ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Насколько Сильвер успел рассмотреть орудия базы, когда они пробудились к жизни, – о происшедшем напоминала прозрачная дымка в безвоздушном небе да пара орудийных башен, еще виднеющихся в отдалении среди скал, – оборона оказалась ничуть не менее мощной, чем он предполагал.

Вернувшись под кров станции, Гарри намеренно остался в скафандре. Все вокруг тоже ходили в скафандрах или поспешно облачались в них; некоторые проделывали это настолько неуклюже, что с первого же взгляда было ясно: они упражняются в этом искусстве отнюдь не ежедневно. Отыскав местечко у пересечения двух просторных коридоров, откуда открывался вид на дверь кабинета коменданта базы, Гарри прислонился к стене и принялся ждать, сунув шлем под мышку и нацепив сумку с личными вещами на плечи, как рюкзак. При этом он постарался выбрать такое место, чтобы не путаться под ногами у людей, торопливо снующих взад-вперед по коридорам. Обратив внимание, что уровень искусственной гравитации установили чуть ниже нормального, Гарри заключил, что в ближайшее время кто-нибудь непременно заметит его и растолкует, что делать дальше.

С его наблюдательной позиции было прекрасно видно, как комендант Норманди вышла из кабинета, чтобы взглянуть на раненых, когда их повезли по коридору мимо ее дверей – наверное, в лазарет базы. Гарри показалось, что ее смуглое лицо побледнело, словно коменданту стало дурно. Нет, сурово приказала она себе, – усилие явно отпечаталось на ее чертах, – никаких слабостей.

Подняв глаза, комендант встретилась взглядом с Гарри Сильвером и поманила его. И снова ему показалось, что он почти прочел мысли Клер Норманди: «А вот с этой ситуацией можно справиться прямо сейчас, сделать хоть что-то полезное, вместо того чтобы глазеть на ужасы, поправить которые не в моей власти».

Ступив в кабинет коменданта второй раз за день, Гарри тотчас же заметил, что огромное окно, бросившееся ему в глаза в прошлый раз, уже не окно. Несомненно, снаружи проем прикрыл ставень из материала, куда более прочного, чем статглас, и окно превратилось в оперативный дисплей, но сейчас его экран застилала пелена помех, чтобы не позволить Гарри почерпнуть даже крохи полезной информации.

Гарри довольно хорошо представлял себе тему предстоящего разговора с Клер Норманди, но не успел он и рта раскрыть, как ему в спину всем корпусом врезался кто-то без скафандра, локтями прокладывавший себе дорогу в кабинет с такой настойчивостью, что не пропустить его было просто невозможно. До сих пор Гарри еще ни разу не встречал этого человека. Он был ранен. Надеть скафандр он не мог по той простой причине, что одна рука его, опутанная окровавленными бинтами, висела на перевязи. Видно, он примчался сюда прямиком от медиков.

Комендант Норманди узнала этого человека в мундире капитана ВКФ с первого же взгляда, но легкая отчужденность ее манер говорила, что они просто знакомые, а не друзья и даже не приятели. Как только она предложила капитану сесть, тот чуть ли не рухнул в кресло, не так давно покинутое Гарри, вцепившись пальцами здоровой руки в удобно изогнутый подлокотник, словно боялся, что прочный пол вдруг взбрыкнет и зашвырнет его невесть куда.

– Попали в засаду, – тонко просипел капитан сорванным голосом. Казалось, ему надо как можно скорее сообщить еще десяток вещей, но он пока не находил сил, чтобы проронить хоть слово.

Воспользовавшись воцарившейся паузой, комендант – олицетворение невозмутимой уверенности – познакомила Гарри с новоприбывшим капитаном Марутом. Тот выглядел куда бледнее, чем комендант. Его мундир превратился в лохмотья, будто капитан выдержал в нем пару ядерных взрывов и пока не имел ни времени, ни возможности переодеться. Чтобы перевязать раненую руку, один рукав кителя оторвали напрочь.

Капитан не отличался ни ростом, ни крепким сложением; более того, его можно было даже счесть хрупким, если бы не бьющая через край энергия. Портрет довершал крупный нос, курчавые волосы, пылающие глаза – в данный момент еще и налитые кровью от гнева и усталости.

