ЛитМир - Электронная Библиотека

Появляется Маргарита Павловна. Резкие, решительные движения.

М а р г а р и т а. Савва Игнатьич, поторопись. Орловичи вот-вот постучатся.

С а в в а. Я, Маргарита Павловна, помню.

М а р г а р и т а. Галстук надел бы, любезный друг.

Л е о н т и й. Пойду. (Снимает с вешалки плащ и кепку.)

М а р г а р и т а. Приходите еще.

Л е о н т и й. При случае — дополнительно забегу. (Уходит.)

М а р г а р и т а (снисходительная улыбка). Сидят как кумушки на завалинке. Что, вспоминали былые дни?.

С а в в а. Не без того, Маргарита Павловна.

М а р г а р и т а. Не загрустил? Смотри у меня.

Два звонка.

Вот и Орловичи, так и знала. (Открывает.)

Входят супруги Орловичи. Она — флегматичная брюнетка, он — с несмываемой усмешкой на губах, все время потирает ладони.

Милости просим. Давно вас ждем.

Н и н а. Это и есть Савва Игнатьевич?

С а в в а. Так точно.

О р л о в и ч. Приветствую вас, коллега.

Рукопожатие.

М а р г а р и т а. Савва Игнатьевич, помоги.

Савва неловко помогает жене Орловича снять пальто.

Прошу вас…

О р л о в и ч. Благодарю за внимание.

М а р г а р и т а. Савва Игнатьевич, стукни Хоботову. Скажи ему, что Нина Андреевна и Глеб Николаевич уже пришли.

Орлович удивленно приподнимает брови, проходит в комнату, Савва стучит в дверь Хоботова.

Н и н а. Ваш Савва Игнатьевич очень мил.

М а р г а р и т а, Он был художником но металлу. Теперь он преподает.

Н и н а. Интересно. (Понизив голос.) И что ж он, хорош со Львом Евгеньевичем?

М а р г а р и т а. Естественно. Он его очень любит. (С улыбкой.) Хоботова нельзя не любить. (Гася вздох.) Прекрасное большое дитя.

Н и н а. А как он относится к Савве Игнатьичу?

М а р г а р и т а. Бесспорно, отдает ему должное.

Н и н а. Это высокие отношения.

М а р г а р и т а. Нормальные — для культурных людей.

Переходят в комнату.

Савва вновь осторожно стучит. Дверь приоткрывается. Выходит недовольный Хоботов.

С а в в а. Слышь, Лев Евгеньич, пришли Орловичи.

Х о б о т о в. Увы. (Разводит руками.)

С а в в а. Вот это уже ты брось.

Х о б о т о в. Говорю тебе — не могу.

С а в в а. Она сказала, чтоб шел обязательно.

Х о б о т о в (независимо). Что ж делать, я занят.

С а в в а. Нехорошо. Тебя еще утром предупреждали.

Х о б о т о в. А я еще утром сказал: не могу. Прости меня, Савва, но это странно.

С а в в а. Так не придешь? 

Х о б о т о в. Нет, не приду.

С а в в а. Так и сказать?

Х о б о т о в. Так и скажи.

С а в в а. Ведь огорчишь Маргариту Павловну.

Х о б о т о в. Сожалею.

С а в в а. Нехорошо. (Уходит.)

Хоботов скрывается в комнате, из комнаты Велюрова выходит Костик. Негромко стучит к тетке. Выходит Алиса. На пороге своей комнаты возникает Велюров.

А л и с а. Когда ж ты вернешься?

К о с т и к (надевая плащ). Не знаю, мой ангел. Как правило, ночи чреваты сюрпризами.

В е л ю р о в (Алисе). Слыхали? Что вы на это скажете?

А л и с а. Блажен, кто смолоду был молод. (Целует Костика в лоб.) Умоляю, будь осторожен.

К о с т и к. Желаю тебе увидеть во сне роман с продолжением. Спокойной ночи. (Целует ей руку и уходит.)

Появляется Маргарита.

М а р г а р и т а. Это не Хоботов удалился?

А л и с а. Нет, это Костик.

В е л ю р о в. Предупреждаю — однажды ваш Костик вас удивит.

Алиса, махнув рукой, уходит.

М а р г а р и т а. Аркадий, не становитесь бабой. (Стучится к Хоботову.) Лев Евгеньич!

В е л ю р о в (оскорбленно). Имею честь. (Скрывается в своей комнате.)

На стук выходит Хоботов.

