ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Массажист
Как купить или продать бизнес
Полночный соблазн
Семья в огне
Как победить злодея
Тонкое искусство пофигизма: Парадоксальный способ жить счастливо
Беги и живи
Затонувшие города
Путь к характеру
A
A

И хотя ей все еще не хотелось шевелиться, она сделала усилие и немного от него отстранилась.

– Простите, Мак. Я понимаю, что с самого начала вела себя с вами просто безобразно. И прекрасно вас пойму, если вы не захотите больше ничего для меня делать. Вы можете уйти в любое время. Действительно. Со мной все в порядке.

Он смотрел на нее с высоты своего роста, но ее глаза были закрыты, и она не видела, какой невыразимой нежностью был полон его взгляд. Она казалась побитой. Не из-за того, что под глазом все еще темнел синяк, а губы слегка припухли, – нет. Она выглядела существом, прибитым морально. Он перебирал множество способов, как утешить ее, облегчить эту муку, вернуть цвет на эти бледные щеки. Но ни один не казался ему хорошим. Поэтому он просто сказал:

– Помните, что вы говорили в пятницу утром на аэродроме? Когда вам показалось подозрительным, что я заменил парашют? Вы еще решили, что я хотел вас запугать. – По внезапно вспыхнувшему румянцу он видел, что она помнила. – А потом, хорошенько обдумав все, вы поняли, что ошибались. Почему бы вам и теперь не довериться мне и найти чем заняться, пока я сделаю несколько звонков?

Она резко отстранилась от него.

– И чем, по-вашему, я должна заняться?

– А тем, что делает любая чистокровная англичанка, когда ей не по себе. Приготовлением чашки чая.

– Вы еще шутите.

Момент нежности прошел, и он даже не удостоил ее ответом. Но, собравшись в самых доходчивых выражениях сказать ему, куда он может идти со своим чертовым чаем, Клаудия осознала, что он просто хочет занять ее делом, дабы хоть немного отвлечь. Ее слегка знобило, и она потерла руки, подумав о свитере. Да, надо надеть свитер.

– Если вы останетесь, то что наденете? У вас даже не во что переодеться – проговорила она, стоя в дверном проеме.

– Предоставьте мне самому позаботиться об этом.

Немного же времени ему понадобилось, чтобы вернуться к своей обычной твердокаменности. Почему он так с ней разговаривает? Вернее, почему не хочет ни о чем разговаривать?

– Наверное, по одному мановению вашего пальца любой человек из вашей личной армии бросит все и помчится паковать ваш багаж.

Мак, будто не видел и не слышал ее, поднял телефонную трубку и начал набирать номер. Клаудии казалось нестерпимым, что он так нагло игнорирует ее, и она с вызовом проговорила:

– Они там у вас, я думаю, все отставники.

Положив трубку, Мак повернулся к ней. Она думала, что он разозлился, но по его виду этого сказать было нельзя.

– Они не моя армия, Клаудия. Они вообще не мои, а свои. Мы просто группа друзей, хорошо относящихся друг к другу, приходящих друг другу на помощь, когда это понадобится. Вот и все.

Он говорил, стараясь не выйти из себя, не потерять терпения, – так говорят с докучливым и немного надоевшим ребенком.

Вряд ли, конечно, все объясняется так просто, но в целом, решила она, лучше думать о нем просто как о сумасшедшем.

– Группа друзей? Нечто вроде охранного шоферского обслуживания пассажиров, преследуемых недругами? – спросила она, провоцируя его на дальнейший разговор.

Возможно, она ошибалась, но его краткие прежние объяснения казались ей слишком гладкими, чтобы можно было отнестись к ним с доверием.

– Это обыкновенный прокатный автосервис. Фактически они специализируются на поставке машин для свадебных кортежей. Но когда мне нужна машина с водителем, который имеет специальную подготовку, я знаю, что могу обратиться к ним.

– Я не уверена, что вам верю. Терпение его все больше истощалось.

– А я не уверен, что слишком озабочен тем, поверите вы мне или нет. Это, кстати, и вообще не ваше дело.

– Конечно, не мое. Особенно если учесть, что вы распоряжаетесь моей жизнью.

