ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Внимание, с которым участники совещаний у Сталина запечатлели каждую их деталь, объяснялось также тем, что все они напряженно ожидали того, что в любой момент от них потребуют сольного выступления. Маршал Советского Союза К. А. Мерецков вспоминал: «За время работы… мне приходилось встречаться со Сталиным десятки раз. Я не вел записей этих встреч, но стоит напомнить мне о каком-то конкретном случае, как тут же в памяти всплывет, что было сказано, и какими сопровождалось комментариями, и как на это реагировали окружающие. Одно звено цепочки тянет за собой другое. Психологически это легко объяснимо. Все встречи со Сталиным проходили для меня (и, вероятно, не только для меня) при особой внутренней собранности, вызванной сознанием важности дела и чувством высокой ответственности».

Направляя движение коллективной мысли и давая возможность участникам совещания высказаться или выразить свое отношение к обсуждаемому вопросу, Сталин способствовал созданию наиболее взвешенного и глубокого решения. Совещания, проводимые под руководством Сталина, были подобны оркестру, создававшему в ходе импровизации новые музыкальные произведения. В этом оркестре Сталин играл роль дирижера. По мнению А. С. Пушкина, роль дирижера точно характеризовала деятельность государя: «Государство без полномощного монарха то же, что оркестр без капельмейстера: как ни хороши будь все музыканты, но если нет среди них одного такого, который бы движением палочки всему подавал знак, никуда не пойдет концерт. А кажется, он сам ничего не делает, не играет ни на каком инструменте, только слегка помахивает палочкой да поглядывает на всех, и уже один взгляд его достаточен на то, чтобы умягчить в том и другом месте какой-нибудь шершавый звук, который испустил бы иной дурак барабан или неуклюжий тулумбас. При нем и мастерская скрыпка не смеет слишком разгуляться на счет других: блюдет он общий строй, всего оживитель, верховодец верховного согласья!»

Как настоящий дирижер оркестра, Сталин стремился удерживать внимание участников совещания на главной теме. Только вместо дирижерской палочки Сталин использовал свою трубку, коробку папирос, записную книжку или карандаши, постоянно манипулируя этими предметами и таким образом невольно помогая концентрации внимания собравшихся. Мой отец, не раз участвовавший на подобных совещаниях в Кремле по вопросам оборонного производства, вспоминал: «В одной руке у него был блокнот, а в другой карандаш. Он курил хорошо знакомую короткую трубочку… Вот он выбил из трубочки пепел. Поднес ближе к глазам и заглянул в нее. Затем из стоящей на столе коробки папирос „Герцеговина Флор“ вынул сразу две папиросы и сломал их. Пустую папиросную бумагу положил на стол около коробки с папиросами. Примял большим пальцем табак в трубочке. Медленно вновь подошел к столу, взял коробку со спичками и чиркнул».

Порой он прибегал к жестам и телодвижениям, чтобы подчеркнуть главную мысль. А. А. Громыко писал: «Когда Сталин говорил сидя, он мог слегка менять положение, наклоняясь то в одну, то в другую сторону, иногда мог легким движением руки подчеркнуть мысль, которую хотел выделить, хотя в целом на жесты был очень скуп».

Сталин задавал размеренный ритм движению коллективной мысли и неторопливым передвижением по кабинету. Как писал А. А. Громыко: «Очень часто на заседаниях с небольшим числом участников, на которых иногда присутствовали также товарищи, вызванные на доклад, Сталин медленно расхаживал по кабинету. Ходил и одновременно слушал выступающих или высказывал свои мысли. Проходил несколько шагов, приостанавливался, глядел на докладчика, на присутствующих, иногда приближался к ним, пытаясь уловить их реакцию, и опять принимался ходить».

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

43
{"b":"306","o":1}