, и широкая довольная улыбка расплылась на его лице. Он показал, на что способен. Однажды кто-нибудь сложит эпическую балладу о том, как он героически спас принцессу Кимбелин от похотливых зверей Троллесья и завоевал ее сердце.

Солнце давно уже скрылось, когда караван, наконец, достиг таверны в укрытом среди лесной чащи Гортхольме. Впрочем, таверна громко сказано: это была всего лишь ветхая, увитая плющом бревенчатая хижина. Посетителей внутри не оказалось: вперед опять послали солдата предупредить трактирщика о приближении особ королевской крови, и он попросту выгнал своих менее именитых завсегдатаев. Халь задался вопросом о том, где же в таком случае будут спать прочие путешественники, которых ночь застала в Гортхольме, а принц Тудвал произнес краткую, но полную чувств речь против троллей.

– Много лет назад троллей в этом лесу перебили специальные отряды охотников. Их уже давно никто не видел. И вдруг оказывается, что у самой дороги завелось целое непуганое стадо!

– Прямо как волки в Бельбидии, – вставил Тапвелл. – В последнее время они так и рвутся на юг из Торра-Альты.

– Неверные! – сплюнул на пол Тудвал. – Все это проделки неверных.

Халь, пылая гневом, вскочил, однако заметил обеспокоенный взгляд Кеовульфа и заставил себя медленно опуститься обратно на скамью. Он вспомнил о призрачном медведе, о необычных следах и подумал: не та ли черная магия породила и волков? Но переговорить об этом с рыцарем ему удалось лишь намного позднее, когда они стали укладываться спать.

– Черномордые волки и тролли, темные порождения земли, – покачал головой Кеовульф. – Следующими нам встретятся гоблины.

– Это из-за Спара, да? – У Халя в животе похолодело. – Я всегда знал, что парню не хватит твердости. Сила Некронда одолевает его.

– Похоже на то, – грустно согласился Кеовульф.

– Я знал, – повторил Халь, одновременно и злясь на Каспара, и стыдясь за него.

Спал он в эту ночь плохо. Снились тролли и волки, вгрызающиеся ему в ноги. Потом, к счастью, им на смену пришла принцесса Кимбелин, но и та растаяла у него в объятиях, оставив в руках только горсть огромных необработанных рубинов. Потом он скакал на Тайне вверх по дороге, поднимавшейся к Торра-Альте, чтобы похвастаться Каспару новыми доспехами, усеянными драгоценными камнями. Но Каспара на месте не оказалось, только слышно было, как где-то горько плачет Брид. Халь не мог ее найти, перепугался и стал бегать по крепости, выкрикивая ее имя. Наконец отыскал, одинокую, чего-то очень боящуюся, забившуюся в какой-то люк в самой глубине пахнущих плесенью подземелий, но не сумел вытащить. Новые доспехи вдруг стали необычайно тяжелыми, мешали протиснуться в узкие коридоры, скребли по стенам. Халь стал тянуть Брид за руки, та застряла еще крепче…

Он проснулся. Кеовульф уже растирал ноги, пытаясь согреться. Со двора доносился обычный утренний шум.

Расстроенный увиденным сном, Халь рад был бы по скорее отправляться в путь. Когда все благородные собрались в таверне поесть перед дорогой, теплая улыбка Кимбелин его подбодрила, но после короткого завтрака, за которым поговорить с принцессой почти не удалось, он опять заторопился. А вот принц Тудвал, напротив, не спешил. Чтобы скрыть нетерпение, Халь как следует вычистил Тайну.

Только когда они наконец выехали на дорогу и двинулись на восток, молодой человек заметил, что люди чем-то встревожены. Вместо понятной мрачности, сурового солдатского траура по погибшим накануне, многие о чем-то волновались, вертели в руках концы поводьев и сидели как-то напряженно.

Спустя несколько часов березы кончились, и опять пошли могучие дубы, стоявшие поодаль друг от друга. У них были необхватные стволы, короткие сучья, а тут и там торчали пучками молодые ветки, начавшие покрываться почками. При виде таких старых деревьев Халю показалось, будто он попал в прошлое.

