ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Новые эльфы: Новые эльфы. Растущий лес. Море сумерек. Избранный путь (сборник)
Аленушка и братец ее козел
Простая сложная Вселенная
Революция на газоне. Книга о футбольных тактиках
Самогипноз. Как раскрыть свой потенциал, используя скрытые возможности разума
Грудное вскармливание. Настольная книга немецких молодых мам
Дневник осени
Ее худший кошмар
Любовь по-драконьи

Но все мысли выдуло из головы.

Ветром, что погладил меня по спине и растрепал длинные, в хвост уже можно связывать, волосы.

А еще ветер немного изменил «полосу препятствий», которую я доблестно преодолел.

Кочки остались, а вот лед между ними исчез, словно его никогда не было. Хотя почему «словно»?

«Это всего лишь вершина айсберга…» – вспомнилась дурацкая фразочка. Вот и я смотрел на эти «вершинки» и даже немного ниже, а морем между ними была пустота. Та пустота, которой мы дышим.

Нашарил камешек возле ноги, бросил… В то, что считал длинной лужей. Еще совсем недавно. Просто так бросил, из любопытства.

Удара о дно не услышал. Если оно есть там, это дно. В горы мы все-таки поднялись. Не абы куда.

Уже вечером на привале я вежливо сказал Кранту, что он кретин и придурок. А кто еще отпускает своего подопечного гулять по верхушкам скал?! А если б я упал и помер?..

Предупреждать надо, чего здесь вместо дорог бывает!

Нортор быстро и доходчиво объяснил мне, что помереть я не мог, потому как смерть моя ему, нортору, снилась. А местный пейзаж тому сну не соответствует. И вообще он, нортор, мой оберегатель, а не советчик. Куда идти и чего делать, решаю я сам. Его дело – следить, чтобы никто мне не мешал. Ну и следовать за мной.

Типа хочешь, Лёха, топиться, я тебе компанию составлю. Еще и якорь принесу. Один на двоих. Вот если кто другой устроит тебе водные процедуры, без твоего на то согласия, тогда так и быть – вмешаюсь. Такая вот у меня работа.

Хорошо я пообщался с Крантом, душевно. Умеет он говорить интересные слова. Я тогда не сразу вспоминаю, что рот мне дан не для того, чтобы долго держать его открытым. К счастью, нор-тор не часто разговаривает матом. И мысли он мои не читает. Кажется. А то не успеешь подумать: «Погода дрянь, настроение – хоть вешайся, напиться, что ли?..» – глядь, а он веревку уже тащит. И мыло. И не с советом там: «На, помойся и иди в скалолазы», а целеустремленно ее к суку вяжет и петельку ладит.

Спасибо, добрый боженька, что не дал мне совершенного телохранителя! Я и с тем, что имеется, не всегда знаю, чего делать.

Да-а, настроение у меня совсем хреновым после такой «прогулочки» стало. Вернуться, что ли? Обратно. Но только в обход!

Еще раз я и за деньги по такому идти не стану. Даже за большие деньги.

Дураков нет.

И самоубийц в моем роду не было. Ни по отцовской, ни по материнской линии. Неохота становиться первым.

А как, блин, все хорошо начиналось! Прогулка в горы, охрана, спокойные неторопливые звери, персональная палатка из шкур шорнов – бирик-ду называется. Интересный собеседник к тому же имелся. Не жизнь, а клубника под взбитыми сливками!..

Шаман таки решил провести меня. Лично. До границы. Убедиться, наверно, хотел, что я не устрою гадости на его землях. А если и случится такое, то он об этом узнает первым.

Прелюбопытнейший, кстати, старик оказался. Если записывать все, о чем мы болтали, толстенная книга получилась бы. У него интересный взгляд на этот мир имеется, на место и роль всех живущих и думающих в нем. Пал Нилыч тоже мог сказануть такое, что неделю потом думаешь-перевариваешь. Вот бы свести этих двоих и за общением их понаблюдать! С безопасного, понятно, расстояния. Характер-то у обоих не сахар. Не знаю даже, у кого взрывоопаснее.

И эзотерикой оба увлекаются.

Когда Нилыч говорил на эту тему, я мимо ушей его слова пропускал. Пурга, типа белый шум. Только для особо задвинутых.

«Не доросли вы, Алексей, – вздыхал тогда старик. – Время ваше еще не пришло. А жаль. Ну не верите, слушайте хоть тогда. Потом вспомните, поймете…»

Ага, «слушайте»… А оно мне надо?..

