ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

27 июля 1996 г. Суббота. Молитва, зарядка

Петренко — великий артист, а его Фарлаф на дне рождения В. Высоцкого унес меня на грань зависти.

29 июля 1996 г. Понедельник. Молитва, зарядка

Вот вчера неожиданно всплыл Розов. Он приехал с отдыха из Венгрии специально для того, чтобы в С.-Петербурге подписать договор, в том числе и о моей программе, и готов сразу дать мне режиссера, чтоб начал я кого-нибудь — «Россия в лицах», авторский канал — снимать. И я опять испугался — а если это, к примеру, Харченко, великий хирург?

«Мой Можаев» напечатан в журнале «Россия». Материал всем очень нравится, в том числе, как сказали, и жене Солженицына.

А секретарша Чубайса холодно со мной говорила, и только месяца через полтора сможет меня Толька принять.

13 августа 1996 г. Вторник. Молитва, зарядка. Клиника Харченко, № 936

Дозвонился мне «Мосфильм», Костя Шмелев. Завтра должна состояться у меня запись песни к «Куклам» на мотив «Счастье вдруг в тишине...».

Лунева на хвосте принесла, что Филатов в «Собеседнике» дал интервью, где весьма неприлично опять прошелся по золотухинской персоне. Опять — «мой сын-священник», «моя внучка»... Что же ты делаешь, Леня?! Правда, это дерьмо мне на руку и тем более оправдывает мое решение напечатать то, что напечатал в «Юности».

27 августа 1996 г. Вторник. Молитва, зарядка

Звонила из Кёльна Альвина. У Смехова умерла мать в Ахене.

5 сентября 1936 г. Четверг. Молитва, зарядка. № 936

Значит, так. Худшее, что можно было предположить и мною предугадывалось, отчего я не давал покоя Никите, звонил Демидовой — случилось. Америка накрылась! Это ужасно... Кроме того, что рухнули мои финансовые расчеты — мыслил я себя уже на другой машине, а также начать строительство дома на Десне, сменить прикид — одежду, обувь, — рухнули какие-то морально-нравственные точки независимости. И пописать я хотел... Что касается Америки — сильные подозрения, что мне ее поломал Любимов. Шульман опрометчиво начал переговоры с шефом, а тот заявил ему: «Да никуда Золотухин не поедет, хватит, только что был в Израиле...» Я же не могу предположить, что Любимов (?!) договорился вдруг о гастролях Любимов — Золотухин вдвоем, когда расчет Шульмана был на Никиту Высоцкого. Но Любимов приезжает на месяц! Дальше куда? И теперь этот месяц октябрь надо срочно загрузить какими-то поездками, надо заработать на зиму — вот ведь беда. Халатность моя летняя в некотором роде объяснялась перспективой Америки!

И НЕТ КОМПЕНСАЦИИ ЗА СТОЛОМ!

6 сентября 1996 г. Пятница. Молитва, зарядка. № 936

С каждым днем все больнее, все стыднее, все невыносимее открывать дневник и делать какие-то записи, потому что жизнь у меня ужасная, позорная, крысиная, тараканья, испуганная и безнравственная до предела. Что меня удерживает не шагнуть с подоконника от позора, в который ввергла меня Ирбис, от которой у меня нет сил избавиться?! Я сутки в ссоре прожить не могу.

10 сентября 1996 г. Вторник. Молитва, зарядка. № 936

Я думаю о том, как неприятно встречаться мне будет с Любимовым после вчерашнего долгого разговора с Шульманом о причине провала американских гастролей. Я был прав в своих заключениях. Конечно, Шульман — м..., но откуда ему было знать коварство Любимова, его абсолютное наплевательство к интересам своих актеров? «С Демидовой я никуда не поеду и не выйду вместе с ней ни на какую встречу...»

13 сентября 1996 г. Пятница. Без молитвы, без зарядки

Вспоминал я, перебирая катаклизмы, путч, расстрел Белого дома, штурм Останкина... Она сказала:

— Благодари Бога, что у тебя все это время была любовь.

— Да, у меня были любовь и Павел I.