Он распоряжается ее жизнью? Она что, думает, ему больше делать нечего, как разыгрывать из себя сиделку возле испуганной актрисы? Он ощутил, как его захлестывает волна гнева. Испуганная. Вот ключевое слово. Она перепугана насмерть и пытается держаться как можно отважней, чтобы не показать виду. Наверное, он ведет себя с ней чертовски жестко.

– Клаудия, поймите, мы не какая-то по-юношески восторженная и романтично настроенная компашка, – сказал он гораздо мягче. – В целом все очень серьезно. В группе есть специалисты по связи, транспортные эксперты, курьеры.

– И охранники. И все работают очень хорошо и слаженно.

– Когда необходимо. У каждого из нас своя специальность, но мы взаимозаменяемы и очень хорошо сработались. Время от времени я собираю всю группу для специальной работы, но это исключение.

Она все еще казалась сомневающейся.

– Надеюсь, я не подпадаю под эту категорию?

– Зависит от того, как вы сами намерены поступать. Если вы настаиваете на вечерних выступлениях в «Частной жизни», то боюсь, что так, вероятно, и будет.

– У меня нет выбора, Мак. Люди приходят в театр посмотреть на меня. Вы должны это понять.

– Но вам нельзя оставаться там. Да и здесь, в этой квартире.

Ее рот сомкнулся в упрямую линию.

– Я не хочу покидать свой собственный дом, – сказала она, несмотря на то, что в ее доме стало так тревожно, тоскливо и холодно. Она опять поежилась. – Но, честно говоря, мне будет намного спокойнее, если вы останетесь со мной.

Мак заметил, что ее знобит. Всем своим существом он жаждал приблизиться к ней, обнять и отогреть, как отогревают в ладонях замерзающего птенца, но он игнорировал даже свое существо. Как бы там ни было, но она не должна думать, будто он остался здесь из-за ее минутного каприза или минутной милости.

– Я не спрашивал у вас разрешения остаться. А теперь о деле. Полагаю, необходимо установить на всех этажах камеры внутреннего наблюдения. Понадобится нам и человек, исполняющий роль привратника, для проверки почты и наблюдения за приходящими и уходящими визитерами. Вы ведь хорошо знаете ваших соседей? Как вы считаете, они отнесутся к этому спокойно?

– Страховые компании могут снизить сумму выплат, если их жилье недостаточно хорошо защищено.

Он надеялся, что, установив приборы наблюдения, которые послужат и другим людям, он даст передышку ей, но не был уверен, согласятся ли они. И вот она уверила его, что ее соседи, несомненно, только обрадуются дополнительным охранным мероприятиям, особенно когда узнают, что платить им за это не придется.

– А как насчет владельца дома?

– Ну, с ним, Мак, у вас проблем не возникнет.

– Понятно.

– Понятно ему! Даже не спросил почему.

– Почему?

– А потому, Мак, что владелец этого дома я, но только очень прошу вас, не делитесь этим маленьким секретом с моими постояльцами, они об этом не знают. Глядя, как поднялись его брови, она только пожала плечами.

– Мать оставила нам с сестрой немного денег. Физз свою долю всю без остатка влепила в радиостанцию, а я купила этот дом. Но для расчетов с жильцами предпочитаю нанимать агентов.

– Вы будто оправдываетесь передо мной. У вас нет в том нужды.

– Нет? Тогда почему же я чувствую, что вы все время критически исследуете подробности моей жизни?

Он не знал, почему у нее возникло такое ощущение. И не имел представления, почему сам он испытывает постоянную потребность исследовать ее жизнь. Впрочем, кое-какие догадки у него были, но он старательно задвигал их в самый дальний уголок сознания.

– Так вы решительно отказываетесь покинуть Лондон? – поинтересовался он.

– Мне необходимо быть здесь, Мак. Да и не хочу я скрываться.

Она выглядела сейчас так, как тогда, в самолете, перед самым прыжком. Страшащаяся, но преисполненная решимости. Вот и теперь она во что бы то ни стало хочет остаться в своей квартире, и он ничего не может с этим поделать.

– В таком случае я принимаюсь за организацию охраны.

– Хорошо, принимайтесь. А я пойду и приготовлю вам чай. – Она направилась к кухне, но с полпути вернулась. – Послушайте, Мак, неужели вы не понимаете, что это ничего не решит? Тот малый все равно не отступит и не оставит меня в покое.

34
{"b":"30","o":1}