ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Откинув парчовый занавес, в таблинум просунул голову раб.

— Я занят. Пусть подождут, — не отрываясь от императорского послания, строго проговорил Макрон. Даже не выслушав раба, префект был уверен: кто-то настойчиво добивается приёма.

Но, вопреки ожиданиям, темнолицая кудрявая голова раба не изчезла.

— Прибыл внук императора, благородный Гай Цезарь, — прошлёпали толстые лилово-коричневые губы.

Макрон удивлённо вскочил с кресла:

— Пригласи его. И подай вина.

Калигула вошёл в таблинум, любопытно озираясь. Макрон встретил его стоя. Прижал юношу к груди, как старого друга, и при этом слегка расчувствовался.

— Привет тебе, благородный Гай! Рад видеть тебя в добром здравии. После всех опасностей… — шепнул он.

— Ты всегда был моим другом, Макрон, — так же тихо ответил Калигула. — Я рад, что тебе досталось место Сеяна.

— Я мстил Сеяну за смерть твоих братьев, — ухмыльнулся Макрон. Ему не пришлось особо кривить душой: имелась определённая доля правды в словах префекта.

— Боги воздадут тебе, — половиной рта улыбнулся Калигула и помрачнел.

— Что с тобой, Гай Цезарь? Тебе плохо? Не желаешь ли отдохнуть в саду? — всполошился префект.

В прямоугольном саду префекта росли пинии и плющ. Дорожки были усажены тигровыми лилиями. Прозрачная вода с шумом сбегала по ступенькам искусственного водопада. Макрон усадил Калигулу на мраморную скамью с подлокотниками в виде драконов.

— Я одинок, — тоскливо жаловался Калигула, хлебая вино из серебрянного кубка. — Толпы людей окружают меня. Но все они — враги! Только и ждут случая выдать меня Тиберию, чтобы обезопасить собственную шкуру! Как я ненавижу всех! — угрюмо простонал он.

Макрон внимательно слушал, запустив смуглые пальцы в чёрные волосы.

— Тиберий хочет убить меня, как убил братьев, — продолжал Гай. — Римляне видят во мне наследника. Я мешаю сопливому внуку императора…

— Маленький Гемелл — не внук Тиберия! — прервал его Макрон.

— Откуда ты знаешь? — в зелёных глазах юноши отразилось изумление.

— Твоя тётка Ливилла была изрядной дрянью. И родила Тиберия Гемелла не от мужа, а от Элия Сеяна!

— Это правда? — Калигула, тяжело дыша, вцепился в тунику Макрона.

— Правда, — подтвердил Макрон, неуловимо сверкнув тёмными глазами. — Я читал их любовные письма. Император тоже знает это! — помолчав, добавил он.

Калигула прижал руку к груди, чтобы не вырвалось обезумевшее от радости сердце.

— Почему же он не выгонит ублюдка? — глухо спросил он.

Макрон терпеливо пожал плечами:

— Наверное, чтобы не порочить имя покойного сына. Но поверь: любовь императора к мальчику намного уменьшилась.

— Что же мне делать?

— Ждать! — внушительно прошептал Макрон, вцепившись скрюченными пальцами в плечо юноши. — Как только Тиберий умрёт — провозгласишь себя императором! А я помогу тебе! В моей власти квесторы и эдилы, преторский суд и десять преторианских когорт. И никакой сенат не посмеет противоречить сыну Германика!

— Чего ты хочешь за услугу?.. — задыхаясь, спросил Калигула. Глаза его возбуждённо блуждали по дальним уголкам сада, голос прерывался.

— Сохранить должность префекта претория до самой смерти, — волнение Калигулы передалось Макрону. — А ещё: некоторую — не очень большую! — сумму денег из имперской казны.

— Если я буду императором — ты станешь моей правой рукой!

Они замолчали, сцепив в пожатии вспотевшие, липкие ладони.

По перистилю неспешно прогуливалась женщина в тунике песочно-жёлтого цвета. Темно-русые волосы на солнце поблёскивали золотом. Неярко переливались опалы в серебрянных обручах, стискивающих округлые предплечья. Неповторимо мягкой грацией и цветом туники и волос она напомнила Калигуле львицу египетских пустынь.

— Это твоя жена? — беззастенчиво полюбопытствовал он.

— Да. Это Энния, — равнодушно подтвердил Макрон.

— Она действительно похожа на дикую кошку, — улыбнулся Калигула, отводя в сторону взгляд.

Макрон удивлённо посмотрел на него. И, запоздало вспомнив о былых откровениях, заметил:

— Да! Царапаться умеет!

