ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ну вот, опять все не так! Но разве озеро не оправдало ваших ожиданий?

– Озеро – это прекрасно. Но коттедж… коттедж…

– Коттедж, увы, с ограниченными удобствами. Они посмотрели друг на друга, и она, заметив в его взгляде нечто, говорящее о приближающейся вспышке раздражения, решила перебраться в первый же пятизвездный отель, который встретится по дороге.

Она гневно повернулась и вышла, открыв дверь в гостиную. Помещение оказалось гораздо более просторным, чем она ожидала, с огромным камином у стены. На каминной полке стоял пыльный, с голубыми и белыми разводами кувшин, из которого торчали пыльные цветы, благополучно умершие в прошлом столетии. Рядом с очагом помещалась корзина с дровами и некоторым количеством пожелтевших газет. Перед камином чинно расположилась пара патриархальных кресел, довольно удобных на вид, стоящих на толстом мохнатом ковре, красноречиво свидетельствовавшем о том, что некогда кто-то пытался создать здесь уют.

Клаудия поежилась. Не то чтобы в комнате было холодно, хотя августовское солнце уже не могло прогреть эти основательные стены, окрашенные, кстати, не в таком уж отдаленном прошлом, но просто дух запустения, царящий здесь, холодил самой своей заброшенностью. У нее возникло ощущение, что обитатели этого дома однажды вышли из него и больше сюда не вернулись.

Габриел появился на пороге гостиной и теперь наблюдал за ней. Он пребывал в страшном напряжении, черты его лица отвердели. Да, он, конечно, предвидел, что то место, куда он завез ее, вряд ли ей понравится. Однако он не знал другого такого же безопасного места. Пока она ходит по дому как брезгливая, избалованная кошка. Но кто скажет, как она поведет себя дальше? И с норовом какого животного можно будет сравнить ее поведение?

– Почему бы вам не развести в камине огонь? – попросила Клаудия, поеживаясь.

– Сначала надо отнести наверх ваш багаж. Габриел открыл дверь, за которой виднелась узкая и крутая лестница, ведущая наверх. Он поднялся первым и на втором этаже открыл другую дверь, подняв облако пыли, после чего вошел в комнату. Клаудия, шедшая следом, чихнула и переступила порог спальни. Спальня, как и гостиная, была декорирована, если так можно сказать, отжившими воспоминаниями. Стены окрашены бледно-желтой, цвета сливочного масла краской, но на окнах висели свежие легкие занавески, а дубовый резной комод с выдвижными ящиками явно представлял из себя антикварную редкость. Все это конечно, могло быть просто очаровательным, если вычистить отсюда пыль, равномерно покрывавшую вес горизонтальные поверхности.

– Кровать гораздо удобнее, чем кажется на вид, – заверил он ее.

– Неужели?

Клаудия рассматривала древнюю латунную кровать без всякого энтузиазма. Спать на ней, наверное, действительно приятнее, чем смотреть на нее. Впрочем, размеры этого сооружения впечатляли, не хватало только огромного королевского балдахина с витающими по углам ангелочками.

– Простыни и наволочки вы найдете в комоде Кстати, неплохо бы застелить постель сейчас, пока еще не стемнело, – посоветовал он. – Я по собственному опыту знаю, что, когда простыни застилаешь вечером, свечи, как правило, гаснут.

– Свечи… – отрешенно повторила она. Помолчав, заговорила вновь:

– Боюсь, конечно, своим нетактичным вопросом задеть ваши чувства владельца усадьбы, но не хотите ли вы сказать, что у вас не найдется даже примитивной масляной лампы? Я уж не рискую спросить об элементарном электричестве.

– Скоро тут будет и электричество. А чувств моих, смею заверить, вы не задели. Вообще-то электричество сюда подведено, но я все никак не соберусь подключиться к нему.

Клаудия не сразу освоилась с мыслью о новом ограничении удобств. Поначалу она удивилась только тому, что он говорит о каком-то подсоединении. Взял бы и давно уж подсоединил, что там требуется, чем таскаться за ней по комнатам. Но он, будто угадав течение ее мыслей, добавил следующую порцию неприятных новостей.