А вчера был гениальный «Дом». Я часто ловил себя на том, что благодарю Бога, что даровал мне эту профессию, которой с помощью моего гениального шефа я изрядно владею. А он весь спектакль просидел со своим фонариком. Когда я покидал зал, он крепко сжал мне локоть. Кстати, перед началом он пожал мне руку. Я засмеялся: «Первой скрипке?» Короче, я владел собой, несмотря на его присутствие, и игру вел, и игра шла. Прием был потрясающий, а Таня Жмакова кричала «браво!» и целовала мне принародно руки. А администратор Сорокина Н. К. после спектакля долго не могла в себя прийти, а потом выразилась: «Я теперь понимаю, кому пришла удачная мысль взять вас на Моцарта. Я долго не понимала, в чем дело. И только сегодня поняла: вы — гармоничный человек. Вы — выше пьесы, выше вашего театра».

30 сентября 1996 г. Понедельник. Молитва, бегом

Гуляли по лесу, и в конце концов Надежда предложила: «А почему вам не вступить в Союз российских писателей?.. Во-первых, получите билет и право работать и отдыхать в Доме творчества. Во-вторых, заявление на сторожку и пр.». И написал я опять заявление в союз.

11 октября 1996 г. Молитва, зарядка. Турботрон. № 936

Прилетел вчера из Польши шеф и сегодня всех собирает опять на «Карамазовых», но мне задержаться-удержаться необходимо три дня, до понедельника. А там — Покров Пресвятой Богородицы и новая жизнь с театром.

18 октября 1996 г. Пятница. Молитва

Ну, вот. Отправляюсь на казнь. Господи, спаси и сохрани! Хочется сказать Любимову: «Вы, очевидно, плохо знаете мою партию в „Живаго“, коль заставляете меня играть. Однажды Эфрос сказал: „Мне плевать на твой голос!“ — и я сделал выводы. Вам плевать тоже. Впрочем, плевать всем, кроме Всевышнего. Он спасет меня молитвою моею».

19 октября 1996 г. Суббота. Молитва, зарядка

Наконец-то лицейская годовщина. У Сережи в дневнике: «Если бы Ньютон, когда ему упало на голову яблоко, сказал: „Это меня Бог наказал“ — он бы ничего не открыл». Моя мысль. Да, Ньютон сказал другое — и открыл.

Какая это любопытная вещь — память!

А моя мысль состоит в сожалении о том, что к 17-летию сына, зайдя в художественный салон, мы проспорили, поругались и не купили Сергею рамку под иконостас, где были бы бабушки-прабабушки, дедушки-прадедушки и прочие близкие родственники, начиная с Лермонтова и кончая Байроном.

Да! Есть горькая правда земли, Подсмотрел я ребяческим оком — Лижут в очередь кобели Истекающую суку соком.

По пути в Черноголовку наблюдал я другую, но похожую по безобразной трагедии картину. Глазам бы не поверил своим, да подруга объяснила: «Некрофилия». На обочине лежала мертвая большая и красивая овчарка. Ее трахал судорожно какой-то затруханный, маленький, замызганный кобелишка, коего, будь она жива, на выстрел бы не подпустила, вернее, его другие кобели не подпустили и лизнуть ее, и он дождался очереди, когда она стала мертва, сшибленная на дороге неосторожным водилой.

А за Лебедя начинают раздаваться голоса, и, я думаю, Куликову таки несдобровать, но Черномырдин силен. Это он еще месяц назад подготовил проект указа об отставке Лебедя. Ну, дружки, ну, генерала подставили!

21 октября 1996 г. Понедельник. Молитва, зарядка. На съезде СТД

Отчитывается Ульянов. Почему он не назвал Любимова, а Гончарова назвал? Эфрос был помянут, а Любимов не назван, хотя бы из дружбы по Театру Вахтангова.

22 октября 1996 г. Вторник. Молитва, зарядка. Кухня

Звонил в Курскую аномалию — не изменил ли приход Руцкого наши планы? Нет, приход Руцкого... может быть, и не изменит общую ситуацию к лучшему, но, во всяком случае, встряхнет. Так что в четверг надо выезжать.

7 ноября 1996 г. Четверг. Молитва и хорошая зарядка. Академическая, на кухне

А ведь когда-то этот день был праздник, да и сегодня, я думаю, «коммуняки» и всякая краснота будут митинговать, гулять и не давать проехать по нужным маршрутам.

146
{"b":"30757","o":1}