ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Он снова направился к двери, но внутренний голос по-прежнему твердил ему, что он ведет себя, как вспыльчивый осел. Однако он только еще решительнее шагнул вперед. Он прошел через холл, мимо бара и вошел в комнату, из которой донеслись те слова. Резко распахнул дверь и остановился на пороге, мрачно глядя на сидевших там людей. «Ты только сделаешь хуже», — заметил скептический голос внутри него. В комнате было пятеро: толстяк с несколькими подбородками, сидевший с длинной трубкой в кресле у огня и очень приветливо пожелавший мистеру Хупдрайверу доброго вечера; молодой человек, куривший пенковую трубку, вытянув скрещенные ноги в гетрах; маленький человечек с бородой и беззубой улыбкой; спокойный человек средних лет, с живыми глазами, в вельветовой куртке, и щеголеватый молодой блондин в желтовато-коричневом готовом костюме и белом галстуке.

— Хм, — мрачно кашлянул мистер Хупдрайвер. И затем угрожающим тоном человека, не терпящего вольностей, произнес: — Добрый вечер!

— Очень хорошие в этих местах дороги, — сказал молодой блондин в белом галстуке.

— Оч-чень, — с расстановкой произнес мистер Хупдрайвер, решительно придвинул к камину коричневое кресло и сел. С чего же это должен он начать свою речь?

— Очень хорошие в этих местах дороги, — сказал молодой блондин в белом галстуке.

— Очень! — поддержал мистер Хупдрайвер, мрачно глядя на него. (Надо же было с чего-то начать). — Дороги здесь хорошие и погода хорошая, но я пришел сказать вам вот что: чертовски неприятная здесь публика, чертовски неприятная!

— Ого! — произнес молодой человек в гетрах и, судя по всему, мысленно пересчитал перламутровые пуговицы на них. — Откуда вы это взяли?

Мистер Хупдрайвер положил руки на колени, выставив вперед острые локти. В душе он злился на себя за идиотское безрассудство, с каким полез дразнить этих львов, ибо это действительно были львы, — но теперь надо было доводить дело до конца. Господи, только бы голос не сорвался! Он остановил взгляд на лице толстяка с многоэтажным подбородком и заговорил тихим выразительным голосом.

— Я приехал сюда, сэр, — сказал мистер Хупдрайвер и сделал паузу, чтобы набрать воздуху, — я приехал сюда с дамой.

— С очень красивой дамой, — сказал молодой человек в гетрах и склонил голову набок, любуясь перламутровой пуговицей на изгибе своей икры. — В самом деле очень красивой.

— Я приехал сюда, — повторил мистер Хупдрайвер, — с дамой!

— О господи, мы все это видели, — сказал толстяк с многоэтажным подбородком каким-то удивительно хриплым голосом. — Что ж тут особенного? Можно подумать, что у нас нет глаз.

Мистер Хупдрайвер откашлялся.

— Я приехал сюда, сэр…

— Мы это уже слышали! — раздраженно сказал человечек с бородой и хихикнул. — Мы уже выучили это наизусть, — добавил он.

Мистер Хупдрайвер потерял нить мысли. Он возмущенно посмотрел на человечка с бородой, пытаясь вспомнить свою речь. Наступила пауза.

— Так вы говорили, — очень вежливо напомнил ему молодой блондин в белом галстуке, — что приехали сюда с дамой.

— С дамой, — задумчиво произнес тот, что любовался пуговицами на гетрах.

Человек в вельветовой куртке, молча смотревший своими живыми, проницательными Глазами то на одного собеседника, то на другого, рассмеялся, как будто выиграл очко, и, остановив на мистере Хупдрайвере выжидающий взгляд, побудил его высказаться.

— Какой-то хам, — сказал мистер Хупдрайвер, уловив наконец нить своей речи и внезапно рассвирепев, — произнес тут что-то, когда мы проходили мимо двери.

— Потише! Будьте любезны не обзывать нас.

— Одну минуту! — прервал его мистер Хупдрайвер. — Не я начал первый. («А кто же?» — спросил человек с многоэтажным подбородком.) Я не называю вас хамами. Пусть у вас не будет такого впечатления. Но кто-то в этой комнате произнес слова, показывающие, что он не заслуживает даже того, чтобы отхлестать его по физиономии, и со всем уважением к тем джентльменам, которые в самом деле джентльмены (мистер Хупдрайвер огляделся, ища моральной поддержки), я хотел бы знать, кто это.

