ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Очаг
Орудие войны
Есть, молиться, любить
Нефритовый город
Крампус, Повелитель Йоля
Пять Жизней Читера
Крах и восход
Прыжок над пропастью
Вместе навсегда
A
A

Это я говорю партнерше. Пойду, проверю — занимается ли?!

В Ельце. На грязной, разухабистой дороге. На перекрестке. Две разухабистые проститутки. В два часа ночи. Одна жгучая блондинка, бестия рыжая и толстая. Другая такая же, но черная. Негатив-позитив. Надо же, куда продвинулась Русь-матушка.

7 апреля 1998 г. Вторник

Все дни я думаю о маме — 89 лет сегодня ей. Надо заскочить на телеграф — поздравить и попытаться до Москвы дозвониться.

11 апреля 1998 г. Суббота

В апреле 1997 г. при загадочных обстоятельствах погиб Денис Дорофеев. Строки в газете застрелили меня на месте. Я собирался ему звонить.

14 апреля 1998 г. Вторник

А позвонить надо Ларисе Григорьевне. Разыскивает она Дерябина, бывшего мужа Прокловой, ныне народного целителя, живущего где-то в деревне.

15 апреля 1998 г. Среда, мой день

24 года исполнилось сегодня любимой моей.

Почему гибель Дениса Дорофеева так пронзила меня?! Почему я прочитал об этом год спустя?!

23 апреля 1998 г. Четверг

Я переживаю успех ночного эфира с Максимовым. Первым позвонил Караченцов:

— Восхищен... как говорил... Я все в восторге толкал жену и кричал: «Ты послушай, как он говорит!.. Умница!.. Талантливый!..» Я снимаю шляпу.

Но на вахте в подъезде меня ждала завернутая в рулон гадость от Бочарова — художника союза. У него картина «Неравный брак». Невеста — Россия. По одну сторону красные — Шолохов, Распутин... По другую — лизоблюды и жиды... «Жалко, что я вас не нарисовал в эту компанию». Потом когда-нибудь я эту его листовочку, записанную тут же, рукой дрожащей онаниста и брызжущего слюной злобного завистника, перепишу в свой дневник как еще один, очередной плевок, вроде присланного когда-то мне гондона со спермой. Бог ему судья, раз он на Бога уповает...

И вот образовался у меня такой своеобразный день. С утра решил я во что бы то ни стало в Донской монастырь попасть, помолиться, Бога попросить, чтоб дал мне сил и вдохновенья начать «Жасмин».

Сегодня день рождения Театра на Таганке, ну ведь праздник!! 34 года назад свершилось великое чудо, был открыт премьерой «Доброго» — спектаклем великим, в котором я имел честь потом долгие годы играть Водоноса — Театр на Таганке, ставший моим домом, моей судьбой, моими открытиями и поражениями, жизнью моей. И как не отмечать этот день, несмотря на наши раздоры, временные ссоры, неурядицы, — день объединения.

26 апреля 1998 г. Воскресенье

Последняя пасхальная седмица — как один день. Мне в Донском яичко подарили и поздравили. Я это яичко любимой моей передам... а любимая моя — Тамара моя милая, перед которой я виноват, которую оскорбил, обидел и унизил... «на спине» которой я выскочил в «Мизантропе». Господи! Спаси и сохрани жену мою.

Когда в моей гримерной Женя Миронов, я ему оставляю какие-то добрые знаки, чтоб ему игралось и хорошо чувствовалось в гримерке и на сцене. Просто, допустим: «Женя! Привет!» Он понял, что мне тоже приятно от него ответ получить, и отвечает: «Привет, Валерий Сергеевич! Сегодня легко игралось, видимо, поэтому долбанулся головой. А в остальном... С уважением Бумбараш-2 Е. Миронов».

Ну что, переписать мне эту гадость с бочаровского «Неравного брака»?

«От автора с уважением к Золотухину, как к земляку и Бумбарашу, и с сожалением, что Вы находитесь в этой помойке предателей (как Вы это сейчас продемонстрировали в программе „Времечко“) русского, именно русского народа. Меня чуть не вырвало от Вашего мерзкого интервью. Жаль, что я через помойку не написал Вас в этой толпе за столом. Таких, как Вы, великий Шумский называл... (Не разобрал, как называл таких, как я, великий Шумский.) Как человеку, торчащему у „кормушки“, разрешаю порвать эту репродукцию, иначе будет колоть Вашу подленькую совесть. Интервью „Времечко“ у Максимова.

