ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

17 февраля 1993 г. Среда, мой день

В прессе сообщение, что Моссовет решит или уже решил — быть ли ему учредителем театра «Содружество актеров Таганки» под руководством Губенко. Заседание 22-го. Вызывается или приглашается Бугаев. А он заявляет, что без Любимова он не пойдет. А Любимову туда ходить не надо, по-моему. Короче, дело идет к суду.

17 февраля 1993 г. Среда, мой день, но бойся его, Близнец!

После репетиции душа и сердце раскрыты, ранимы, усталость и счастье после стихов, где все прочитано тебе и про тебя. Вдруг — ушат холодной воды. Лара, Лариса. Из всех женщин, которые прошли по моему сердцу, кажется, одна ты не презиралась, не скандалила в быт, в пошлость. Какое счастье, что мы не поженились с тобой! Брак портит воспоминания. Ведь любил же я Шацкую, ведь помню, как от ревности плакал, — и что теперь осталось от этого всего?!

19 февраля 1993 г. Пятница. Театр, гр. № 307

Богина, «гениальная» артистка, замучила звонками — из 14-й категории хочется в 15-ю. «Я сыграю все, я все могу, любой ввод за 20 минут!» 50-летние пришли к этой отметке катастрофически нищими, обозленными и развращенными. Что-то веселое, напоминающее счастливую, роскошную жизнь, Рио-де-Жанейро было, конечно, у каждой. К 50 годам ни детей, ни мужиков, ни карьеры, ни ролей. А теперь еще и просто голод.

Любимов. На него было вчера страшно смотреть. Сначала он ругался, как в лучшие годы, потом повторил несколько раз фразу: «Я сегодня же дам телеграмму президенту, что я отдаю назад ваше гражданство! Со мной обращаются хуже, чем при коммунистах, вызывают к прокурору!» У него мозга за разум заходит, да еще так подвел Шнитке. Кажется, он мало-помалу отказывается от попыток, от требований петь ненаписанные ноты, петь прозу как ни попадя.

Я буду вспоминать эти счастливые дни, когда я жил только ожиданием репетиции, приходил в эту комнату, переодевался, ждал Сашку, которая принесет какую-нибудь новую еду, читал роман, писал дневник, слушал фонограммы. Я буду все это вспоминать и плакать. К тому же я дивно вдохновлялся на этом диване.

20 февраля 1993 г. Суббота

Занимался утром аккордеоном, подбирал сопровождение к сцене с Гордоном — Любимову не понравилось. Будет, очевидно, «Не одна во поле...» На ней почему-то и голос звучал.

Шифферса вчера я посетил. Взял роман, оставил пленку. Жалко, что говорил только я и опять о делах театра, о нашей с Филатовым переписке.

22 февраля 1993 г. Понедельник

— Молодец! — сказал Любимов после исполнения мной в финале с Ларой — «В лесу казенной...».

Какие-то победы были и в сцене с Ливерием. В общем, день был с плюсом, полезный. Еще три-четыре бы таких ключевых дня, и я был бы спокоен перед отъездом в Японию. Молился за Любимова, просил у Бога удачи ему.

Шифферс:

— Если он спрашивает, кто может сказать, что Золотухин человек чести, я могу сказать. Передай Филатову, а если я его увижу, то сам скажу о том, что Золотухин — человек чести.

А может, за свой счет издать «Дневник»? Не хочется терять Тверь-комбинат. А если Можайск...

26 февраля 1993 г. Пятница

Нет, прогон получился. Шеф был веселым после первого акта, после второго сиял, усталый и счастливый. В прогоне он всех успокаивал, подбадривал, посылал своих лошадей вперед лаской — стратег педагогики!

Завтра мы улетаем в Японию.

27 февраля 1993 г. Суббота. Япония, Токио

Художник Юрий Васильев снял посмертную маску поэта. Господи! Господи! Сколько совпадений! У меня маска Володи, снятая Ю. Васильевым.

Любимов стал показывать мне сон Живаго, записку Лары. Взял мою бумажку — и замер! Что это? «Павел I, Павел I, Павел I, Казань, Ашхабад, Норильск, Мурманск» — попался ему сентябрьский репертуар.

— Когда же ты на Таганке работаешь?

