ЛитМир - Электронная Библиотека

За неделю до описанного происшествия

Последней каплей, переполнившей чашу терпения Вадима Коробова, были два задушенных силками суслика, которых его девятилетний сын Костя принес домой и гордо водрузил на кухонный стол. Сжалось сердце Вадима, но он нашел в себе силы похвалить сына и даже показал ему, как надо свежевать убитых зверьков.

Впервые за последние полгода в семье Коробовых на столе было мясо. Из одной тушки жена приготовила нечто вроде украинского кулеша с плохо ободранным просом и кореньями лебеды, а вторую, помыв, круто посолив, уложила в кастрюлю и поставила в погреб, чтобы завтра-послезавтра сварить какую-нибудь похлебку. Холодильник в доме уже два года не включался – слишком много потреблял электроэнергии, а оплатить ее было нечем. Да и хранить в холодильнике было нечего.

Сын сидел за столом именинником, но своим «подвигом» не похвалялся. Чтобы заставить сусликов покинуть нору, ему пришлось залить в нее два ведра воды. А вода в поселке была на вес золота. Отцу зарплату выдавали талонами на нее.

Коробов-старший догадывался, каким образом сын добыл сусликов, но молчал. Не хотел расстраивать жену, с утра до ночи копавшуюся в огороде и чуть ли не по каплям дозировавшую техническую воду на грядки. В конце концов, может, парень умнее родителей оказался – сколько ни поливай кремнистую почву, неизвестно, будет ли хоть какой-то урожай. А так все-таки мясо, еда.

А жена просто млела от счастья и тараторила за столом за троих.

– Смотри, какой у нас парень вырос, не по годам смышленый! – восхищалась она. – Добытчик!

Вадим поддакивал, улыбался, но в его глазах плескалась грусть. Утер ему нос сын-пострел, накормил голодных отца с матерью, когда те еще в полном расцвете сил. Поэтому он побыстрее закончил обед и встал.

– Спасибо, сын, – поблагодарил и ушел в свою комнату.

Жена, почувствовав неладное, через минуту вошла следом.

– В чем дело, Вадим? Ты что, не мог с нами посидеть? Ведь не окно у соседей Коська разбил, а взрослым делом занялся! Мог бы сегодня больше внимания ему уделить.

Вадим тяжело вздохнул, прикрыл за женой дверь.

– Стыдно мне перед пацаном, Тоня, – тихо сказал он. – Это я его кормить должен, а не он меня.

Коробов-старший достал из ниши рюкзак и начал укладывать в него охотничье снаряжение: патронташ, патроны россыпью, чехол с разобранной «тулкой», нож… Оружие прикрыл легкой синтепоновой курткой, а сверху уложил скатку спущенного надувного матраса.

– Ты куда собрался? – настороженно спросила Антонина.

– На рыбалку, не видишь, что ли? – усмехнулся Вадим. Он обнял жену за плечи, поцеловал. – Поброжу-ка я по степи, авось что-нибудь да подстрелю. На иждивение к сыну нам переходить рановато…

Вроде в шутку сказал, с улыбкой, но такую невысказанную тоску увидела жена в его глазах, что промолчала. Никогда ранее Вадим не позволял себе охотиться в межсезонье. Неподобающим делом считал браконьерство – да, видно, и у него терпение лопнуло законы блюсти, когда все вокруг на них чихать хотели.

– Давай, лепешку в дорогу испеку? – предложила она.

Но Вадим отрицательно покачал головой.

– Спасибо, радость моя, – с наигранной веселостью сказал он. – Настоящий охотник чем должен питаться на охоте? Тем, что убьет. Вот подстрелю кабана и целиком на вертеле над костром зажарю. Наемся Ну и вам по маленькому кусочку принесу. Если останется.

