ЛитМир - Электронная Библиотека

Караван собрался уходить. Без меня. А я ни сном ни духом.

Как это соотносится с моей должностью Видящего? А никак. Из меня Видящий, как из спички прожектор.

Хорошо хоть Первоидущий зашел попрощаться. Перед дальней дорожкой. Серьезный, блин, мужик. Ни вопросов у него, ни сожалений. Типа «и на кого ты, Лёха, нас покидаешь? А оно тебе туда надо?..»

Пожелал мне только легкого Пути и спросил, как быть с Солнечным.

В тех горах поалу делать нечего. Это даже мне понятно. На своих двоих нам придется. Или на шорнах. Они лучше поалов приспособлены для горных дорог.

– Пусть побудет с караваном. До моего возвращения. – Это я о Солнечном.

– В Дороге разное может случиться, – задумчиво изрекает Первоидущий.

– Может, – согласился я. И собеседник вздрогнул от моей улыбки.

Ну с утра пораньше, голодный и невыспавшийся, я и сам вздрагивал, когда видел себя в зеркале. А здесь перестал – на ощупь бриться научился. Хотел бороду отпустить, так еще Машка просветила, кто такие бородатые и как к ним относятся. Спасибо, мне такого счастья и с доплатой не надо!

– Ты прав, Идущий Первым, в Дороге всякое случается. Вот я и доверяю Солнечного тебе, а не предпоследнему поводырю. И спрошу с тебя. Как только вернусь. А вернусь я обязательно.

Мужик вздохнул. Молча. Говорить, что и он не бессмертный, не стал. Наверное, тоже живет по принципу: не болтай о неприятностях – это притягивает их. А если уж с Первоидущим чего-то случится, то всему каравану писец. Пушистый и серебристый улыбнется.

И караванщик улыбнулся. Мне. Не очень радостно, но все-таки…

– Благодарю за доверие, Многодобрый. Я сумею позаботиться о твоем поале.

– Не сомневаюсь. И хорошо корми его!

– Буду кормить как своего.

– Лучше, Первоидущий, лучше. Твоему на тебя некому пожаловаться.

– А ты знаешь язык поалов?!

– Ну ты и вопросы спрашиваешь! Обидеть хочешь или как?..

– Прости, Многодобрый! – Мужик вдруг резко побледнел. Даже под загаром стало заметно. Блин, и чего он так испугался? Я же пошутил.

– Ладно, забыли. Вот еще что: скоро у поалов сезон спаривания вроде. Так?

– Да, многоуважаемый.

– Так ты смотри, если кто-то захочет… – Я замолчал, пытаясь точнее сформулировать простой в общем-то приказ. Жаль, Первоидущий не знает русского народного. Да и я не силен в местной ненормативной.

Мужик, похоже, понял мои затруднения и решил помочь:

– Я присмотрю, чтобы твой поал не устал…

– От любимой работы не устают.

– Что?!

– Так, вспомнилась одна хохма. Я тебе потом расскажу. Когда встретимся. Короче, у кого-то есть поалиха и нужен породистый детеныш – Солнечный работает. Если за работу платят. Понятно?

– Да.

– Думаю, с оплатой ты сам разберешься.

– Разберусь.

Маловато что-то энтузиазма в голосе караванщика. С чего бы это?

– Кстати, ты в доле.

– Спасибо, Многодобрый! – Теперь совсем другое дело. – Плату мы поделим поровну?

Любознательный какой. И деловой.

– Поровну, – усмехаюсь, нежно так. – Если вместо Солнечного ты будешь работать.

Мужик дернулся, заерзал. Как принцесса на орехе. Кокосовом.

– Я хотел сказать: поровну между тобой, мной и поалом.

– Ну если так… Обычно я даю не больше четвертой части.

Караванщик опять заерзал. Вздохнул тяжело. А в глазах такая тоска появилась, словно я его голодом заморить собрался.

– Ладно, пусть будет третья часть. Но только для тебя! Добрый я чего-то сегодня… Наверно, к хорошей погоде.

Не ожидал, что меня так благодарить будут. Даже неловко как-то стало. На секунду. Потом еще и комплимент мне отвесили. Сказали, что в прошлой жизни я точно был купцом. Очень небедным.

Ну был, значит, был. Со стороны оно виднее.

А на прощание Первоидущий мне руку на плечо положил. Правую. Обычай тут такой. И по тому же обычаю я тоже свою руку ему на плечо умостил. Типа смотри, как я тебе доверяю. Прям как брату. Родному и горячо любимому.

