ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Мою пробку, — донесся из кувшина умноженный гулким эхом ответ. — На место…

— Так я ее проглотил.

— Зачем?! — В вопросе джинна звенело неподдельное изумление. — Ею же голод не утолишь.

Ответить я ему не успел, поскольку в этот самый момент призрак изменил тактику, и мне стало не до разговоров.

Дотянувшись до брошенного топора, неправильное привидение со скрежетом подтянуло его к себе.

От этого звука у меня разом заныли коренные зубы и непроизвольно дернулась кибернетическая рука.

«Иллюзорные топоры не скользят по камню со звуковым сопровождением, они делают это совершенно беззвучно. Ай!» — возопило шестое чувство, подбрасывая меня вверх.

Широкое лезвие со свистом рассекло воздух в нескольких сантиметрах ниже моей пятки и со звоном отскочило от крыши, выбив сноп искр.

«Безумный мир!» — панически заверещал страх в моей душе.

— Месь мой, — заявил призрак, поднимая топор над головой.

— Да он мне не нужен. Оставь его себе…

При всем своем желании не имея возможности отпустить меч, я рванул его на себя, одновременно вскинув свободную руку в направляющем знаке навстречу качнувшемуся в замахе лезвию топора, и бросил заклинание «зевок Кроноса».

Отдача, которой просто не должно быть, отбросила меня назад. Я упал на спину, удерживая в руках вызволенный из каменного плена клинок и медленно соскальзывая к краю крыши. А поскольку архитекторы не озаботились внесением в проект ограждений, то и к двум с лишним десяткам метров свободного полета.

— Э-э… — Вместо того чтобы замедлить движение, завязнув в измененном «зевком» до состояния кисельной вязкости воздухе, призрак стремительно, но совершенно бесшумно провалился вниз. Увлекаемый им топор, не встретив сопротивления, прошел сквозь каменную плиту вслед за беззубым хозяином.

Перевернувшись на живот, я остановил смертельно опасное скольжение, уперев острие меча в одну из множества пересекающих каменные плиты трещин.

Ба-бах! Парой этажей ниже что-то с грохотом обрушилось на пол. Плюх!

Сверху меня кто-то окатил ушатом холодной воды. В самом прямом смысле. Вода была довольно прохладной и весьма мерзко пахнущей, словно ее зачерпнули из застоявшегося пруда.

Из кармана тотчас донеслись протестующие крики джинна, взывающего к всемилостивейшему Аллаху за справедливой карой злобному вредителю.

Происходящие в этом месте странности не укладывались в мое сознание и поэтому пугали.

«Оно мне надо?» Не обнаружив злоумышленника с ушатом, я однозначно отрицательно ответил на возникший вопрос и галопом, перепрыгивая через две ступени, рванул прочь из башни, в которой водится самое неправильное во всей Вселенной привидение. Лишь меч прихватил как законный трофей и компенсацию за моральный ущерб. Да и пожелай я его бросить, разве своевольный протез меня послушает? Теперь-то я понимаю значение выражения «руки загребущие». Еще хорошо, что у меня она одна такая. Клептоманка кибернетическая! Теперь до ветру сходить и то боязно.

— Ваур? — При моем шумном появлении Тихон навострил ушки, с опаской рассматривая принесенный мною меч. Он-то полагал, что я отправился на поиски пропитания. А зачем еще стоит куда-то идти?

— Здесь призрак с топором не пробегал? — спросил я.

— В… р. — Разочарованно опустив голову, демон сорвал с ближайшего кустика вялый лист и принялся пережевывать его, не забывая сохранять соответствующее скорбной минуте выражение на хищной морде.

Принцесса мое появление встретила радостным всхрапом и, влажно блеснув карими глазами из-под соломенной шляпки, стыдливо опустила их долу. Изящная деталь женского гардероба скользнула по ее покатому лбу и, зацепившись завязкой за рог, на манер слюнявчика повисла под подбородком.

