ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я обожаю космос, – провозгласил он с неподдельной искренностью, широким жестом простирая длань к небесам.

– М-да? – Сам Гарри космос не любил, несмотря на то что изрядную часть жизни провел в пространстве, вдали от уюта планетарных атмосфер; а может быть, именно поэтому. – А я нет.

Сержант не удержался от изумленного жеста. Очевидно, его восторги должны разделять все без исключения.

– Не любите? Почему?

Минутку поразмыслив, Гарри махнул рукой на окружающие красоты:

– Потому что там ничего нет.

– Ничего?! – «Кроме целой Вселенной», подразумевал возмущенный тон.

– Я хочу сказать, что ничего, не считая нескольких оазисов на паре шариков, дружественных человеку.

Гарри мог бы добавить, что лично он находит космос исключительно неудобным местом для пребывания, но не стал распространяться о мелких неприятностях вроде зуда, потертостей и пролежней от скафандра, потому что скафандр тут совершенно ни при чем. Это его собственный скафандр, подогнанный под фигуру почти идеально. Беда лишь в том, что Гарри всегда чувствовал себя в скафандре неуютно, как бы хорошо тот ни сидел, и с годами это чувство ничуть не шло на убыль.

Сильвер стоически возобновил попытки осмотреть корабль. Члены экипажа патрульного катера уже прошлись по «Волшебнице» один раз. Едва поднявшись на борт, они принялись искать мины с подвохом, которые берсеркеры могли подсунуть ему во время стычки в Омикроне. Такова стандартная процедура после любого боя, но изнутри корабль осматривали ничуть не менее внимательно, чем снаружи, – следовательно, полагают, будто у них имеются причины опасаться и самого Гарри.

Почти никакого материального достояния, кроме этого корабля, у Гарри Сильвера на свете не было. Но, как водится, он питал надежды. И на сей раз перед ним открываются весьма радужные перспективы на будущее – если только ему дадут немного побыть в одиночестве.

Теперь же Гарри хотел убедиться, что местные техники не проглядели какую-нибудь серьезную пробоину, грубо прикинуть, насколько трудным окажется этот ремонт, а заодно надеялся измыслить какой-нибудь способ проделать этот ремонт за чужой счет, но более всего стремился убедиться, что может положиться на летные качества «Волшебницы» в случае непредвиденных обстоятельств. Можно ли отложить ремонт на потом, хотя бы частично?

В последнее время непредвиденные обстоятельства, самые разные, обрушивались на него одно за другим, и Гарри не покидало ощущение, что очередное уже поджидает его где-то в необъятных просторах пространства или времени.

Конечно, пять лет назад, когда Бекки отправила ему письмо с Благих Намерений, когда она предположительно пристроила на Гиперборее предмет, ради которого Гарри и прибыл, ей приходилось работать в одиночку, тайком и впопыхах. А в подобных обстоятельствах, как Гарри убедился на собственной шкуре, шансы расстаться с жизнью в результате несчастного случая катастрофически возрастают.

За несколько лет Гарри ухитрился уверить себя, что ему наплевать, ограбила ли его бывшая напарница; нет, Гарри Сильвер не из тех, кто растрачивает драгоценные дни своей жизни на погоню за человеком, тем более за женщиной, только лишь ради мести за финансовую махинацию, оставившую его в дураках. Однако, как ни крути, а на утрату некоторой толики богатства глаза не закроешь. Утрата маячила перед ним, все разрастаясь и разрастаясь, так что в конце концов Гарри больше не мог убедить себя, что ему наплевать.

Снова и снова проигрывал он в уме последний разговор с Бекки, состоявшийся шесть… нет, уже семь лет назад. Последнее настоящее свидание с ней – на Керманди, вот где это было, – и последнюю близость.

А потом, чуть более пяти лет назад, то последнее письмо. Оно настигло его невероятно далеко отсюда, преодолев космические бездны с обычной гражданской межзвездной почтой, и штамп отправителя подтверждал, что выслано письмо с Благих Намерений. Краткая записка на первый взгляд казалась простой и понятной – и все же была в ней какая-то недосказанность. И чем больше Гарри раздумывал над текстом, тем больше у него возникало вопросов.