Вот только сильно доверчивые не живут долго. Не знаю, как здесь, а вот у нас… Что, приступ паранойи? У меня? Ладно, пусть так. Но у человеков имеется две руки, и свободной завсегда можно сделать гадость ближнему.

А среди моих новых знакомцев каждый второй левша. А каждый третий – двурукий.

Да я и сам свободно владею обеими. Родился таким. Но мои учителя были правшами. А в двадцать я стал учеником Пал Нилыча. Он-то и поставил мне левую. Сделал обоеруким хирургом. Есть операции, какие удобнее делать левой. Но не все врачи признают это. Мол, для настоящего профи нет ничего невозможного!

Правильно. Невозможного нет. Если ты берешься за то, чего делаешь лучше всего. А то, в чем ты не самый-самый, позволяешь делать другим. Тем, кто не задумываясь берет ложку левой рукой. Или скальпель. Или меч.

Если «не задумываясь», то я берусь правой. Но когда она занята, то и левой справлюсь не хуже.

Первоидущий, кстати, за поводья тоже левой хватается.

Так что насчет доверчивости и безопасности это еще как сказать. По мне, так лучше быть живым параноиком, чем лежать под камнем, на котором написано: «Он верил людям».

На этот раз обошлось: ножом в пузо мне не пырнули. И на том спасибо. Все-таки неплохо утро начинается.

Вот и пожелал я караванщику: «Да пребудет с тобой удача». Хотел брякнуть: «…с тобой сила», да язык куда-то не туда завернул. А мужик обрадовался чему-то: руки к груди прижал и в поклоне сложился, как перочинный нож. Так и ушел от меня весь из себя счастливый.

После караванщика я пообщался с шаманом. Только-только завтрак прикончил, а тут старик заявился. Тоже счастливый. И преисполненный гордости. За хорошо проделанную работу.

С шаманом тисла он обо всем договорился. И так реально обрисовал ситуацию, что проводников и охрану я получу еще сегодня. Вернее, уже получил. Они ждут меня в условленном месте. С шорнами и запасом еды на девять дней пути.

– А на десятый мне голодать придется?

– До этого дня доживут не все.

Хороша отмазка. Дескать, живи и надейся, что кто-то загнется. А ты его пайку получишь. Ну-ну. Я ведь тоже отмазку могу придумать.

– В дороге всякое случается… уважаемый. Могут и дожить. Тогда я выберу самого толстого и пущу его на шашлык. Или другие идеи имеются?

Шаман задумчиво подергал свои косички, намотал одну на палец и сообщил:

– Я отправлю с тобой лучших охотников и проводника. Еще… – вторая косица намоталась на палец, – прикажу собрать для тебя еду. На девять дней.

– Я не один пойду. Или ты хочешь, чтоб мой сберегатель сам искал себе пищу?

Старик слегка напрягся, но оглядываться не стал. Уважаю. За смелость.

– Я подумаю про пищу для него…

– Мне нужен корм, а не пища.

Шаман оглянулся на голос. Слегка кивнул темному пятну в глубине шатра.

– Я подумаю и об этом.

Так бы и ушел он, весь из себя задумчивый, да во мне любопытство проснулось. А почему бы и нет, после завтрака-то? Самое время.

Интересно мне стало, чего такого старик наговорил, что ему вот так сразу и поверили.

Оказалось, правду и только правду. Про одного служителя Тиамы, который срочно ищет подходящее место. И может «случайно» найти его на землях тисла. А может и дальше. Где-нибудь в землях ми-ту. Если ему покажут туда кратчайшую дорогу.

– И все?

Честно говоря, меня бы такое предупреждение не впечатлило. И не испугало бы настолько, чтобы устроить для кого-то многодневный поход под надежной охраной. Чтоб не заблудился и обратно не вернулся. Да еще все расходы на себя взять.

Даже не верится, что такие наивные люди живут у Дороги. Как же они чистят ее от глупых и слабых при такой-то пугливости?.. Собеседник мой тоже не похож на глупца. Что вот так, за здорово живешь, станет кому-то и чего-то отдавать. Хоть у этого «кого-то» нортор в телохранителях. Но отдал же! По первому требованию. И не требованию даже, а намеку на просьбу. С чего бы это? Из-за моих красивых ушей?

88
{"b":"299","o":1}