ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Он начал перелистывать договор.

А что он продает янки? В Аляске отличные меха: бобры, соболя, песцы, черно-бурые лисицы. Шуба его отца из аляскинских голубых песцов была оценена в Лондоне на выставке 1851 года в 30000 рублей серебром. Меха там отличные, это верно. Кроме того, докладывал Первенствующий директор Российско-Американской Компании, в Аляске найдены обильные руды — железные, медные, свинцовые, а также каменный уголь. Ну, этого добра и на Урале, и на Дону много! Это не столь заманчиво. А еще! Ах да, еще золото. Министр финансов говорил на докладе, что об аляскинском золоте пишут и заграничные, и русские газеты.

Он протянул руку к пачке газет, лежащих на левой стороне стола, и взял первую попавшуюся. Это оказался лондонский «Тайме». Начал читать столбец, обведенный для него красным карандашом: «Аляскинская Гора святого Ильи есть начало и глава золотоносной цепи, пролегающей по Калифорнии, Неваде, Мексике. Средней и Южной Америке. Почему бы не предположить, что в ней скрываются прииски, богаче всех прочих, даже калифорнийских?»

Он отложил английскую газету. Игра англичан ему понятна. Англия сама тянется к Аляске, соседке Канады. Они, как огня, боятся продажи ее американцам. Карточный блеф, чтобы сбить партнера с толку! Для этого Лондон и сеет слухи о золотых богатствах Аляски.

Следующей в пачке была солидная парижская газета «Матэн». Французы писали в обычной своей ядовито-критической манере и без всякого пиетета к русскому императору:

«Изумление каждого мудрого государственного деятеля вызовет намерение России продать американцам Аляску. Русские продают поистине курицу, несущую золотые яйца. В окрестностях горы св. Ильи найдены самородки весом, близким к половине килограмма. Еще в 1862 году горный инженер Андреев разрабатывал золотые россыпи на реке Стахин. Немного позже горный инженер Дорошин нашел золото на берегах Кенайского залива, а североамериканец Кеннет Макли-младший обнаружил золото на острове Кадьяк. От русской администрации господин Маклиев, так называли его русские, находку свою скрыл. Золотые знаки обнаружены и близ редута св. Николая, и на реке Сушитне, и на острове Дуглас, то есть буквально под носом высшей аляскинской администрации, в двух шагах от ее резиденции — города Ново-Архангельска. А вот и курьез. Посол Соединенных Штатов в Петербурге мистер Клейн сообщил американскому Конгрессу о распространении золотой полосы Орегона и Британской Колумбии до русских владений в Америке. Не секрет, что эти секретные сведения господин посол почерпнул из русских источников… »

«Вот почему мистер Клейн торопит с ратификацией договора, — раздраженно подумал он. — Но, бог мой, разве угнаться русским увальням за американской энергией!»

Окончание парижской статьи взбесило его. Это был прямой неприличный выпад персонально против него.

«Золотой аляскинский клад отнимают у народа, который ради открытия его предпринял героические путешествия, часто по едва проходимым горам и по ледовым морям, во время таких бурь и снежных вихрей, когда зрение и на несколько шагов не могло достигать. Неограниченная народным представительством монархическая власть России отрекается от своего народа, столь упорно и мужественно открывавшего эти земли. Неблагодарная Россия отрекается от своих сынов, умноживших за океаном ее мощь».

Скомканный «Матэн» полетел на пол.

— Проклятые французишки! Вот истинная язва Европы!

Он был так разозлен концом парижской статьи, что забыл, о чем писалось в начале ее. Раздраженно покосился на не просмотренные еще газеты. На очереди была русская газета. Он прочитал заголовок и поморщился. Это был либеральный «Голос». Но все же взял газету и начал читать столбец, обведенный красным.

«Сегодня слухи: продают Николаевскую железную дорогу, завтра — русские американские колонии. Кто же поручится, что послезавтра не начнут продавать Крым, Закавказье, Остзейские губернии? За охотниками до покупки дело не станет.

