ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Вверх по спирали
Ликвидатор
Рой
Во имя любви
Сколько живут донжуаны
Ведьма по наследству
Технологии Четвертой промышленной революции
Пообещай
Девочка-дракон с шоколадным сердцем
Содержание  
A
A

Заключительным аккордом шабаша стало поэтическое выступление начинающего юного дарования — кота-баюна Василия.

Ударив по струнам, он объявил:

— Баллада о героическом волхве.

Раздались аплодисменты, и баюн запел:

Среди лесов дремучих,

Среди дубов могучих,

Где звери говорят

И даже камни зрят

Из года в год, из века в век

На ручейка веселый бег,

На свет далеких звезд,

Возню средь птичьих гнезд.

С все видевших, все знающих,

Под мягким мхом скучающих,

Сквозь сон на мир взирающих,

Лениво так вздыхающих

Волхва рожденье сбило спесь.

И это, верьте мне, не лесть.

Сверкнула молния, ударил гром

И в пламени рожден был он.

Зверушкам малым — покровитель,

Вражине злобной — грозный мститель.

Коль горе где или беда,

Спешит на помощь он туда.

До неба горы — не преграда,

В борьбе со злом его отрада,

А детский смех ему награда.

— Любезная публика! — обратился кот Василий к присутствующим, шаркая ножкой, и снова запел:

Приятно вспомнить о награде,

Но мне хотелось бы сказать,

Два слова — не бахвальства ради.

Я — котик скромный, все ж признаюсь —

Не будь меня — сему волхву

Трудненько бы пришлось в походе,

В его раденье о народе.

Почто ж молва меня обходит?

Я просто кот, ну так и что ж?

И Василий принялся раскланиваться под бурные аплодисменты, переходящие в овации. Растет Василий… вот только голос…

На этом шабаш объявили закрытым. Гости начали расходиться, разлетаться и расползаться по своим домам и норам.

Кроме новых знакомств, массы приятных впечатлений и сытого брюха, участие в данном мероприятии существенно повысило мою боеспособность в магическом плане. Время не потеряно даром — у меня появился реальный шанс спасти Аленушку из плена.

Лешие подарили маскировочный плащ, обладающий свойствами хамелеона. Ведьмы наделили прирученной метлой, пузырьком с сонным зельем и амулетом от сглаза, а уж расцеловать старалась каждая вторая. Амулет я надел на шею, под крестик, хотя от него и подозрительно попахивало… Грибовик подарил свою миниатюрную копию, сделанную из сказочного дерева и наделенную способностью распознавать отравленную пищу. Шишочники и листовички, словно сошедшие со стенда с детскими поделками, дали совершенно уникальную вещь: с виду обычная сосновая игла, длинная и грязно-желтая, но стоит воткнуть ее в трещинку, капнуть на нее водой — и она расколет самый прочный монолит.

Выразив признательность всем собравшимся и с благодарностью приняв заверения в сотрудничестве, я отправился вершить подвиги.

Баба Яга с домовым и котом отправились к избушке на курьих ножках готовить провизию к походу и координировать все силы нашей небольшой, но за последнее время значительно выросшей армии.

Я же на пару с длинноногой ведьмой направился в места, где свирепствует жестокий маньяк.

Отныне мой лозунг: «Искать и найти, найти и поймать, или убежать, если противник сильнее».

Часть III

В ТРИДЕВЯТОМ ЦАРСТВЕ, В ТРИДЕСЯТОМ ГОСУДАРСТВЕ

Глава 16

СЛЕДСТВИЕ ВЕДЕТ ВОЛХВ

Будет сидеть. Я сказал!

Глеб Жеглов

Езда на метле, даже управляемой профессионалкой, сущее наказание. То ли дело комфортная ступа… если бы не Трое-из-Тени, я точно бы не решился на такой перелет.

Мою спутницу я для краткости нарек Кэт, против чего она нисколько не возражала. И если при первом знакомстве я установил, что она крутая наездница, обладательница пары длинных точеных ножек и симпатичного личика, то за время полета открылись еще несколько ее положительных качеств.

Во-первых, Кэт оказалась прекрасной собеседницей, способной не только говорить, но и слушать.