Насчет кабана Вадим так, для красного словца, сказал. Не водились кабаны в Каменной степи. Одна надежда на зайцев, да и то весьма призрачная – лето выдалось засушливым, и зайцы могли откочевать в пойменные места. Правда, водились в степи еще сайгаки – завезли лет двадцать назад в качестве эксперимента, а они и прижились. Но Вадим не был уверен, сможет ли поднять на сайгака ружье.

– Ты никак на неделю собрался? – тоже попыталась пошутить Тоня.

– Так уж и на неделю! Жареный кабан за неделю протухнет. Ночью жди либо завтра вечером. Как повезет, Вадим зашнуровал рюкзак, вскинул его на плечо, подмигнул жене.

– Пока, родная! Жди с добычей.

– Удачи… – вздохнула Тоня, глядя в спину уходящему мужу. Больше всего она боялась, что вернется Вадим ни с чем, усталый, голодный, со сбитыми в кровь ногами. Бог с ней, с добычей, но что ей тогда делать с его потухшим, потерянным взглядом?

Как только Вадим вышел на порог дома и закрыл за собой дверь, полуденный зной будто гигантской жаркой ладонью пришлепнул его к крыльцу. На лбу мгновенно выступила испарина, во рту пересохло, глаза заслезились от нестерпимо яркого света. Вадим нахлобучил на голову кепочку с большим козырьком, нацепил на нос солнцезащитные очки и решительно шагнул на раскаленный асфальт улицы.

В былое время, когда работала гидрошахта и дорогу ремонтировали раз в два-три года, асфальт в такой день клейко плавился под подошвами, и идти по нему было столь же затруднительно, как мухе по липкой ленте. Но когда шоссе прекратили подновлять, столько зеленоватой пыли из шахтных отвалов на асфальт нанесло, что он окаменел, сцементировавшись с пылью, и некогда ровная дорога дыбилась теперь ребристыми колдобинами.

Неторопливо шагая по обочине, Вадим экономно дышал, настраиваясь на долгое пребывание под знойным небом и стараясь не обращать внимания на струившийся по телу пот. Ничего, минут через десять-пятнадцать организм адаптируется, сердце перестанет бешено колотиться, а поры кожи прекратят выделять из тела отнюдь не лишнюю влагу. Надо только переждать и задавить в себе желание вытащить из кармана платок и насухо обтереться. Иначе потению конца-края не будет.

Прямая, как стрела, улица вела к гидрошахте и обогатительной фабрике. Вдоль дороги стояли однотипные, стандартные дома, выстроенные некогда государством для работников шахты, и если бы не номера под коньками крыш, можно было подумать, что улица бесконечна – настолько уныло и однообразно смотрелся поселок. Единственным зеленым цветом здесь было полотно дороги – ни одно деревце, сколько ни пытались их сажать даже в благодатные времена, когда воды было хоть залейся, на каменистой почве не прижилось.

На территории Каменной степи испокон веку никто никогда не жил. Разве что сарматы еще до нашей эры изредка заглядывали сюда во время кочевий, но долго на бесплодных землях не задерживались. Да, возможно, гунны, а за ними – почти через тысячу лет – татаро-монголы пересекли степь во время своих беспримерных завоевательных походов. А может быть, и нет – обошли стороной. Уж слишком безжизненным выглядело древнейшее геологическое плато, осадки над которым выпадали в лучшем случае раз в год. Практически всегда здесь держалась солнечная безоблачная погода, и именно над Каменной степью зачастую формировались антициклоны – как правило, дрейфовавшие затем на запад по следам Баламира и Батыя.

2
{"b":"30792","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Натуральный сыр, творог, йогурт, сметана, сливки. Готовим дома
Дыхание по методу Бутейко. Уникальная дыхательная гимнастика от 118 болезней!
Аргентина. Лонжа
О чем мечтать. Как понять, чего хочешь на самом деле, и как этого добиться
48 причин, чтобы взять тебя на работу
ДНК. История генетической революции
Алтарный маг
Царство льда
Дом напротив