A
A
1
2
3
...
45
46
47
...
75

– Там, куда я пойду, будет не очень многолюдно, я точно знаю. Несколько небольших салонов и все. И если вы будете себя хорошо вести и не лезть за мной в примерочную, я обещаю пригласить вас разделить со мной ленч.

Он что-то пробурчал себе под нос, но обсуждения ее дальнейших планов не предпринял. Пока не предпринял. А Клаудия, довольная одержанной, пусть хоть и местного значения победой, скромно улыбнулась, тактично стараясь не слишком выдать ликование.

Пока Клаудия трудилась перед телекамерами, умело обходя вопросы, касающиеся слухов о ее романе, и распространяясь перед зрителями на тему, как она пошла по стопам матери и даже сыграла роль, которую мать считала своей собственностью, Габриел Макинтайр прослушивал записи, тайно сделанные им в театре.

Как он и предвидел, здесь не оказалось ничего хоть сколько-нибудь интересного. По телефону никто Клаудии не угрожал, хотя это ровным счетом ничего не значило. Разве что подтверждало простую мысль, что, если кто-то внутри театра и затеет недоброе против примы, он не станет болтать об этом с кем бы то ни было, тем более по телефону. И Филлип Рэдмонд, как это ни огорчительно, звонил только по делам.

Пленку с записью телефонных разговоров Клаудии Мак оставил напоследок. Его в немалое смущение приводила мысль о необходимости прослушивать ее личные разговоры, ведь там могло оказаться что угодно, вплоть до разговоров интимного характера, но если он взялся защищать ее от неизвестной пока опасности, то должен будет претерпеть и это неудобство.

Однако и в записях разговоров Клаудии он не обнаружил никаких угроз тайного недоброжелателя, правда услышал там нечто, что вызвало у него невольную улыбку. Клаудия, к примеру, предложила своему отцу встретиться с Дианой и познакомиться с ней, потому что ее паб и вся эта зеленая мирная деревушка показались ей идеальным местом для новой телепрограммы, которую тот задумал. Кроме того, она просила его посмотреть на Хэзер и решить, нельзя ли ей дать для начала какую-нибудь небольшую роль, хотя своенравная девчонка вряд ли этого заслуживает.

Покупка нового платья превратилась в кошмар. В шикарном салоне неподалеку от Уинтерборнменор, ожидая Клаудию, Мак размышлял о том, что, если бы он знал, при каких обстоятельствах ему придется охранять свояченицу Люка, он бы несколько раз подумал, прежде чем обещать подобные вещи.

С другой стороны, у него имелись личные причины выяснить, кто и как сумел добраться до ее парашюта; в конце концов, пока это дело не разъяснится, он не может полагаться на надежность охранных мероприятий в собственном бизнесе.

И охрана Клаудии тоже еще не вполне им обеспечена. В дополнение к прослушиванию телефонных разговоров и просмотру почты следует установить камеры внутреннего наблюдения, и к концу недели это наверняка сработает.

Мак вспомнил, как объяснял ей, что им в целях безопасности стоит для окружающих и прессы разыграть из себя любовников, чтобы обескуражить анонимного сочинителя писем и заставить его действовать.

Ее он, очевидно, убедил. И сам был убежден, что действует правильно. Но в ту минуту, когда они входили в небольшой салон вблизи Найтсбриджа, он почувствовал всю фальшь этой затеи. Уж одно то, что раньше он ни за что не вошел бы со своим клиентом в магазин одежды. Он мог, конечно, призвать на помощь кого-то из женской части своего ополчения, а сам удалился бы на безопасное расстояние. А у него, кстати, было немало хорошо тренированных женщин, и некоторые по его приказу могли бы и без парашюта прыгнуть, лишь бы показать, на что они способны, когда им доверяют важное дело.

Но он обнаружил, что не готов доверить защиту Клаудии кому-то другому, а все должен сделать сам, даже если придется сидеть на эфемерном стульчике до тех пор, пока Клаудии не удастся объяснить интересной элегантного возраста владелице бутика, чего именно ей хочется.

– Это совсем не ваш стиль, Клаудия.

– Я знаю, Люси. Но телезрители могут этого не знать. А если и знают, то полезно иногда немного шокировать их, нравится им это или нет. В конце концов, слишком долго стараясь выдерживать стиль своей матери, я рискую им просто надоесть, чего не хотелось бы.

