ЛитМир - Электронная Библиотека

Каландрилл поел с командой на палубе. Рахамман эк'Джемм обедал отдельно на полуюте. Матросы с интересом смотрели на Каландрилла, хотя разговаривал с ним только Мехеммед. В основном беседа свелась к расспросам о городах Лиссе. Он узнал, что эти люди проводят большую часть жизни на воде, плавая между Кандахаром и его родиной или вдоль большого полуострова. Пища у них на судне была очень простая, особенно если сравнить с роскошным столом Варента, но Каландрилл был голоден и с удовольствием поел. Пообедав, он отнес тарелку с едой Брахту. Тот уже проснулся, без возражений выпил снадобье и даже попытался съесть мяса, но по-прежнему был мрачен и вскоре заявил, что больше не может проглотить ни кусочка и что лучше он будет спать. Каландрилл оставил его одного.

Он поднялся на палубу, сожалея, что не захватил ни одной книги: команда занималась своими делами, у нее не было времени на разговоры со скучающим пассажиром. Каландриллу стало ясно, что плавание будет длинным и скучным. Он принес меч и занялся упражнениями, которые показал ему Брахт, не обращая внимания на насмешливые взгляды команды, наблюдавшей за тем, как он рассекает и колет клинком воздух.

Неожиданно его тренировку прервал Мехеммед.

— Капитан хочет с тобой поговорить, — объявил юноша. — Быстро.

Каландрилл спрятал меч в ножны и с любопытством поднялся на полуют. Эк'Джемм передал штурвал матросу и, стоя около кормового прибора для определения высоты звезд, смотрел в подзорную трубу.

— Господин Варент сказал, что ты его посланник, — заявил он. — Что ты идешь в Мхерут'йи с торговой миссией.

— Да, — подтвердил Каландрилл.

— Договариваться о контрактах, — продолжал капитан.

— Да.

Каландрилл пока не понимал, к чему клонит Рахамман эк'Джемм.

— Секретная миссия?

— Да.

— У тебя есть враги? Могут ли они знать о твоем отплытии?

Каландрилл, уставившись в круглое лицо капитана и похолодев от страшного предчувствия, пожал плечами.

— Может быть. А в чем дело?

Эк'Джемм передал ему подзорную трубу.

— Видишь?

Юноша посмотрел в трубу, но поначалу ничего не увидел. Постепенно он различил темную тень; по мере того как он всматривался, тень становилась более четкой. Квадратный парус на единственной мачте, высоко задранный нос, узкий тонкий корпус, что-то похожее на морское животное. Стремительное судно, словно созданное для того, чтобы ходить на большой скорости.

— Похоже на военный корабль, — заявил эк'Джемм. — Как у пиратов.

С сильно бьющимся сердцем Каландрилл опустил трубу и посмотрел на капитана.

— Пираты в эту пору? — спросил он.

— То-то и оно, — кивнул кандиец. — Мое судно первым вышло в море этой весной. К тому же за нами не следовало ни одного пирата. Это — военное судно, и оно из Лиссе.

— Может, нас поджидали в засаде?

Каландрилл очень надеялся, что капитан с ним согласится; если нет, то оставалось только одно объяснение: судно послано Азумандиасом. Возможно, на нем сам колдун. Рахамман эк'Джемм отверг его предположение. Покачав головой, он сказал:

— Нет, оно вышло из Лиссе. Похоже, это погоня за тобой.

Каландрилл передал ему трубу.

— Что ты собираешься делать?

— Молиться Бурашу, чтобы он помог нам перехитрить их. А если нет, то будем драться. Или…

Он замолчал, рассматривая Каландрилла.

— Или?..

— Отдадим им то, что они ищут, — спокойно закончил эк'Джемм. — Я не собираюсь рисковать судном за сотню варров.

Глава восьмая

— Но ты же подрядился! — воскликнул или, скорее, завизжал Каландрилл от бешенства и тревоги. Он откашлялся и, сознательно понизив голос, продолжал: — Ты подрядился доставить нас в Кандахар.

Эк'Джемм кивнул в сторону нагоняющего их военного корабля.

— Я подрядился доставить двух пассажиров в Мхерут'йи. О погоне речи не было.