Слова шамана по-другому на душу легли. Странные мысли думать заставляли. Особенно когда не отвлекал никто. Или во время Санута. Будто вспоминалось что-то давно прочитанное. Или услышанное. В прошлой жизни. А может, время мое пришло, дорос.

Кажется, еще немного – и я поверю в реинкарнацию. Не вообще и в кого-то там неизвестного, а в конкретное такое перерождение себя самого. Нежно любимого и горячо уважаемого. Только кто сказал, что все эти перерождения должны случаться от начала времен и к сегодня? И с интервалом в сто или тыщу лет. А если все наоборот? Если от «сегодня» и к началу? И почему эти действа должны обязательно твориться на одной конкретно взятой планете? Можно и круче завернуть: планеты разные или миры параллельно-перпендикулярные взять. И интервал во времени в минус одну минуту устроить. Тогда себя прежнего можно увидеть и даже убить. Круто? То-то же. Не каждый до такого додумается. Я полдня потом как пришибленный ходил.

Жаль, шамана рядом уже не было. Рассказать-спросить бы. Довел старик нас до гор и вежливо распрощался. Так и не удосужился я имя его узнать. Или свое ему сообщить. Пользовались этими «Многодобрый» или «многоуважаемый». Как безразмерными тапками, что у некоторых для гостей имеются. Понятно, что чужой прикид, не свой, но удобно – и ладно. А сколько их до тебя надевали – не узнать, не сосчитать.

Как не узнать: а не изобрел ли я, часом, велосипед?.. Не тот двухколесный, что у многих «мичуринцев» вместо транспорта Вдруг я открыл для себя такое, чему сто лет в обед и чего давным-давно позабыли уже другие продвинутые. Может, и книжки имеются на эту тему. Не один же я такой умный на целом шарике. А то и на двух. Жаль, не тянуло меня раньше на такое чтиво. Времени не было. Да и других развлечений хватало.

А тут если хочешь чего-то прочитать, то сначала это «чего-то» напиши. Почему-то писательство здесь считается чуть ли не самым страшным колдовством. А оно мне надо? И так вся охранная команда побаивалась меня. Наверно, после сегодняшнего креститься начнут при моем появлении. Или чего тут полагается для защиты от опасно-непонятного?

Кстати, когда я сам увидел такое «непонятное», то только «ни фига себе!» и смог сказать. А общаться с ним шаман поехал. Сам-один.

Дело было на второй день пути. Ближе к вечеру уже. Едем мы, никого не трогаем, и вдруг навстречу нам нечто странное. И это «нечто» кланяется, ложится на землю, потом поднимается, делает шаг вперед, опять кланяется и ложится. И так шаг за шагом, минута за минутой. Оказывается, и такое неторопливо-медитативное передвижение бывает.

У моего эскорта рука на убогого не поднялась. Хоть он аккурат под лапы наших шорнов направлялся.

Звали оборванца Имундо. Звали. Больше не зовут. Он стал никто и звать его никак.

И все из-за меня.

Ведь это он три стрелы пустил в меня. Заколдованные. Еще там, на дороге. Когда мы со вторым караваном встретились. И ни разу не попал. А ведь лучшим среди тисла стрелком считался!

Когда «санитары Дороги» вернулись домой, без добычи и с набитой мордой, Главный шаман разбор полетов устроил. По полной программе. И выяснил, что Имундо так виноват, что прям слов нету. Только мат и остался.

Лучший стрелок должен с первого взгляда соображать, во что можно стрелять, а во что – лучше не надо. А если не успел смекнуть, то после первой стрелы, случайно – и никак иначе! – выпущенной в Служителя Тиамы, нужно было собрать отряд и драпать как можно быстрее и дальше. И уже с безопасного расстояния просить прощения. Мол, произошла ошибка и виновные непременно будут… А Имундо почему-то решил упорствовать, теряя стрелы и бойцов.

Обычно наказанием виновного занимается шаман. Реже – вместе с помощниками. Когда устраивалась образцово-показательная казнь. Чтоб остальные прониклись. Соображению и уважению научились.

Но случай Имундо был настолько странным и страшным, что ему не смогли придумать подходящее наказание. Провели только Ритуал по Лишению Имени и Отлучению.

Жестоко? Может быть. Но племени не нужен герой с суицидальными наклонностями. Неизвестно, с кем он в следующий раз поцапается и каких врагов за собой приведет.

Так стрелок для всех вроде как умер. Даже хуже. О мертвом можно говорить, а об изгнанном… О дерьме на Дороге тоже не говорят, но его используют. Изгнанного даже использовать нельзя.

90
{"b":"299","o":1}