– Боюсь, что это займет некоторое время. – Он помолчал, а потом меланхолично пояснил свою мысль: – Впрочем, работы тут много не потребуется, надо только вкопать несколько столбов от электролинии, которая находится примерно в полумиле от дома.

– Вы что, сами будете их копать? Киркой и лопатой? – уныло спросила она, а себе задала безнадежно неразрешимый вопрос из забытого учебника: сколько столбов нужно вкопать на половине мили и за какое примерно время?

– Наверное, вы страшно удивитесь, но существует возможность нанять для копки что-нибудь механическое. – Он выдержал острожную паузу, но, поскольку она ничего не ответила, договорил: – Да вы не волнуйтесь, у нас тут целая прорва свечей.

– Ну, сидеть при свечах… Впрочем, в этом определенно есть свое очарование. – Клаудия уже поняла, что ей придется смириться с тем, что уединенные земли имеют свои недостатки. – Скажите, а ванная у вас здесь есть? – Этот вопрос она задала уже совершенно безнадежно.

– Зависит от того, какой смысл вы вкладываете в понятие «ванная».

– Я в него, мистер, вкладываю прямой смысл. Это то место, где можно совершить омовение.

– Внизу есть уборная и там же находится ванна, соединенная с газовой колонкой; все эти вещи определенно стоят в очереди на усовершенствование, а по-ка… – Помолчав, он все так же меланхолично заметил: – Впрочем, в качестве вещей первой необходимости оба эти предмета вполне комфортабельны.

От дальнейших вопросов Клаудия воздержалась, поскольку своевременно заметила разгорающееся в синих глазах раздражение. Но было и еще кое-что, основательно занимавшее ее.

– Вы ведь обычно ночуете в этой комнате? – спросила она, вопросительно взглянув на вторую дверь.

– Нет. – Он не совсем точно понял смысл вопроса, решив, что ее злит его присутствие. – Эта спальня давно пустует. Но вы ни о чем не беспокойтесь, я возьму спальный мешок и переночую внизу.

Ах вот оно что, подумала Клаудия, собрался ночевать возле камина. Да, это кажется много привлекательнее, чем спать на пружинном матрасе старомодной латунной кровати. Она чуть было не попросила его поменяться местами, но вовремя удержалась. Чем меньше свежих идей, тем лучше.

– Пойду немного приберусь на кухне, – сказал он. – А потом мы поужинаем.

– Я пойду с вами. Наверняка у вас найдется веник и тряпка. Я не могу спать в такой пыли. – Он замер, перекрыв выход к лестнице, и уставился на нее. – В чем дело, Габриел? – спросила она, наткнувшись на него в полном смысле этого слова.

– Простите, мне бы надо было попросить Адель организовать здесь уборку. Но я этого не сделал.

– Но разве это не возбудило бы ее подозрений в том, что вы здесь будете не один? Мне как-то трудно представить себе, что Адель получит большое удовольствие от мысли, что она проводит очистительные мероприятия для меня.

– Ну, сама она убираться не стала бы. Послала бы Тони. – Он чуть было не улыбнулся при этих своих словах. – Оставайтесь здесь. Я пойду и принесу вам все, что надо.

– Я не инвалид. – начала было она, но он уже находился на середине узкой лестницы, и она не стала затевать нового спора.

Вместо этого она подошла к небольшому окну, находящемуся под низким козырьком крыши. Комната выходила на юго-запад, и все доступное глазу пространство озарялось косыми лучами предзакатного солнца. В мертвом пространстве между рамами лежали мертвые тельца насекомых, непонятно как туда попавшие. Она открыла первую раму, затем вторую. Обе поддались не сразу, ей пришлось пару раз стукнуть здесь и там ладонью, и вот наконец с треском и каким-то глухим ропотом, будто не хотели покоряться ее желанию, рамы все же открылись. Солнце, отразившись в стекле, отбросило на стены новые блики, и это как-то оживило комнату. А главное, в омертвелое пространство заброшенного жилья вошел свежий воздух раннего вечера, напоенный медовым запахом жимолости и… неужели? Да! Ароматом роз! Клаудия выглянула в окно. Внизу, у самой стены дома, она увидела несколько розовых кустов. Но все заглушала жимолость, чей аромат и донесся до нее первым.

58
{"b":"30","o":1}