— Зачем? — спросил молодой блондин в белом галстуке.

— Затем, что я собираюсь сейчас же отхлестать его по физиономии, — сказал мистер Хупдрайвер, снова свирепея и в то же время сознавая, что у него и в мыслях до этого не было применять силу. Он сказал так потому, что не мог придумать ничего другого, и угрожающе выставил локти, чтобы скрыть собственный испуг. Просто удивительно, как обстоятельства подчиняют нас себе.

— Эге, Чарли! — сказал человечек с бородой.

— Ну и ну! — воскликнул обладатель тройного подбородка.

— Вы собираетесь отхлестать его по физиономии? — спросил молодой блондин с легким удивлением.

— Да, — решительно сказал мистер Хупдрайвер и в упор посмотрел на молодого человека.

— Совершенно справедливо и разумно, — сказал человек в вельветовой куртке, — если только вам это удастся.

Интерес присутствующих, казалось, целиком сосредоточился на молодом человеке в белом галстуке.

— Но если вы не сможете обнаружить, кто это был, вы, видимо, намерены, не скупясь, отхлестать по физиономии всех, кто находится в этой комнате? — заметил молодой человек все тем же безразличным тоном. — Этот джентльмен — чемпион в легком весе…

— Признайся уж, Чарли, — сказал молодой человек в гетрах, на мгновение подняв глаза. — И не втягивай в это дело своих ближних. Что справедливо, то справедливо. А тебе от этого не уйти.

— Значит, этот… джентльмен? — начал мистер Хупдрайвер.

— Видите ли, — сказал молодой человек в белом галстуке, — раз вы говорите о том, чтоб отхлестать по физиономии…

— Не только говорю, но так и сделаю! — сказал мистер Хупдрайвер.

Он оглядел присутствующих. Это были уже не противники, а зрители. Теперь ему придется довести дело до конца. Но поскольку он говорил так негодующе только об обидчике, обстановка в комнате несколько изменилась, и Хупдрайвер уже не был один contra mundum note 8. По-видимому, предстоит драка. Ограничится ли дело подбитым глазом, или его основательно поколотят? Господи, только бы не этот здоровый парень в гетрах! Что же, теперь он должен встать и начать бой? Что она подумает, если он явится утром к завтраку с синяком под глазом?

— Это и есть тот человек? — спросил мистер Хупдрайвер деловито спокойным тоном и еще больше выставил локти.

— Ату его! — воскликнул маленький человечек с бородой. — Съешьте его с потрохами…

— Постойте! — остановил его молодой человек в белом галстуке. — Подождите минуту. Если я случайно сказал…

— Так это вы сказали? — спросил мистер Хупдрайвер.

— Отступаешь, Чарли? — заметил молодой человек в гетрах.

— И не думаю, — сказал Чарли. — В конце концов, имеем же мы право пошутить…

— Я научу вас держать свои шутки при себе, — сказал мистер Хупдрайвер.

— Бра-во! — воскликнул обладатель стада подбородков.

— Чарли иной раз заходит слишком далеко в своих шутках, — сказал человечек с бородой.

— Это совершенно омерзительно, — сказал Хупдрайвер, возвращаясь к сочиненной им речи. — Стоит даме поехать на велосипеде за город или одеться не совсем обычно, как всякая мразь считает своим долгом оскорблять ее…

— Я не думал, что молодая леди услышит то, что я сказал, — возразил Чарли. — Может же человек болтать с друзьями! Откуда я знал, что дверь была открыта…

Хупдрайвер начал подозревать, что его противник, если только это возможно, еще больше него встревожен перспективой драки, и приободрился. Этих молодцов надо как следует проучить.

— Конечно , вы знали, что дверь была открыта, — негодующим тоном заявил он. — Конечно , вы рассчитывали, что мы услышим ваши слова. Не лгите. Нечего говорить ерунду. Вы хотели поразвлечься и развлеклись. А я хочу наказать вас в назидание другим, сэр.

— Имбирное пиво, — доверительно сказал человечек с бородой человеку в вельветовой куртке, — так и бродит в жару. Бутылки повсюду сами рвутся.

вернуться

Note8

против всех (лат.)

31
{"b":"28717","o":1}