Начать хотя бы с того, что она ни словом не обмолвилась, как поступила с вещами. Разумеется, предавать подобные сведения бумаге было просто-напросто неразумно.

И теперь все будущее Гарри Сильвера зависит от того, удастся ли ему заполучить контейнер с контрабандой, возможно, оставленной Бекки на Гиперборее, и сохранило ли содержимое контейнера товарный вид. Изрядную часть жизни он прожил бедняком – вернее, считая себя таковым – и не оставил надежды дотянуть остаток дней в некоем подобии роскоши.

Тем временем сержант Гауати вновь принялся тыкать своей скрученной клюшкой туда-сюда. Обескуражить его было не так-то просто, и сержант разливался соловьем, то и дело вставляя между тирадами паузы как раз такой длины, чтобы его плененные слушатели успели вставить реплику, буде на них найдет такой слог. Время от времени Гарри удавалось измыслить что-нибудь уместное, только ради приличий. А в остальное время мог беспрепятственно предаваться размышлениям.

«Да, черт побери, – думал Гарри. – Вполне можно рискнуть и отправить Нюхача на поиски прямо теперь. Если не лезть напролом, можно проделать все прямо у сержанта Барбоса под носом. Каков наихудший возможный исход?» Однако подобная постановка вопроса оказалась ошибкой, и Сильвер поспешно решил, что не желает думать о худшем исходе, неизбежно оканчивающемся арестом за контрабанду.

Зато осмотр корабля обнадежил его. Обшивка не вспорота и даже не слишком помята – малость подрихтовать да подкрасить, и даже следа не останется. Да, было бы недурно отыскать кусок обтекателя, отвалившийся при заходе на посадку, но даже без него ходовые качества в худшем случае чуточку снизятся. Но управлять кораблем и выжить можно и без него.

А сержант все не унимался, жизнерадостно восхваляя чудеса Вселенной. Теперь он узрел в небесах нечто вроде ожерелья, которое носила его мать. «В другой раз, – подумал Гарри, – надо попросить коменданта откомандировать соглядатая, не болтающего на работе».

На самом же деле сержант углядел мерцание двигателя очередного робота-курьера, заходящего на посадку. «Для метеостанции тут не в меру оживленно», – отметил про себя Гарри.

Покончив с наружным осмотром, Сильвер открыл главный шлюз корабля и вошел, не сняв в рубке ни скафандра, ни даже шлема, так как задерживаться на борту не собирался. Не потрудился даже довести гравитацию до стандартного уровня. А начал прямо с того, что извлек Нюхача из ящика.

Конечно, Нюхач был роботом, сконструированным прежде всего для использования при разведке минералов. Стоя на всех четырех ногах, робот смутно походил на металлического пса ростом по колено – не только размером, но и формой напоминая своего органического собрата. Гарри потребовалось всего секунд пять, чтобы ввести несколько команд, сообщающих Нюхачу, что надо искать, и внести в память механического зверя упрощенную карту поверхности астероида почти семилетней давности – раздобыть более свежую было попросту негде.

И он уже совсем было собрался выпустить машину на поиск, но решил, что прежде было бы не только вежливо, но и жизненно необходимо для сохранения робота как-то обезопасить Нюхача от местной системы обороны. Даже если это и вправду всего лишь метеостанция, находится она на отшибе и, можно поспорить, отлично вооружена. Гарри уже довелось убедиться на собственном опыте, что оборона здесь пребывает в полной боеготовности. Если местная система управления огнем – хоть автоматическая, хоть контролируемая людьми – обнаружит неопознанную машину, пробирающуюся среди скал, то сперва расстреляет ее, а уж после попытается помочь Гарри выяснить, что же стряслось с его роботом.

Включив канал связи с внешним пространством, Гарри окликнул:

– Эгей, сержант!

– Да, мистер Сильвер?

7
{"b":"293","o":1}