21.03.1998. Извините, но Вы меня достали к этому шагу».

Вот такой хороший человек живет где-то рядом, в соседях у меня. Говорят, у него есть мой портрет его кисти, и хороший. Говорят, «Русь» у него спасают все «коммуняки» — «красно-коричневые». Сумасброд какой-то. Даже, в общем, и не очень обидно, потому что весьма неумно, грубо, зло и бесталанно.

Крымова:

— Это Наташа...

— Ой, добрый день. — Голос поперхнулся, сам как-то снизился и как-то глухо зазвучал.

— Что такой голос?.. Ну, я прочитала...

— Боюсь... оттого и голос...

— Не бойся. (Усмехнулась.) Книга честная, очень честная. Но почему ты делаешь его политиком, таким хитрым? Кроме работы, этот человек ничего не знал. Я даже хотела написать такую главу — репетиции «Мизантропа». Он приходил и валился с ног... Он говорил: «Я из этого человека выволакиваю... Я выворачиваю его наизнанку».

— Об этом в книге есть.

— Да, есть.

Короче, на вторник мы о встрече условились. И получается (см. выше) — положительная реакция Крымовой обеспечит мне гарантию «Жасмина»... Я практически всю половину сегодняшнего дня ждал ее звонка. Еще бы, быть может, час она протянула, и я бы не вытерпел и сам бы позвонил.

27 апреля 1998 г. Понедельник

Второй день переживаю — самый ответственный, страшный экзамен я сдал, рубеж, бастион Крымовой взят, перейден. Теперь мне сам черт-Любимов даже не страшен. Кстати, я его так уж никогда особенно не боялся, я всегда чувствовал за собой высокую правоту.

Шацкая узнала о том, что невестка рожает только в четверг, 23-го. Первая реакция:

— Помогать не будем.

— А и не надо, — ответил Денис, — нам папуля помог.

— Врешь...

Говорят, что это защитная реакция, так ей легче жить, когда она уверена, что отец злодей, плохой и только на ней одной дом держится. У Филатова одно слово молвилось: «До кучи».

Но все ж пришла Нинка на внучек посмотреть, не увидит почти лето все. Уезжают они с Леонидом в Барвиху, Ярмольник устраивает — и слава Богу. Это хорошее предзнаменование — в Барвиху, значит, почечные дела удовлетворительны.

28 апреля 1998 г. Вторник

Любимов подписал контракт с Бугаевым. Шесть лет не подписывал он этот документ, думая и надеясь, что ему вернут театр хотя бы к 80-летию. Этого не случилось. Он выгнал Бориса и теперь сам директор и художественный руководитель. Все документы теперь за его подписью. Через два часа репетиция «Мастера» со мной и Любой. Меня будут уличать в незнании текста, в плохом примере для молодежи.

29 апреля 1998 г. Среда

Крымова:

— Хорошо, хорошо...

Подписал ей книгу, у нее спрашивают, где купить.

— Не стыдно предлагать покупателю?

— Не стыдно, не стыдно, — твердо и решительно сказала Наташа.

Ушел я от нее победителем. Кстати, прочитала она и статью Юдит Аграчевой.

— Ну, понятно... Статья мне пригодится, — сказала она.

30 апреля 1998 г. Четверг

А что в театре? Долго вчера говорил я с Америкой, потом Америка говорила со мной.

1 мая 1998 г. Пятница

Гонорар за вчерашний концерт в воинской части я проговорил с Америкой, с Мариком из Балтимора. Разговор, насколько я понял к утру, бестолковый, у каждого из нас своя правота — правота бизнеса.

Но две вещи для меня полезно было вывести и заключить. Во-первых, он сразу исключил разговор о спектакле «В. Высоцкий» — «этому проекту я не помеха, 4 спектакля на Манхэттене...».

Стало быть, выезду «Таганки» в Америку я никоим образом своими гастролями с группой Черняевых не могу помешать. А вот второе, более и самое главное: Марк решил прокатить по крупным городам Любимова с группой поддержки.

Его идея проста — сделать деньги на 60-летии Высоцкого, заплатить Любимову по максимуму, а он-де со своими дрессированными зверями разберется.

154
{"b":"30757","o":1}