Спохватившись, я поспешно одернул и запахнул пиджак, с опозданием вспомнив о цели своего визита в башню. Не до того было…

— Ничего подходящего не нашлось, — оправдываясь, сообщил я кобылице. — Поищем во дворце. — Возражений не последовало, если не принимать во внимание тяжелый стенающий вопль, донесшийся из наклонной башни. Но он лишь подтолкнул меня, заставив ускорить шаг. Едва ли неожиданное падение улучшило и без того мерзкий характер беззубого привидения, так что чем скорее мы удалимся от башни, к которой он прикован проклятием, запершим его между мирами живых и мертвых, тем больше вероятность, что покинем опасную зону без прощальной пакости с его стороны. И что из того, что его крики и хохот могут разноситься на всю округу? Смех уровень травматизма не повышает. А если верить древним эскулапам, то даже продлевает жизнь. «Ха-ха, хи-хи…» Надеюсь, мне это зачтется где надо и сами знаете кто накинет с полчасика.

— Куда направляем свои стопы? — спросил джинн, едва различимым облаком синего цвета выплыв из кармана. На этот раз он прикрыл свою ультрамариновую лысину узбекской тюбетейкой, украшенной пестрым орнаментом, похожим на чередование крестиков и ноликов, разделенных знаками равенства. — И зачем тебе меч?

— Дрова рубить, — буркнул я, раздраженный его склонностью задавать глупые вопросы.

— Выбрось, покуда не порезался, — посоветовал джинн. — А я тебе приятное сделаю…

— Нет! — признаюсь, несколько нервно отрезал я, примеряясь как можно дальше бросить сосуд, если его подневольный обитатель попытается воплотить свое предложение, с моей точки зрения больше похожее на угрозу, в жизнь. Его цвет, видать, такой неспроста…

— Ладно, — уступил джинн. — Оставь пока… Готов?

— К чему?

— Как «к чему»?

— К чему я должен быть готов?

— К изысканному наслаждению, всю глубину и трепетную нежность которого способны понять лишь редкие избранные, но приобщиться может любой желающий, способный открыться навстречу искристому потоку. Впусти его в себя, и он заполнит все твое существо до предела неведомыми ранее впечатле…

Почувствовав мое настроение, Тихон негромким, но доходчивым рычанием напомнил о своем присутствии. В отличие от меня демон не отличается сдержанностью в проявлении своих чувств. Особенно неприязни. Покусать-то джинна он не сможет, а вот пустить на стружку кувшинчик — запросто.

— Так… я… это… — Стремительно укоротив шею, джинн почти полностью скрылся в кармане, лишь съехавшая на затылок тюбетейка да приплюснутое отворотом кармана лицо остались снаружи. — Ну одно, коротенькое…

— О чем ты вообще говоришь? — совершенно сбитый с толку, напрямую спросил я у джинна. Меня тревожит нехорошее предчувствие, а он тут с какими-то намеками, предложениями, и бубнит… бубнит…

— О поэзии, — почти шепотом пояснил запуганный джинн. Тоже мне, «достойный» представитель клана лучших в мире убийц.

— При чем здесь поэзия?

— О! Поэзия — это величай…

— Стоп, стоп! Не нужно мне цитировать учебник литературы за третий класс.

— Не буду, — отчего-то обидевшись, буркнул призрачный исполнитель желания. По одному на руки и согласно живой очереди. — Вот так всегда: грязным армейским сапогом по животрепещу…

— Ваур, — вертя головой по сторонам, походя обронил демон с Ваурии.

Принцесса-единорог покосилась на него, но своего мнения не высказала, ограничившись демонстрацией презрительно оттопыренной нижней губы. Как же… манеры.

— Ты, кажется, стих хотел прочесть? — чувствуя угрызения совести за неправедные мысли в его отношении, поинтересовался я у поникшего головой джинна. Но тотчас спохватился и предупредил о лимите времени. Знаем мы их азиатское красноречие. — Только хорошее. В двух словах, но с глубоким смыслом

— Не мне судить, насколько оно хорошее…

— Давай. —Я поощрительно улыбнулся вдруг засмущавшемуся жителю сосуда.

— Но короткое, — заявил джинн, чем поднял свой рейтинг в моих глазах.

— Читай!

Откашлявшись, джинн нараспев прочел:

Океан. Высокие волны в своих руках сосуд серебряный несут

В нем я один. Во всем един — и жертва, и палач, и божий суд.

Но вот ногтем соскоблена печать, хлопок — свободе я безмерно рад.

«Желаю, чтоб…» — раздался голос. Напомнил он —я, как и прежде, раб.

17
{"b":"30799","o":1}