ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Посторонись! Дай мне место! – прорычал он.

– Ты же с ног валишься! – закричала она в ответ.

Чистая правда. Все мускулы у него дрожали и ныли от изнеможения, но присутствие под боком женщины мешало даже думать как следует. Хотя Каспар опять рыкнул на нее, она осталась на месте и тут уж ничего поделать было нельзя. Первый шахтер ринулся на молодого воина. Юноша косым ударом меча отразил нападение и отшвырнул врага. Но тут же на него налетел второй. Торра-альтанец уже замахнулся, чтобы описать широкую дугу и отсечь противнику голову, но краем глаза заметил рядом Изеллу и побоялся невзначай задеть ее. Рубанул вполсилы, пробить прочную кольчугу не сумел и остался совершенно беззащитен перед натиском третьего неграферрца.

Бок Каспара был открыт для удара – но его не последовало. Топор не спешил опускаться. По рядам шахтеров пронесся вопль паники. Не прошло и нескольких секунд, как все побросали оружие и пустились наутек. За ними – кузнецы и горожане.

Каспар зашатался и рухнул на колени, упершись подбородком в рукоять меча. Ну и зрелище! По всему полю битвы воины Ясеня безжалостно разили бегущих врагов.

Можно было не ломать голову, что же обратило в бегство неграферрцев. Сквозь толщу земли под ногами юноши прорезался странный животный крик, пронзительный и визгливый. Шахтеры мгновенно узнали этот звук. Тощие зеленые фигуры уже появились из-под земли и заскользили по траве к сражающимся. Пещерные гоблины!

Голова Каспара поникла на грудь. Сила Некронда обращена против него. Пещерные гоблины чуяли Яйцо, явились за ним – но не этого так страшился юноша. Поток зеленых чудищ извергался из похожих на раковины курганов, где находился вход в подземелье. Неудивительно, что шахтеры бежали при первом же крике гоблинов, заразив паникой солдат и кузнецов. Шахтеры испокон века боялись этих обитателей подземелий – те, дескать, обрушивают туннели и пожирают заблудившихся или отбившихся от своих рабочих. Правда, из наземных жителей подобным байкам мало кто верил. Самому Каспару уже доводилось встречаться с пещерными гоблинами и он тоже боялся – но не за себя.

– Изольда! – хрипло выкрикнул он, бросаясь к входу в туннели.

Около плеча снова выросла Изелла. Около тридцати охотниц Ясеня бежали впереди, тоже спеша на выручку родне. Влившись в их поток, торра-альтанец не то прыгнул, не то рухнул в подземелье и единым духом преодолел все изгибы вьющейся вниз спирали. Вот и самый глубокий чертог, где укрывались под надзором Ведуньи Ясеня женщины и дети. К своему ужасу, юноша увидел, что там уже кишат толпы пещерных гоблинов. Маленькие сыновья Ясеня, иные совсем еще младенцы, уже сражались с ними, яростно впиваясь зубами в зеленых чудищ.

Каспар обшаривал глазами темноту. Изольда – где же она? Нигде не видно! Но где-то совсем неподалеку свирепо рычал Трог. Внезапно – странное дело! – юноша увидел Пеннарда. Стоя над Придди, сын оружейника, как одержимый, разил гоблинов. Меч его перерубал тоненькие тела с одного взмаха. Не отставал от него и Трог – на глазах хозяина пес разорвал на части троих склизких жителей пещер.

Молясь о том, чтобы Изольда была с Придди, Каспар принялся пробиваться к ним. Малютка и впрямь оказалась там: согнувшись в три погибели, девочка защищала ее своим телом. Юноша встал бок о бок с Пеннардом – и вдвоем они кололи, рубили и крошили врагов, пока ему не показалось, что он вот-вот выронит меч от усталости.

К тому моменту, когда в чертог ворвался первый воин Ясеня, прошло, должно быть, не более десяти минут, но Каспар уже шатался, с неимоверным трудом поднимая меч для каждого нового удара. Сколько он еще сможет сдерживать натиск гоблинов, прежде чем они сметут его? Однако стоило лишь одному из гигантов появиться на пороге, пещерные жители вмиг исчезли.