Проехали хижину углежога, вокруг которой, будто не большая деревня, высились груды напиленных дров и торфа, однако никаких других признаков, что тут живет человек, не увидели. Лес умолк, лишь шелестели на тихом ветру кусты, да хрустел под копытами лошадей золотой ковер опавших листьев.

Только теперь Халь осознал, как огромны леса Кеолотии. Вот уже несколько недель караван ехал среди деревьев. Халь вдруг понял: сойдя с дороги, он мог бы навсегда заблудиться.

Кеолотианские солдаты о чем-то шептались, Халь пожалел, что до сих пор плохо понимает их язык. Он подъехал к Огдену, и тот вежливо поклонился.

– Доброго утра, сир.

Халь кивком указал на кеолотианцев.

– Кажется, они чем-то обеспокоены. Ничего тебе не говорили?

– Говорили, еще как. От Кая и остальных кеолотианцев только и слышишь про то, как они ничуть не боятся ехать через Хобомань. Верно, Кай? – спросил Огден кеолотианского сержанта. Тот коротко кивнул. – Они такие же суеверные, как и все другие солдаты, сколько я их ни встречал. Говорят, что там лес заколдованный, вроде как эльфы там живут. Я-то сам не знаю, а только дорога эта проходит от Хобомани совсем близко. Кай хотел предложить принцу Тудвалу свернуть южнее, да только не посмел. К принцу так просто не подступишься.

– Но ведь южнее никакой дороги нет, – возразил Халь. – Пришлось бы ехать через холмы, перебираться через овраги и реки. А у нас шестнадцать тяжело груженых повозок.

Кай указал на узкоплечего юношу, ехавшего чуть впереди.

– Видите того парня? До того, как господин его послал на королевскую службу, он жил в холмах к югу от Троллесья. Говорит, там только поначалу трудно, а дальше начинается дорога, где могут проехать три всадника в ряд.

Халь взглянул на сержанта с сомнением. Будь это правдой, Тудвал, несомненно, выбрал бы южный путь.

Вскоре колонна остановилась набрать в ручье воды, и у Халя появилась возможность спросить принца, что он думает.

Тудвал неприятным жестом отбросил с глаз волосы и безучастно взглянул на холку своего жеребца, жевавшего мундштук уздечки.

– Бесполезно обсуждать с людьми подобное, а уж такой глупости, чтобы поверить их россказням, я не ожидал даже от вас! Мы никогда не ездим тем путем. Дорога заброшена. Она, конечно, неплохо сохранилась, но там нет постоялых дворов, почти ни одной деревни, где можно было бы отдохнуть и пополнить запасы, да к тому же те места славятся разбойниками. Они поднимаются по реке Нар, чтобы проникнуть в глубь страны. Так что там для принцессы неудобно и небезопасно. Этого вам хватит?

Халь чувствовал, как закипающий гнев поднимается вдоль горла, но сумел заставить себя кивнуть. Спорами ничего не добьешься принц Тудвал в своей стране, а сам Халь гордится тем, что годы, когда чувства безраздельно правили его действиями, позади. Молча, поздравив себя с проявлением сдержанности, Халь стал обдумывать сказанное Тудвалом. Скорее всего, принц лучше знает дороги на своей земле, чем молодой солдат. Впрочем, позднее Халь решил, что Тудвал в своих решениях все же ошибся, каковы бы ни были недостатки южного пути. Караван уперся в берег вздувшейся от половодья реки.

– Шкурий Ручей, – вспомнил название один из кеолотианцев, глядя в быструю темную воду. Поверхность реки густо покрывали опавшая хвоя и сломанные ветки. То и дело вода захлестывала низкий деревянный мост, стоявший на шатких сваях. Мусор, застревая между сваями, мешал течению, так что уровень воды над этой невольно получившейся плотиной быстро нарастал. Доски моста трещали и вообще казались изрядно подгнившими.

Тудвал спал с лица.

70
{"b":"28680","o":1}