Такой ужин замечательный — весь мясной, сакэвочный. Немного холодной рыбы в уксусе и картошки обжаренной. Кормила меня Демидова. Сидели на полу, на подушечках, обувь сняли. Что же они, черти, не предупредили! Хорошо, я душ принял и носки чистые. Пытались петь «Дубинушку». Демидова считает, что будет прокол с Ларой. В ней нет энергии никакой.

1 марта 1993 г. Понедельник. «Эдмонт», № 886

Все замечают, что я очень увлечен «Живаго». «Он так загорелся, что не чувствует усталости, он потерял счет времени, он превратил ночи в дни». — Так говорит Шкатова.

Мудрость японская: «Когда ты видишь чистый лист бумаги, подумай сначала, как он прекрасен».

3 марта 1993 г. Среда, мой день. Молитва, зарядка

Хорошо бы всем сфотографироваться в кимоно. Идиот, забыл фотоаппарат! Ну надо же... Третье счастье — приборы туалетные (щетку, пасту, бритву, мыло, шампунь) меняют каждый день. Они не экономят? Это хорошо. На столе — фотография моих молодцов, Дениса и Сережи. Иконка Спасителя. Роман Кинга «Мизери» и мои рукописи.

Как жалко, что она не настояла, чтоб я взял с дачи Баську. Баська ждала-ждала и ушла или погибла.

Я никогда не думал, что ко мне вернется это желание писать, стремление к столу, к моей тетради, стремление не насильственное над собой, более того — неизвестность поведения героев и строк влечет меня: а что же дальше, а что же он, а что она, а что они? Мне самому до жути интересно. Знакомый, желанный зуд. И вот перед ним отступило все, даже страх сегодняшнего спектакля, вообще страх голоса лишиться на сегодня. Да и хрен с ним, лишь бы ожили страницы, лишь бы нужные слова прилетели. И все-таки — премьера «Годунова» в Токио.

5 марта 1993 г. Пятница. Молитва, зарядка, душ

Все чем-то занимаются, смотрят Токио, наблюдают японцев. А я хлопаю себе по ляжкам ритм «Вифлеемских царей», а я ищу лазейки к душе Агаповой — есть ли она у нее?! Есть, есть, отыщем, а нет — сделаем ей «железную», Вакху подобную.

Тамара слишком много значит в моей жизни, она — мой Моцарт, мой Альцест, мой Павел I, она — моя жизнь, она — мой Сережа, мальчик мой, тростинка моя грустная, дождик мой тоненький, одинокий.

6 марта 1993 г. Суббота. Молитва, зарядка, душ

«Москва.

Канцелярия президента Ельцина.

Камчатову Владимиру Федоровичу.

Уважаемый Владимир Федорович!

К сожалению, мы с Вами до сих пор не нашли возможности обменяться мнением и информацией по печальному для всех нас вопросу о разделе театра. Пожелание президента выполнено: голосовали, голосовали — разделились. Остальное, казалось, дело техники. Если администрация города поддерживает создание нового театра с новым репертуаром — чего проще подыскать им помещение? Для экономии слов приведу пример достаточно, извините, бульварный, но из собственного опыта и многое объясняющий. Когда я уходил от первой жены, жизнь предлагала мне разные варианты, например, врезать замок в одну из комнат трехкомнатной квартиры и привести туда свою новую беременную жену. Так же вольна была поступить и бывшая супруга — в свою комнату врезать свой замок и жить там с другим мужем. А с дитем по очереди бы встречались у четырехконфорочной плиты. Люди все взрослые, цивилизованные, как нынче принято говорить, места хватило бы всем. Нетрудно представить, чем могло кончиться подобное соседство. Если бы энергию, которую они потратили почти за полтора года на этот скандал, они израсходовали бы на создание хотя бы одного спектакля, у них получился бы шедевр. Я очень надеюсь по возвращении из Японии на личную встречу. Убежден, что мы найдем взаимопонимание.

С уважением Валерий Золотухин».

Гастроли Театра на Таганке в Токио».

Это тоже страница утренняя из моего романа.

7 марта 1993 г. Воскресенье. Молитва, зарядка, душ, кофе

102
{"b":"30757","o":1}