Но Русская Америка действительно продается. Это уже не слухи. И продажа совершается тогда, когда в недрах ее открыты весьма многообещающие признаки золота. Мы не можем отнестись к подобному невероятному факту иначе, как к самой злобной шутке над обществом. Неужели трудами самоотверженных для России людей должны воспользоваться иностранцы и собрать в свою пользу плоды их?»

Холодные, цвета осеннего петербургского неба, глаза царя округлились, как у разъяренной кошки.

— «Злобная шутка над обществом!» — повторил он, больно дергая себя за бакенбарду. — А кто это общество? Поповичи-студенты, мещане-адвокаты, мужицкие сыновья — народные учителя, пехотные поручики, не имеющие калош, чиновники и, конечно, сами господа журналисты.

Parbleu! [33] Распустились газетные писаки! Отец умел держать их в тугой узде! При нем Булгарины да Гречи являлись еженедельно в штаб жандармского корпуса и докладывали о чем и как будут писать. А теперь, voila [34], свобода печати!

Он положил руки на стол, то сжимая, то разжимая кулаки. С каким наслаждением давил бы этих писак, вот так, чтобы сок из них потек! Позволил бы печатать только таксы на мясо и хлеб да объявления о продаже жеребцов и колясок! Пример берут с проклятого «Колокола»! Даже в ящиках его царского стола лежат «Колокол» и «Полярная Звезда». Получил их городской почтой, как простой смертный. Черт с ним, с аляскинским золотом! Золото в Сибири открыли. Не посылать же ради этого мифического золота в Аляску армию и флот. Без оружия американские владения не отстоять. Англичане начали открыто говорить в парламенте и писать в газетах об изгнании русских из Аляски. Англичан поддерживает, тоже открыто, Луи Наполеон, этот quisi-император из адвокатского рода.. Диспозия весьма нехороша! Посылать через всю Сибирь армию, а через два океана флот и получить на далеких аляскинских берегах новый Севастополь, новый позор на всю Европу? Нет, господа журналисты, вашему так называемому обществу нет дела до повелений, исходящих с высоты престола! Аляска будет продана Америке!

Он сморщил нос, будто услышал дурной запах.

С презрением он подумал об этой стране лавочников и менял, об их неотесанных президентах, об их нелепых послах, не умеющих танцевать полонез и напивающихся на придворных куртагах, как армейские штабс-капитаны. А приходится дружить с этой торгашеской страной. Вот именно, приходится!

В Кронштадте стоит сейчас американский броненосец «Миантономо». Командиру корабля поручено поздравить императора со спасением от пули Каракозова. Ловкий, черт возьми, ход! Республиканское правительство поздравляет русского императора со спасением от пули республиканца! А в Севастополь на пароходе «Город квакеров» прибыла целая орда их вояжеров. Через министра двора они просят дать им аудиенцию. Очень неприятно, что среди них есть и писака, какой-то Марк Твен. О, бог мой, что за нелепая фамилия — Ометка Два! Черт его знает, что он потом напишет! А придется их принять. Опять — придется! Козлобородым, пропахшим бакалейной лавочкой джентльменам отвечено, что император примет их в Ливадии, в летнем крымском дворце.

Он улыбнулся, вспомнив остроту по этому поводу одной из фрейлин: «Не забудьте, Ваше Величество, после их визита пересчитать серебряные ложки».

Он сделал строгое лицо и начал читать первую статью договора. В ней говорилось, что Америке уступается территория, площадью в 1519000 квадратных километров. Однако! Все европейские государства без Скандинавии разместились бы на Аляске. А платят за это янки семь миллионов двести тысяч долларов. Дорого это или дешево?

Он беспомощно вздохнул и начал читать вторую статью о том, что вместе с территорией передаются Соединенным Штатам все укрепления, казармы, арсеналы, доки… Ну, и так далее, и так далее! Это не интересно.

— А люди? Людей я тоже продаю?

Он перелистал договор. Вот и о людях!

«Русские ее обитатели могут или возвратиться в Россию в течение 1867—1870 гг.. или принять подданство Соединенных Штатов».

вернуться

33

Проклятье! (франц.)

вернуться

34

Извольте! (франц.)

17
{"b":"30802","o":1}