– Но многие находят ее стиль совершенным. Помните, как все восхищались вашей фотографией, той самой? Я, правда, не совсем уверена, что вам следовало перенимать и ее коронные позы, хотя в них вы эффектны.

Но все же, что ни говори, вы не обязаны быть точной копией Элен Френч, тем более что в чем-то на нее совсем не похожи.

– Правда?

– Ну, я имею в виду не внешне, а по характеру, вы согласны? Вам, Клаудия, следует сконцентрироваться на создании собственного образа.

– Вот потому-то я и хочу остановиться на этом платье.

– Зависит от того, в какой степени имеет смысл в вашем возрасте останавливаться на имидже enfante terrible.[9]

Клаудия вовсе не обиделась на эго замечание. Она сразу же доверилась суждению Люси и согласилась, что двадцать семь лет слишком почтенный возраст, чтобы нацепить на себя белое платьице broderie anglaise[10] да еще с оборочками.

– Вот потому-то я и пришла именно к вам, Люси. Хочется как-то обновить свой имидж, а вашему вкусу я вполне доверяю.

– На обновление имиджа требуется время. Некоторые предпочитают сделать это одним махом и тем чересчур шокируют публику, она просто обижается и может даже от вас отвернуться. Тут надо действовать постепенно, я бы сказала, вкрадчиво. Впрочем, можно и сразу, но тогда требуется какое-то крупное событие, например вы вдруг выходите замуж или ожидаете наследника. – При этих словах Люси бросила взгляд на крупную фигуру Габриела, нескладно приютившуюся на хрупком дамском стульчике в дальнем конце салона. – Вы же знаете, таблоиды обожают давать снимки беременных звезд.

– Господи, Люси, куда вас занесло?

– Нет? А жаль. На этот случай у нас есть просто восхитительные вещицы. Имейте в виду. Ну, хорошо, Клаудия, пройдемте в примерочную. – Она вновь метнула взгляд в сторону Мака и уже чуть громче заметила: – Надеюсь, с ним ничего не случится, если на несколько минут вы исчезнете из его поля зрения? Впрочем, если он будет слишком нервничать, не лучше ли захватить его с собой, как вы считаете?

Клаудия, стараясь избегать напряженного взгляда Габриела, сказала:

– Между нами говоря, я думаю, что мы и без него управимся.

– Хорошо. Но на это уйдет какое-то время, так что ваш провожатый может пока заняться своими делами. – Люси обвела хозяйским взором свои владения, в которых порхало множество прелестных созданий, и, многозначительно улыбнувшись Клаудии, сказала: – Сомневаюсь, что он высидит целый час, не выходя наружу.

– Мистер Макинтайр – свободный человек. С какой стати мне думать о том, как он проведет этот час?

Она, понимая, что Мак ее слышит, надеялась, что он не слишком обидится.

На все время их странствия по модным салонам Мак нанял такси, поскольку в этом районе города могли возникнуть серьезные проблемы с парковкой, но, когда Клаудия, так и не взглянув на него, удалилась в загадочную примерочную, он вздохнул и пожалел, что при нем нет его «лендкрузера».

– Не смотрите на меня так сердито, – сказала она, когда они уже выходили из салона. – Я нашла то, что мне нужно, но там надо кое-что подогнать. Люси пришлет мне платье, когда оно будет готово. Ну а теперь, – сказала она, ступив на залитый солнцем тротуар, – настало время ленча.

– Мы можем вернуться в вашу квартиру, и я приготовлю омлет, – предложил он, ужасаясь мысли, что она задумала потащить его в очередное людное место.

– Ничего не выйдет. – Ее улыбка носила явно победный характер. – Я уже заказала столик в своем любимом ресторане, а это такое место, что никакому врагу, будь он даже последний дурак, не придет в голову доставать меня именно там.

Ее аргумент не показался ему достаточно сильным, но все же он решил, что она, должно быть, права. Соображения тактики вряд ли заставят выползти недруга на люди среди бела дня, похоже, он предпочитает делать свои грязные делишки под покровом ночи. А фешенебельный ресторан – Мак не сомневался, что ресторан фешенебельный, – вряд ли покажется злодею тем местом, где он решится совершить свое черное дело.

вернуться

9

Зд.: капризное дитя (фр.).

вернуться

10

С английской вышивкой (фр.).

46
{"b":"30","o":1}