ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Что означает ваша оговорка «теоретически»?

— По законам Содружества Объединенных Планет передаточный документ на право владения за его подписью безусловно будет признан юридически законным в Министерстве межпланетной торговли на Земле, но…

— Но… — нетерпеливо повторил доктор.

— Разве это не очевидно? — в упор посмотрел на него Маркони. — Подписав такой документ в качестве главы государства, мой кузен сам наденет себе петлю на шею. Не пройдет и суток, как его обвинят в присвоении общественной собственности.

— Почему же тогда он так рискует?

— Потому что не собирается проигрывать, — хмуро проворчал Чезаре.

Держа в руках фужеры, они вернулись к столу. Первый Синьор уже закончил свой рассказ о правилах этой древней и вечно юной игры. Джерри стоял сбоку от стола. Перед ним высилась стопка фишек. Очевидно, соперники, при посредничестве Десятого Синьора, заранее договорились о цене каждой и уладили прочие финансовые вопросы.

Родс отхлебнул из своего бокала, поставил его рядом и снял верхнюю фишку.

— Начнем помаленьку, — сказал он, опираясь на стол, чтобы не качаться. — Ставлю сто тысяч межпланетных кредитов на… Какой вы там называли номер? Восемнадцатый? Ставлю на восемнадцатый!

— Сто… тысяч… межпланетных… кредитов! — потрясенно выдохнул Чезаре Маркони.

Дорн Хорстен тяжело вздохнул.

Антонио д'Арреццо раскрутил колесо рулетки, выждал мгновение и запустил шарик, вбросив его против направления вращения. Вначале он описывал сложную траекторию по краю внутренней поверхности чаши рулетки, но постепенно стал опускаться ниже, пока не коснулся одного из пронумерованных углублений. Отскочил от него, коснулся другого, снова отскочил и задержался на номере тридцать. Но в последний момент все же выкатился оттуда, чуть помедлил и нырнул в соседнее гнездышко.

— Восемнадцать! — радостно закричал Джерри. Первый Синьор, не веря своим глазам, тупо уставился на шарик.

— Тридцать шесть к одному! Класс! — Родс обвел присутствующих победным взглядом, счастливо ухмыльнулся и нетерпеливо прикрикнул на партнера, исполняющего обязанности крупье: — Крути дальше, Тони!

— Как «крути дальше»? — упавшим голосом произнес Десятый Синьор.

Джерри возмущенно посмотрел на д'Арреццо:

— В чем дело, Тони? Мы же договорились, что играем без лимита!

Его высокопревосходительство с трудом оторвался от созерцания замершего на восемнадцатом номере шарика и вернулся к реальности:

— Что? Лимит? Ах да, разумеется, никакого лимита!

Он сложил фишки в две стопки по восемнадцать в каждой и специальной лопаточкой подвинул их к сопернику, который незамедлительно поставил обе стопки на тот же номер на игровом поле.

Чезаре Маркони с изумлением посмотрел на стоящего рядом с ним ученого:

— Он действительно собирается поставить на один номер больше трех с половиной миллионов кредитов? Это же полное безумие! Всего один шанс против тридцати восьми!

— Я же говорил вам, что Джерри удивительно везет, — усмехнулся Хорстен.

— Так сильно никому не может везти, — убежденно возразил Маркони.

Первый Синьор тем временем вынул шарик из гнезда, повертел перед глазами и даже зачем-то подбросил на ладони. Не обнаружив, очевидно, никаких скрытых изъянов, он едва заметно пожал плечами, снова раскрутил колесо рулетки и тем же способом, как и в первый раз, вбросил шарик.

— Раз я ставлю три миллиона семьсот тысяч из расчета тридцать шесть к одному, то сколько же это получится, если я выиграю? — принялся вслух подсчитывать будущие прибыли Джерри. — Черт, никак не соображу! Но много. Мамочка будет довольна. Хватит, пожалуй, на солидную долю акций ваших урановых копей. А потом займемся транспортом. — Он покосился на заламывающего руки Десятого Синьора: — Вы упоминали, кажется, что транспорт на Фьоренце тоже национализирован?

— Да, синьор, — чуть слышно прошептал несчастный министр.

