ЛитМир - Электронная Библиотека

«Нет, ребята, нас на мякине не проведешь, – подумал Никита. Его охватил азарт предстоящего боя. – Мы и не такие „мышеловки“ в два счета проходили…»

Алексей начал притормаживать, но, когда до патрульного осталось метров пять, дал полный газ. Патрульный ушел от столкновения в на зависть красивом акробатическом прыжке, подтвердив тем самым, что к армейской автоинспекции он не имеет никакого отношения. Полынову ничего не стоило «срезать» его в полете автоматной очередью, но это было бы грубейшей ошибкой. Точно с такой же легкостью двое спецназовцев в «уазике» в момент изрешетили бы «Жигули». Поэтому, как только Алексей дал газ, Никита швырнул гранату в открытое окно «уазика» и успел увидеть, как спецназовцы с поразительной синхронностью стремительно выбросились из машины в овраг и покатились по склону, тарахтя по окаменевшей от засухи глине так ни разу и не выстрелившими автоматами. Умные ребята и вымуштрованы хорошо – граната против автомата – все равно что лом против рукопашного приема. В умелых руках, конечно.

Не дожидаясь взрыва, Полынов швырнул назад на дорогу и вторую гранату – это чтобы заставить и первого, больно прыткого спецназовца, отпрыгнувшего на склон холма, вжаться в землю и отбить у него желание открыть огонь вслед уходящей машине.

Грохнул один взрыв, второй, просвистели осколки, с противным визгом лопнуло заднее стекло «Жигулей», и тут же громыхнул третий, более мощный, взрыв.

Почему-то бензобак «уазика» взорвался чуть позже.

Бывает…

Никита оглянулся. Нет, не осколок гранаты разбил на излете заднее стекло. В его левом углу, расходясь трещинками классической паутины, зияло пулевое отверстие. Отчаянный, видно, парень оказался первый спецназовец, и когда только пистолет из кобуры выхватить успел? В прыжке, что ли? Но главное – головы своей не пожалел, во время взрывов гранат стрелял, будто Родину защищал. Дурак, спутал отечественную войну и ведомственные разборки силовых министерств. Никто твое геройство не оценит, не тот случай, чтоб Родину поминать и буйной головушкой ради чьих-то политических амбиций рисковать. Хотя именно такие сорвиголовы и гибли первыми, как в Афганистане, так и в Чечне, наивно уверовав, что выполнение идиотских приказов правительственных чиновников – это и есть интернациональный долг, помноженный на высокую патриотическую идею.

– Не ранен? – спросил Никита, оценив траекторию пули.

– Нет, боцман! – лязгая зубами от немилосердной тряски, весело проорал Алексей. – Торпеда мимо прошла!

Он указал пальцем вверх, и Никита увидел дырку в крыше машины над солнцезащитным козырьком.

– Третий, Третий! Что у тебя там творится?! – зашлась криком рация. – Мать твою, Третий, отзовись!

– Ушли, падлы… – наконец откликнулся Третий. – Вызываю «вертушку»!

– Разговорчики в эфире! – вдруг рявкнул чей-то начальственный голос.

– Да пошел ты! – не на шутку взбеленился Третий. – Серега в голову тяжело ранен! Требую помощи!

– Помощь высылаем, – понизил тон начальственный голос. – Повторяю: соблюдать в эфире радиомолчание!

– Можете соблюдать, нам больше от вас ничего и не нужно, – резюмировал Алексей, наконец выводя машину с грунтовки на асфальтовое шоссе. – Спасибо за информацию. Надо понимать, далее постов на дороге не будет. А вертолет, насколько мне известно, у вас один. Как считаешь, к раненому его пошлют или в погоню за нами? – скосил он глаза на Никиту.

– Время покажет, – буркнул Полынов и посмотрел в боковое окно.

Шоссе шло перпендикулярно грунтовке, и отсюда было хорошо видно висящую над колеей после их бешеной гонки пыль, сходящий к шоссе на нет овраг, удаляющийся холм. Над пригорком, закрывающим место взрыва «уазика», в пронзительно-голубое рассветное небо ровным коническим столбом поднимались черные клубы дыма.

На душе у Полынова вдруг стало тоскливо. Вчера, когда он без тени сомнения недрогнувшей рукой подорвал вездеход с «чистильщиками» генерала Потапова, ни тени жалости не возникло. А вот неизвестного тяжелораненого Серегу пожалел. Почему-то подумалось, что это тот самый Серега, за которого, обознавшись, принял Никиту в кафе «Минутка» «чистильщик» Вася. Судя по удивлению Васи, не ожидавшего встретить в кафе сослуживца, Серега в уничтожении самолета МЧС участия не принимал.

– Что-то ты, Никита Артемович, бледен, будто с креста тебя сняли, – неожиданно сказал Алексей. – И блевал среди ночи… Водка у приятелей-торговцев несвежей оказалась?

– Это у меня реакция такая на непредвиденные обстоятельства, – поморщился Никита. – Как у новобранца перед первым боем понос начинается, так я перед очередной потасовкой блюю в свое удовольствие. Настраиваться на драку весьма помогает. Рекомендую перенять опыт.

– А если серьезно?

– А на серьезно в твоей аптечке лекарств от моей болезни нет. И кончим разговор, – отрезал Полынов. – Сколько до магистральной трассы осталось?

– С полчаса.

Никита кивнул и мрачно вперился в летящую под колеса бесконечную ленту шоссе. Ни одной машины на нем не было, будто вымерло все. Глухомань…

– Может, и успеем, – задумчиво пробормотал он.

Но они не успели. Лишь только краешек солнца показался над горизонтом, как в зеркальце заднего обзора Никита заметил в небе серебристую искорку вертолета. Мельтеша отблесками винта, точка вертолета пересекла шоссе и, заложив крутой вираж, устремилась в погоню за «Жигулями», заходя со стороны всходящего солнца. То ли скончался Серега, то ли плевать было генералу Потапову на пару с полковником Федорчуком на жизнь своего спецназовца – им гораздо важнее исключить утечку информации с полигона липовых учений.

– «Вертушке» в бой не вступать, – ожила опять рация. Видимо, в штабе операции поняли, что радиомолчание сейчас больше на руку уходящим «тихушникам». – Обгоните машину, высадите впереди десант. Группе захвата в случае боя стрелять на поражение!

– Эх… – вздохнул Алексей и сбросил скорость. – Еще пятнадцать минут, и ушли бы… Дай автомат.

Никита сунул ему на колени свой «Калашников», а сам нырнул через спинку на заднее сиденье.

87
{"b":"30792","o":1}