Во-вторых (чтобы вы не подумали чего, сразу поясню: она пониже меня ростом, я сижу сзади и, обхватив руками, держусь… на чем в итоге оказались мои руки, думаю, не нужно разжевывать)… Скажу одно — они великолепны. Нет, нет! Я не позволил себе ничего лишнего, никаких вольностей, просто на меня, как и на любого нормального мужчину с правильной ориентацией, женская красота производит благоприятное впечатление.

И наконец в-третьих, юная ведьма оказалась моей землячкой. А выяснилось это, когда в ответ на произнесенное мною «эгэш» она сказала: «То-то и воно». Все-таки приятно знать, что где-то в этом мире есть казацкий род. Будет совсем туго — подамся на Сечь, если она, конечно, есть, а нет… буду внедрять вольницу самостоятельно. Кэт об этом ничего не знает, но это еще ни о чем не говорит — она покинула родное село в очень юном возрасте, так что все ее воспоминания ограничиваются парой десятков слов «ридной мови» и размытыми детскими воспоминаниями о жареном сале с луком и заскорузлых маминых руках, пахнущих молоком и полевыми травами.

— Тпру! — совсем как амазонка приказала метле ведьма и ловко соскользнула на землю.

Я последовал за ней при помощи Пусика и Гнусика, умудрившись не растянуться.

Одной-единственной поездки верхом на помеле мне хватило, чтобы твердо решить не совершать подобной ошибки вновь.

— Убийства происходят всегда в этой части леса, — сообщила Кэт.

— Вон те обгорелые стволы деревьев — это то, что я думаю?

— Да. Это материнские древа, оскверненные убийцей.

Подойдя к ближайшему горелому остову, я осмотрел следы топора.

— Да…

— Что?

— Здесь есть поблизости какие-нибудь поселения?

— Есть. За тем холмом деревенька Хрычовка, хат в двадцать. Промышляют рыбой, грибами да ягодами. На том берегу хижина отшельника, умом малость тронутого. Ниже по течению обитает род волкодлаков. Вот, пожалуй, и все, если не считать разной безобидной живности.

— Негусто. Это облегчает дело. Если отбросить версию о пришлом маньяке, то круг подозреваемых весьма узок.

— Ты догадываешься, кто это делает? — удивилась Кэт.

— Понятия не имею… но надеюсь найти.

— И где, ведьмак, ты будешь искать?

— Волхв.

— Что «волхв»?

— Я волхв, а не ведьмак.

— Волхвы не носят мечей.

— А я ношу.

— Значит, ты ведьмак.

— Нет, Кэт. Я волхв. Просто обстоятельства так сложились…

— Это не важно. Главное — найди убийцу.

— Именно этим я и намерен заняться. Кто живет ближе всех?

— Отшельник.

— Веди к нему.

— Садись. — Катарина оседлала метлу и похлопала по древку позади себя.

— Обязательно лететь?

— Нам нужно перебраться через реку.

— Там водятся русалки?

— Да. А что?

— Ничего. Полетели.

В этом полете обнаружилась и положительная сторона — он оказался на удивление коротким.

Жилище отшельника являло собой помесь бункера и землянки. Вырытую под корневищем гигантского вяза яму спереди и сверху выложили бревнами без следов обработки.

— Эй, хозяин! — окликнул я отшельника.

В ответ ни звука. Лишь неугомонный дятел нещадно эксплуатирует свое природное долото, дырявя деревья в поисках разнообразной съедобной живности.

Откинув шкуру, которая заменяла дверь, я заглянул внутрь. Помещение уходило вглубь меж толстых корней дерева.

Куча шкур, служащих, по всей видимости, ложем, огромный сундук, окованный железными полосами, и деревянный чурбан вместо стола — вот и вся обстановка.

— Хозяин! — для успокоения совести крикнул я, видя, что внутри никого нет.

— Пусто? — спросила Кэт.

— Угу.

— Подождем?

— Подождем, твою ма… — оборвав себя на полуслове, я с ужасом уставился на показавшегося из леса гиганта.

Ростом хорошо за два или, если быть точным, чуть меньше трех метров, отшельник обладал соответственно широченными плечами, из которых без видимых признаков шеи торчала голова, и непропорционально короткими и кривыми ногами. Переваливаясь с ноги на ногу, словно дрессированный медведь, он неспешно двигался к нам, лениво поигрывая лежавшим на плече топором.

29
{"b":"30800","o":1}