Великий Маркони косо взглянул на молодого Родса и направился к бару за новой порцией спиртного. Впрочем, он успел вернуться к столу к тому моменту, когда пляшущий шарик совершал последний выбор.

— Восемнадцать! — возликовал Джерри и бросил взгляд на Хорстена, словно ища его одобрения. — Вот уж везет так везет! — Он обратил свою сияющую физиономию к удрученному министру финансов Фьорентийского Сообщества: — Сколько там мне теперь причитается из ваших урановых рудников?

— Они все ваши, синьор, — простонал финансист.

— Послушайте, друг мой… — начал доктор Хорстен, но никто на него даже не взглянул.

— Крути дальше, Тони! — воскликнул везунчик в порыве энтузиазма.

Первый Синьор покачал головой.

— У меня… у меня не хватит фишек расплатиться, если вы и на этот раз выиграете, синьор Родс, — признался он.

— А-а, фишки-шишки! — отмахнулся Джерри и залпом осушил свой бокал. — Играть — так играть! Всё или ничего. Крутим в последний раз. Если выпадет восемнадцать, вы проиграли. Всё. И тогда я становлюсь единоличным владельцем всех национализированных предприятий Фьоренцы. По рукам?

В комнате воцарилось гробовое молчание. Слышно было лишь тяжелое дыхание Первого Синьора, такое тяжелое и частое, будто он только что покорил одну из высочайших горных вершин.

— Ваше высокопревосходительство! — жалобно взмолился министр финансов.

— Молчать! — рявкнул д'Арреццо и повернулся к сопернику, нервно облизывая пересохшие губы. — По рукам! — прозвучал в гостиной его хриплый шепот.

Он достал шарик, пристально поглядел на него, взвесил на ладони, пожал плечами и запустил колесо. Все затаили дыхание.

Из прихожей послышалась какая-то возня. Дверь без стука распахнулась. Первый Синьор в ярости обернулся.

В салон ввалился Зорро Хуарес, отчаянно извиваясь в руках двух гориллоподобных охранников. Следом за ними появился подтянутый офицер в роскошной форме советника Министерства антиподрывной деятельности, с триумфальным видом держа в правой руке какой-то предмет.

— Что все это значит?! — выпучил глаза д'Арреццо. — Как вы посмели…

Ничуть не обескураженный офицер вытянулся в струнку и козырнул.

— Ваше высокопревосходительство, мы только что задержали инопланетного шпиона. Взяли его в подвале отеля во время сеанса связи с Землей. Большую часть переговоров нам удалось записать. Связь осуществлялась с помощью вот этого устройства.

Он высоко поднял руку, демонстрируя небольшой черный кубик.

— Эй! — возмущенно пискнула Элен из угла комнаты, где она расположилась на ковре вместе с куклой. — Это же Гертрудин кукольный три-ди-визор. Отдай сейчас же!

Попытка была смелой и благородной, но, увы, заранее обреченной на неудачу.

— Докладывайте! — сухо приказал Первый Синьор.

— Слушаюсь, ваше высокопревосходительство! Речь шла о каких-то Рассветных мирах. Мы не во всем пока разобрались, но поняли достаточно, чтобы предъявить обвинение в шпионаже и подрывной деятельности этим людям. — Офицер драматическим жестом указал на пьяно хлопающего глазами Джерри Родса, застывшего как изваяние Дорна Хорстена и обреченно обмякшего в объятиях охранников Зорро Хуареса: — Все они являются оперативниками «секции джи» — по всей видимости, некоего шпионского агентства при Октагоне.

— Понятно, — медленно кивнул д'Арреццо.

Элен, сунув куклу под мышку, с гордым видом встала рядом с великаном «отцом» и приготовилась к драке.

Внезапно откуда-то из головы Гертруды послышалось негромкое: бип-бип-бип.

12

Странные звуки привлекли всеобщее внимание, но только один из присутствующих сразу догадался, что они означают.

Доктор Хорстен среагировал мгновенно. Сделав шаг вперед, он ухватил обеими руками массивное колесо рулетки, потянул на себя и с хрустом вырвал из креплений. Прислонив его к ножке стола, он пальцами легко содрал металлическое покрытие нижней части механизма рулетки. Взорам ошеломленных присутствующих открылась паутина переплетенных проводов, идущих от миниатюрных батареек.

42
{"b":"292","o":1}