ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мне велели разыгрывать плейбоя, вот я и разыгрываю! — огрызнулся тот, избегая, однако, встречаться глазами с коллегой.

Доктор Хорстен и его «дочь» усиленно гримасничали. Потом Элен страшно оскалилась и приложила пальчик к губам. Джерри непонимающе заморгал.

Элен швырнула коробку в кресло, перевернула Гертруду кверху задом, задрала ей юбчонку на голову, коснулась неприметной выпуклости на пластиковой спине куклы и передала ее своему великану напарнику. Хорстен, ни слова не говоря, поднял игрушку над головой и обошел всю комнату по периметру, особо задерживаясь у осветительных приборов, лепных украшений, мебели и прочих предметов обихода. Затем он проследовал в соседние комнаты, где проделал ту же процедуру. Остальные гурьбой сопровождали ученого. К этому моменту цель обследования стала понятна даже тугодуму Джерри.

Наконец доктор Хорстен остановился и в недоумении покачал головой.

— Ни единого намека на подслушивающие устройства, — пророкотал он вполголоса.

Элен отключила вмонтированный в куклу датчик и нахмурилась. Внезапно лицо ее прояснилось.

— Я знаю, в чем дело, — объявила она, щелкнув пальцами.

Все в ожидании уставились на нее.

— Все очень просто, — начала Элен. — Эти апартаменты предназначались для Первого Синьора и его свиты, правильно? А кто же осмелится подслушивать главу государства? Вполне возможно, что во всем отеле это единственное свободное от «жучков» место. Нам здорово повезло, коллеги. — Тут она спохватилась и поспешно добавила: — Беру назад последнюю фразу!

— Это еще почему? — обиделся Родс — У нас самая роскошная «крыша» в городе, и мы здесь все вместе, что в значительной мере облегчает нашу задачу и избавляет от нескромных вопросов. Проклятье, где же бар? В такой плюшевой обстановке без бара никак не обойтись. Кто-нибудь в курсе, какого рода выпивку предпочитают фьорентийцы?

— Кажется, я видел что-то похожее в гостиной, — вспомнил Зорро и первым направился туда.

Никто не возражал против того, чтобы расслабиться, сидя в уютном кресле или на мягком диване. Джерри как хозяин дома добровольно взял на себя обязанности бармена, обнося коллег напитками по их выбору. Как и следовало ожидать, бар, хотя и небольшой, был заполнен исключительно высококачественными образчиками алкогольной продукции — сплошь импортной и произведенной порой в самых экзотических мирах Содружества.

— Вот это, я понимаю, жизнь! — провозгласил Джерри, салютуя коллегам высоко поднятым бокалом.

Дорн Хорстен озабоченно поглядывал на Элен. Та уютно устроилась в гигантском кресле — таком большом, что ее пухлые ножки в белых носочках не дотягивались и до края сиденья. В руках она держала огромный пузатый фужер для шампанского, из которого с нескрываемым удовольствием потягивала что-то зеленовато-желтое и тягучее.

— Нет, никогда я, наверное, к этому не привыкну! — пробормотал ученый, уныло качая головой.

Осушив примерно половину фужера, Элен устремила на Родса немигающий, по-рыбьи холодный взгляд.

— А теперь объясни нам, придурок, — рявкнула она, — как тебя угораздило обронить бляху агента «секции лжи» прямо на глазах у тех проклятых таможенников?! Ты нас всех что, под расстрел подвести хочешь?

Джерри ее вспышка застала врасплох. Он сразу увял и скуксился, как шкодливый мальчишка, которого отчитали за проступок.

— Я же не нарочно, — жалобно протянул он.

— Насколько я помню, мы заранее договорились оставить дома, в Октагоне, все, что так или иначе могло нас выдать. А если бы им вздумалось нас обыскать?

Родс стал еще больше похож на застигнутого на месте преступления подростка.

— А может, я горжусь тем, что служу в «секции джи», — пробурчал он, хмуро разглядывая носки ботинок. — Потому и не хотел расставаться со своей бляхой!

Элен в отчаянии закатила глаза.

— Но все ведь закончилось удачно, правда? — вновь заговорил Джерри примирительным тоном. — Сначала всех отвлекло землетрясение, а потом тот тип, Рудольф, кажется, перепугался и забыл, что бляха выскочила из моего кармана. Повезло!

— Землетрясение, говоришь? — прищурился Хор-стен. — Да я себе чуть спину не надорвал, сотрясая стены!