— Отведи меня к гетерам! — неожиданно высокомерно потребовал Калигула. И Макрон снова ощутил разницу между внуком императора и собою — высокопоставленной прислугой.

«Наступит время, когда я буду командовать этим юнцом, а не он мной! Терпение!» — шевеля тонкими губами, подумал он. И доброжелательно улыбнулся:

— Я знаю неплохой лупанар на соседней улице.

Калигула нетерпеливо вскочил со скамьи. Макрон жестом подозвал раба:

— Вели посетителям расходиться. Я вернусь домой лишь завтра утром, — повелел он, накидывая тёмный солдатский плащ на белую тунику.

— Ты не попрощаешься с женой? — спросил Калигула, когда они подошли к чёрному выходу, предназначенному для рабов и поставщиков.

— Зачем? — непритворно удивился префект. — В этом доме я — хозяин, и никому не обязан давать отчёт. К тому же, я не собираюсь отвечать жене на докучливые вопросы: куда я иду и что собираюсь там делать?!

Это был первый урок супружеской жизни для Калигулы.

XLV

Лупанар, куда Макрон привёл Калигулу, действительно выглядел роскошно. Но роскошь эта была показной. Случайно подобрана золотая и серебрянная посуда: ни одно блюдо не гармонировало с другим. Моль выжрала проплешины на узорчатых занавесках. Кислым, как уксус, казалось вино, выдаваемое толстым, краснолицым хозяином заведения за цекубское.

Макрон развязно потребовал лучшую кубикулу и двух девок, что и было предоставлено ему незамедлительно.

— Выбирай, какую желаешь! — широким жестом предложил Макрон, когда он и Калигула остались наедине с гетерами.

— Обеих! — заявил Калигула, обнаглев от плохого вина.

— Клянусь Юпитером, замечательный выбор! — ободряюще засмеялся Макрон.

Калигула, пьяно пошатываясь, подошёл к двум полуголым гетерам, рыжей и черноволосой. Наткнулся на маленький деревянный столик и, выругавшись, отшвырнул его ногой. Прищурившись, оценил взглядом рыжую. Пышные волосы девушки укрывали обнажённые плечи. Тёмные кружки сосков просвечивали сквозь прозрачную ткань пеплума.

«Если я выпью ещё полбутылки — она будет похожа на Друзиллу!» — с неоспоримой хмельной логикой подумал Калигула.

— Ты! — ткнул он пальцем в грудь черноволосой. — Иди к моему другу! А ты раздевайся!

Плавно покачивая крутыми бёдрами, рыжая девка неспешно подобрала край пеплума. Но эта чарующая медлительность, соблазняющая многих мужчин, не понравилась капризному внуку императора. Хрипло засмеявшись, он сорвал с неё пеплум. Затрещала, разрываясь, тонкая ткань; испугалась пышнотелая гетера.

— Ты подлая, бесстыжая сука! — пьяно навалившись на неё, шептал Калигула. — Тебе по нраву его ласки? Тебе нравится, когда он целует и мнёт твоё тело?!

Эти полубезумные слова предназначались для Друзиллы. Но Друзилле он никогда не посмел бы их сказать. И потому говорил незнакомой шлюхе. И страстно желал избить её, чтобы отомстить неверной возлюбленной-сестре. Логика пьяных!

— Если ты сука — то будь ею до конца! Становись на четвереньки!

Толчками и приказами он вынудил девушку опуститься на колени. И хрипло рассмеялся, когда гетера с наивным бесстыдством выпятила зад. И, не снимая сандалий, больно ударил ногой по розовым ягодицам.

Макрон, волосатую грудь которого неспешно целовала черноволосая девка, озабоченно приподнялся на ложе. И сразу же успокоился, увидев на полной шее гетеры медный ошейник: девушка была рабыней хозяина лупанара. А значит, её можно замучать — за дополнительную плату.

Префект претория в истоме откинулся на ложе, безвольно покоряясь губам и рукам умелой гетеры. И краем глаза следил за Гаем, устроившемся позади рыжей. В этот миг угловатое, но достаточно миловидное лицо Калигулы изменилось до неузнаваемости. Казалось, он надел маску, точь в точь повторяющую черты его лица, но уродливую! До того исказила облик Калигулы самая низкая похоть, которую не облагораживает любовь, а, наоборот, унижает презрение.

44
{"b":"30814","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Литературный мастер-класс. Учитесь у Толстого, Чехова, Диккенса, Хемингуэя и многих других современных и классических авторов
Американская леди
Доктор, который научился лечить все. Беседы о сверхновой медицине
Половинка
Тобол. Мало избранных
Дьюи. Библиотечный кот, который потряс весь мир
Царство льда
Любовь рождается зимой
Отвергнутый наследник