Каландрилл схватился за эфес меча, едва сдерживаясь, чтобы не вытащить его из ножен и, приставив к горлу кандийца, не припугнуть его. Но взял себя в руки, понимая, что это бессмысленно: если бы Брахт был с ним, они еще могли бы что-то сделать, но даже в том случае, если бы наемник находился сейчас с ним рядом, им пришлось бы драться со всей командой… и со своими преследователями. Он подумал было предложить капитану большое вознаграждение, но отверг и эту мысль: деньги, которые им дал Варент, будут нужны в Гессифе — без них они не смогут сделать и шага по незнакомой земле. К тому же этой суммы едва хватит, чтобы оплатить судно. Если бы капитан знал, сколько у них денег, он, может, просто отобрал бы их. Единственным выходом были переговоры.

— Господин Варент будет недоволен, если ты передашь нас в руки врагов, — сказал он, изо всех сил стараясь говорить ровным, холодным, с угрожающими нотками голосом. — Вполне возможно, тебе запретят заходить в гавань Альдарина.

Кандиец, плотно поджав губы, внимательно посмотрел на него и сказал:

— А как он узнает?

— Узнает, — пообещал Каландрилл. — Даю слово.

Эк'Джемм рассмеялся, глядя за борт.

— У тебя крепкие нервы, вынужден с этим согласиться. У нас еще есть время, чтобы принять решение, — этот морской волк очень быстр, но при таком ветре ему понадобится день или два, чтобы догнать нас. Может, мы и оторвемся от них. А если нет, что же… Тогда и решим.

— Надо драться, — торопливо сказал Каландрилл. — Господин Варент хорошо вознаградит тебя.

Эк'Джемм кивнул.

— Возможно. Но зачем мне вознаграждение, если я буду лежать рядом с Бурашем? — Каландрилл ничего не смог возразить, и кандиец опять рассмеялся, теперь уже весело: — Видишь, в каком я положении? Мне надо думать о судне и о команде. Давай-ка лучше молиться, чтобы нас не догнали.

Каландрилл состроил гримасу и посмотрел назад. Небо темнело, солнце уже касалось горизонта, и корабль-преследователь растаял в сумраке.

— «Морской плясун» — ходкое судно, — сказал эк'Джемм уже несколько теплее. — Может, ночью мы и оторвемся от них. Может, их отпугнут наши арбалеты. — Он нежно погладил огромный лук и опять повернулся к штурвалу. — А теперь отправляйся с мостика. Не мешай команде — нам надо не ударить в грязь лицом. И не зажигать никаких огней!

Каландрилл спустился с полуюта и вернулся в каюту, где спал Брахт.

В каюте стояла вонь; прежде чем разбудить наемника, Каландрилл вынес тазик и вылил его содержимое за борт. Ему показалось, что команда была уже на взводе; кое-кто смотрел ему вслед с укоризной, но никто не проронил ни слова. Тьма, скрывшая под своим покровом преследователей, быстро сгущалась; солнце зашло, и горизонт на западе окрасился в оранжевые краски. Взошла луна, на небе, как сверкающие алмазы, высыпали звезды. На «Морском плясуне» огней не зажигали, но в фосфоресцирующем блеске моря и звезд Каландрилл различил несколько фигур около арбалетов, готовящих оружие к бою. Он нырнул в люк и спустился в каюту.

Когда он вошел, Брахт пошевелился — темная тень в темной каюте. Каландрилл поставил тазик, выпрямился и тут же выругался, ударившись головой о низкий потолок.

— А что, света нет? — спросил керниец.

— Мы не зажигаем огней, — объяснил Каландрилл и описал ему ситуацию.

— Это — Азумандиас? — промычал Брахт. — Неужели Варенту не удалось замести наши следы?

Каландриллу даже показалось, что он рад такому обороту дела, словно подозрения его оправдались. Каландрилл пожал плечами, но Брахт не увидел этого в темноте; Каландрилл отыскал снадобье и дал ему очередную порцию. Брахт выпил и со стоном опустил ноги на пол. Он был еще очень слаб для того, чтобы драться, и Каландрилл толкнул его назад на кровать.

— Ты ничего не можешь сделать, — сказал он. — Эк'Джемм говорит, что нас могут догнать за день или два, если не переменится ветер; к тому же ночью они нас могут потерять. Так что постарайся поскорее прийти в себя.

Керниец вздохнул и опять упал на постель.

— Если бы мы отправились на конях, как цивилизованные люди…

45
{"b":"28792","o":1}