М а р г а р и т а. Что это значит?

Хоботов пожимает плечами.

Орловичи ждут.

Х о б о т о в. Пусть их теперь принимает Савва.

М а р г а р и т а. Хоботов, это мелко.

Х о б о т о в. Пусть.

М а р г а р и т а. Я полагала, что ты, мой друг, не уподобишься обывателю.

Х о б о т о в. Ты знаешь, что я их терпеть не мог.

М а р г а р и т а. Ты в шорах своей предубежденности.

Х о б о т о в. Прости, но я не имею возможности полемизировать на эту тему. У меня — гости.

М а р г а р и т а. Да? Их много?

Х о б о т о в. Это не имеет значения.

М а р г а р и т а. Велюров что-то мне говорил. Она какая-то воспитательница.

Х о б о т о в. Велюров — сплетник.

М а р г а р и т а. Так вот оно что. У тебя — рандеву.

Х о б о т о в. Марго, довольно.

М а р г а р и т а. Что же она в тебе нашла? Прости, но при всей своей инфантильности для детсада ты слишком громоздок.

Х о б о т о в. Во-первых, она — медицинский работник. А во-вторых, я давно уже взрослый.

М а р г а р и т а. Ты взрослый? Без меня и без Саввы ты пропадешь.

Х о б о т о в. Это дело мое.

М а р г а р и т а. Несчастный.

Выбегает Людочка.

Л ю д о ч к а. Я лучше пойду.

Х о б о т о в. Нет, нет!

М а р г а р и т а. Хоботов, не галди. Ну, здравствуйте. Если не ошибаюсь, Раиса…

Л ю д о ч к а. Людмила.

М а р г а р и т а. Ну да. Я так и думала. Я, милочка, вам хотела сказать…

Х о б о т о в. Людочка, а не Милочка!

М а р г а р и т а. Тише. Меня зовут Маргарита Павловна. В недавнем прошлом жена Льва Евгеньевича. Мы перестали быть супругами, но остались родными людьми. Поэтому нет ничего удивительного, что я принимаю близко к сердцу его интересы.

Х о б о т о в. Прошу тебя…

М а р г а р и т а. Однако речь сейчас не о том. Видите ли, у Льва Евгеньича есть свои небольшие странности. Он не способен сосредоточиться. Зная, что вечером будут гости, он, не моргнув, приглашает вас.

Л ю д о ч к а. Да, да. Я уже все поняла. Я ухожу.

Х о б о т о в. Людочка… Что же вы… Людочка… это недоразумение!

Л ю д о ч к а. Вы очень рассеянный… До свидания! (Убегает.)

Хлопнула дверь.

Х о б о т о в. Подождите! Невыносимо.

М а р г а р и т а. Мой друг, ты смешон.

Х о б о т о в. Почему — смешон? Допустим даже, я полюбил. Так это не смешно, а прекрасно.

М а р г а р и т а. Ты хочешь сказать, что эта модисточка внушила тебе великое чувство?

Х о б о т о в. Я запрещаю так говорить!

М а р г а р и т а. А я говорю — не обольщайся. Ты, мой друг, любить не способен. Как все тайные эротоманы.

Х о б о т о в. Нет, это слишком!

М а р г а р и т а. Сейчас не время для теоретических дискуссий: повторяю, если ты встретишь женщину, которая внушит мне доверие и которой я со спокойной совестью смогу тебя поручить, буду счастлива. Идем. Неудобно перед Орловичами.

Х о б о т о в. О господи…

М а р г а р и т а. Хоботов, поворачивайся. Совсем ни к чему, чтоб они сочли, будто и в нашей семье происходят эти мещанские катаклизмы. (Идет.)

Хоботов, вздыхая, плетется за ней. Коридор пуст. Бьют часы.

Из комнаты Велюрова негромко доносится его голос. Он поет на мотив «Ласточки».

Голос В е л ю р о в а.

«Я мозаики страшный любитель
И к тому же приличный поэт,
посылаю тебе, милый зритель,
Свой сердечный эстрадный привет».

По коридору несколько раз пробегает Савва, то с блюдом, то с чайником. То скрывается в комнате, то появляется вновь.

«Пой, ласточка, пой,
Мир дышит весной.
Пусть поджигатель вопит и шипит,
Голубь летит!»

Тихая мелодия. Бьют часы. Появляются Маргарита, Орлович и Савва. Позади мерцает Хоботов.

4
{"b":"30787","o":1}