Пока Марут наслаждался минуткой отдыха, жадными глотками поглощая воду из протянутого кем-то стакана и пытаясь привести мысли в порядок, комендант Норманди снова обернулась к Гарри. Но стоило ей раскрыть рот, как адъютант перебила ее пулеметной очередью жаргонных словечек, совершенно непонятных чужаку. Очередная неотложная проблема, и решить ее без коменданта, конечно же, не могут. Отступив на пару шагов, Гарри настроился на терпеливое ожидание, поставив шлем и дорожную сумку на пол в сторонке, чтобы они были под рукой, но никому не попадались под ноги. О нем сразу же как-то позабыли.

Проведя в компании раненого офицера пару минут, Гарри вдруг понял, что капитан впивается пальцами в подлокотник и трясется не от шока или ужаса, а от едва сдерживаемого гнева.

Рассказ у него получился несколько бессвязный, но по сути очень незамысловатый. Судя по всему, командир эскадры погиб вместе с кораблем от попадания торпеды; согласно данным наблюдений, судно взорвалось, уцелевших нет. Была сделана попытка отправить курьера в Порт-Даймонд, чтобы доложить штабу о катастрофе, но успел ли связной робот ускользнуть в подпространство или враг его сбил, неизвестно. Остальные корабли эскадры взяты на абордаж…

– На абордаж?! – не сдержалась Норманди. – Вы уверены?

– Так они передали, – заверил Марут. – Прежде чем смолкнуть. Проверьте сами по черным ящикам.

– Мы как раз этим и заняты.

Гарри подумал, что если абордаж одного-двух кораблей прошел успешно, перед их уничтожением машины берсеркеров наверняка сумели вытянуть ценную информацию и из кораблей, и из экипажей. Возможно, ухитрились даже выяснить боевую задачу эскадры.

Очевидно, рассуждения коменданта шли в том же русле.

– Капитан, кто находился на этих кораблях? А точнее, кто мог попасть в плен? Только рядовые члены экипажей или…

Мрачно покачав головой, Марут не слишком охотно уведомил коменданта, что один или два человека на этих кораблях были офицерами разведки.

Сам Марут, разумеется, даже не догадывался, какие секреты эти офицеры носили в своих головах и открылись ли врагу; вполне вероятно, что берсеркеры прикончили их сразу же, или они сумели покончить с собой. Но не тревожиться капитан не мог. Если кто-то действительно попал в плен, очень многое зависит от того, кто именно, и удалось ли этим несчастным замкнуть себе уста, инициировав смертный сон до начала серьезного допроса.

– Похоже, я… Похоже, я старший по званию среди… среди оставшихся в живых. – Марут огляделся, словно этот факт только теперь дошел до его сознания. – Значит, прежде чем перейти к делу, подробный рапорт в Порт-Даймонд придется отослать мне… но он может и обождать. После этого останется только дожидаться дальнейших приказаний из штаба; разумеется, пока эти приказы придут, назначенный для операции срок давным-давно останется позади.

По словам капитана, враг нанес удар в ту самую минуту, когда командир соединения со своим штабом вскрывал запечатанные конверты с приказом. Впрочем, в этом Марут не был уверен.

– Капитан, – приподняла брови комендант Норманди, – вы, кажется, сказали «перейти к делу»? Не хотите ли вы сказать, что намерены продолжать операцию, не так ли?

– Я намерен выполнить полученный приказ, – капитан устремил на нее недоумевающий взор. Дескать, какие ж тут могут быть вопросы? – Из прежних шести кораблей уцелели только два, причем оба подбиты, и я не уверен, что мы вообще сможем поднять их с грунта. Надо каким-то образом мобилизовать материальные ресурсы. Что имеется в распоряжении у вас, комендант?

Пока при Гарри никто и словом не обмолвился, в чем же именно состояла миссия, прерванная столь жестоко. Впрочем, что так, что эдак, а придется ее отменить – разбитая эскадра годится разве что на свалку, да и то с натяжкой. Это очевидно всякому, и Гарри в том числе. Всякому – за исключением капитана Марута. Этот офицер никак не мог взять в толк, что теперь у него нет ни кораблей, ни людей, чтобы атаковать хоть кого-нибудь.

9
{"b":"293","o":1}