— Перепугался и забыл, говоришь? — оскорбленно взвилась Элен. — Ты думаешь, мне легко было добраться до шкуры этого Рудольфа и воткнуть в нее шприц с составом для промывки мозгов? Теперь у него начисто стерты из памяти три часа жизни, а нам остается только молиться, чтобы этим случаем не занялся какой-нибудь не в меру подозрительный врач,. Каким бы идиотом ни казался наш обходительный друг синьор Верона, даже он поймет, что к чему, если анализ крови Рудольфа покажет наличие в ней спецпрепарата! Если это всплывет наружу, нас четверых и наши вещи разберут на атомы и вытрясут все, вплоть до последней капли дерьма!

Доктор Хорстен сморщился, как от зубной боли. Наедине с коллегами его «дочурка» редко стеснялась в выражениях. Зорро Хуарес отхлебнул из своего бокала и задумчиво произнес:

— Может быть, имеет смысл встретиться с майором и посвятить его в наше задание? Что ни говори, а мы все-таки на его стороне. Разве мы здесь не для того, чтобы бороться с энгелистами, которые препятствуют нормальному развитию этой несчастной планеты?

— А откуда мы знаем, что он сам не энгелист? — возразил Хорстен.

Хуарес непонимающе посмотрел на ученого.

— Святой Предел! — вырвалось у доктора. — Раскиньте мозгами, друг мой! В истории полно прецедентов такого рода. Судя по всему, подпольное движение на Фьоренце носит массовый характер, и его агенты наверняка проникли во все ключевые сферы политики и экономики. Кто поручится, что их нет в самом кабинете Первого Синьора? Любой из его министров может оказаться скрытым энгелистом! И уж тем более мы не можем доверять никому из сотрудников руководимых ими департаментов. Даже таким высокопоставленным, как синьор Верона.

— Нам нельзя забывать и о том, — добавила Элен, — что наши предшественники — все опытные оперативники «секции джи» — не добились практически никаких результатов. Это свидетельствует о чрезвычайно высокой эффективности подпольного движения. А вы знаете, когда деятельность подполья становится по-настоящему эффективной?

— Когда? — жадно спросил Джерри.

— Как раз перед тем, как оно приходит к власти, — сообщила Элен. — И это значит, что нам нужно поторапливаться, иначе все закончится таким хаосом, что мы можем отсюда вообще не выбраться.

— Революционные потрясения крайне непредсказуемы, — уныло подтвердил доктор Хорстен. — Нисколько не удивлюсь, если погибнет большая часть населения, а уцелевшие окажутся отброшены на столетие назад. Какой уж тогда прогресс…

Зорро допил бокал и громко хмыкнул.

— Мне тут пришла в голову отличная идея, — начал он. — Если ее осуществить, наши коллеги из «секции джи» смогут закулисно управлять всеми планетами Содружества. — Он лениво поднялся с кресла и направился к бару за добавкой, не обращая внимания на жгучий интерес на лицах слушателей. Вернувшись на место, Хуарес поднял бокал, отхлебнул и продолжил развивать свою мысль: — Все, что потребуется, — это завладеть одним из преобразователей материи из Рассветных миров. Доставляем конвертер на какую-нибудь из планет, где в ходу деньги. Допустим, денежным эквивалентом там служит платина. Берем один слиток, дублируем его и так далее, пока не получаем достаточно платины, чтобы подкупить каждого правительственного чиновника, начиная от короля, президента или верховного жреца и заканчивая ответственным за отлов бродячих собак, после чего устанавливаем на планете такое общественно-экономическое устройство, какое нам подходит.

Трое слушателей натянуто рассмеялись.

— Звучит красиво, — рассеянно кивнул Джерри.

— Я пошутил, разумеется, — снова заговорил Зорро, — но согласитесь, коллеги, в каждой шутке есть и рациональное зерно. Знать бы еще, где эти чертовы Рассветные миры находятся… В руках «секции джи» преобразователь материи мог бы стать тайным оружием и мощнейшим фактором влияния.

15
{"b":"292","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Одиссея голоса. Связь между ДНК, способностью мыслить и общаться: путь длиной в 5 миллионов лет
Фельдмаршал. Отстоять Маньчжурию!
Анатомия скандала
Темная страсть
Последние дни Джека Спаркса
Школа спящего дракона
В игре. Партизан
Груз семейных ценностей
438 дней в море. Удивительная история о победе человека над стихией