Вслед за первым исполином появился второй и они вместе со страшным ревом принялись метаться по комнате, выискивая, кого бы еще убить. Скоро в укрытие влетело еще пятеро воинов в точно таком же безумии битвы. Один из них на ходу ударил кричащего ребенка – маленькое тельце взметнулось в воздух и отлетело на другой конец комнаты. Воинственно нагнув головы, точно разъяренные быки, исполинские сыновья Ясеня кружили по комнате. Женщины и дети вокруг в страхе пятились и жались к стенам. Наконец жажда крови угасла.

Пещерные гоблины попрятались, неграферрцы бежали. Подземелье наполнила странная тишина. В ней начал тихонько всхлипывать какой-то ребенок, застонала раненая старейшина. Битва закончилась.

– Моя малютка!

Каспар умоляюще повернулся к Придди.

Та с улыбкой вручила ему Изольду. Каспар лихорадочно прижал крошку к себе, твердя ей, что все будет хорошо, – хотя, честно сказать, похоже, все это светопреставление вокруг ничуть не испугало малышку. Весело хихикая, Изольда ткнула теплым пальчиком в подбородок приемного отца.

Юноша сглотнул слезы.

– Я так боялся за тебя! Он протянул руку Пеннарду:

– От всей души спасибо. Не знаю, зачем ты здесь, но все равно я тебе безмерно благодарен.

– Я пришел спасти Придди, – просто ответил сын оружейника.

Каспар кивнул, хотя все равно ничего не понял.

– Но ведь ее не надо было спасать от людей Неграферра.

– Я бы ни за что не побежал предупреждать Неграферр о том, что Изелла собирается разрушить плавильни, коли бы знал, что этим навлеку опасность и на Придди, – объяснил Пеннард. – Но когда я туда добрался, было уже поздно: великаны успели разнести печи по камушкам и перебить множество народу из окрестных деревень. Горожане пылали жаждой мести. Я умолял их не трогать живущих в долине людских детей. Но когда сказал, что Придди считает меня убийцей, они завопили, что разорвут на клочки всех, люди то или не люди. Я твердил, что со временем этих детей удастся вернуть к нашим обычаям, но все были так злы, что и слушать не стали. Сказали: эти дети все равно околдованы, и их тоже надо убить. Вот я и отправился со всеми вместе, надеясь прорваться в туннели и защитить Придди от ее же собственных соплеменников.

– Слов не хватает выразить, как я тебе признателен, – повторил Каспар.

Он чуть ли не целую минуту осматривал Изольду, чтобы убедиться, что та невредима, а потом бережно посадил ее в перевязь.

Лишь теперь Каспар смог оглядеться по сторонам. Кто-то зажег светильники. Женщины сновали туда-сюда, собирая детишек и разнимая маленьких мальчиков, которые уже начали вовсю тузить друг друга. Забияк поспешно распихивали по их манежикам. Ошеломленный и усталый, Каспар медленно брел посреди всей этой суеты, пытаясь отыскать выход на поверхность, как вдруг его остановили. Ведунья Ясеня медленно ковыляла к нему, опираясь на плечо Мирандель.

Старуха протянула руку к торра-альтанцу.

– Спасибо, мой мальчик. Ты просто молодец, мы в долгу перед тобой.

Она повела юношу к выходу, и тут сумрачную тишину подземелья прорезал странный крик. Множество голосов подхватило его, усилило, и вот он уже превратился в дикую, но ритмичную песнь. Каспар увидел, что воины Ясеня выстроились в круг и с мощным гиканьем завели ликующую пляску.

Древняя ведунья печально поглядела на юношу.

– Вот они, мой народ, которому нет более места в этом мире. Некогда земля была полна опасностей: кругом рыскали медведи, грифоны и драконы, и мы радовались бесстрашию наших мужчин. Ныне же мир стал ручным и спокойным, ему не нужны мои воины.

Ее взгляд, обращенный на пляшущих гигантов, был исполнен любви и печали.

– И все-таки до чего приятно видеть, как они танцуют. Они рождены сражаться, а после слагать песни о своих подвигах. Ярость битвы у них в крови. Грустно, что приходится опаивать их успокоительным зельем.

Она вздохнула, и Каспар прекрасно понимал ее скорбь.

– Да неужели? – фыркнула Мирандель. – Они убили пятерых детей.

– Зато спасли всех остальных. Кабы не эта их слепая ярость, мы все сейчас были бы мертвы, – как можно мягче возразил юноша.

– Мужчина! Вот речь типичного мужчины! Ты бы запел иначе, если бы погиб именно твой ребенок! – ответила она.

90
{"b":"28681","o":1}