ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кругом одни идиоты. Если вам так кажется, возможно, вам не кажется
В самом сердце Сибири
Белокурый красавец из далекой страны
Отдел продаж по захвату рынка
Чудо любви (сборник)
Память. Пронзительные откровения о том, как мы запоминаем и почему забываем
С правом на месть
Зубы дракона
Город темных секретов

– А отец?

– Твой отец переправлял "продукт" в Европу и обеспечивал его сбыт оптовым покупателям.

– Наркотики? – выдохнула Ольга. – Я не верю тебе, Хабибулла!..

Хабибулла снисходительно склонил голову, улыбнулся :

– Европа была вашим потенциальным противником. "Продукт" создавал большие проблемы с ее молодым поколением и дестабилизировал обстановку.

– Мой отец?.. Генерал Костров? – во все глаза смотрела Ольга на Хабибуллу. – Ничего не путаешь, Хабибулла?

В ответ тот хрипло засмеялся, зажимая ладонью горло:

– Хабибулла клянется пророком Мохаммедом, да благословит его аллах и приветствует.

– Это было поставлено у нас на государственном уровне? – с журналистской напористостью спросила Ольга, чувствуя, как у нее начинают покалывать кончики пальцев.

– Я тоже долгое время считал, что наш бизнес – часть подрывной работы вашего государства против стран НАТО. Костров на конспиративных встречах всегда подчеркивал это. Но когда Инквизитор внезапно посадил на хвост Кострову и его людям своих ищеек, я понял, что бизнес осуществлялся втайне от КГБ и к государственным интересам шурави не имел никакого отношения.

– К чему же он имел отношение?

Хабибулла опять снисходительно усмехнулся.

– Твоя великая страна тогда уже умирала, Ольга, – сказал он. – Когда в Аравийской пустыне умирает больной лев, шакалы и гиены сбиваются в стаи и, не дожидаясь, когда он испустит дух, рвут от него куски мяса. Таков закон жизни, Ольга.

– И ты хочешь сказать, Хабибулла, что стаю шакалов тогда возглавлял мой отец?

– Мистер Коробов, несомненно, был из крупных хищников, но не думаю, что тогда – самым крупным…

– Кто был самым крупным?

– Точно не знаю, – пожал плечами Хабибулла. – Ваши десантники блокировали мой отряд в ущельях, и я не мог проследить весь путь "продукта" и круг лиц, причастных к нему.

– А кто такой Инквизитор?

– Генерал Дьяков из Управления контрразведки КГБ. Говорят, в прошлом он был одним из самых лучших русских разведчиков-нелегалов. Человек Инквизитора, майор Шведов, добыл у моих врагов доказательства причастности к бизнесу генерала Кострова и ряда подчиненных ему особистов. Назревал скандал "на государственном уровне". Но твоему отцу каким-то чудом удалось сделать козлами отпущения совершенно непричастных к нашему бизнесу офицеров десантного полка, в котором служил твой муж.

– Чудо тут вряд ли замешано, – задумчиво протянула ошеломленная рассказом Хабибуллы Ольга. – Просто такой исход был скорее всего удобен всем…

– В конце концов люди Инквизитора перекрыли границу моим караванам, и бизнес пришлось свернуть, – сказал Хабибулла и провел ладонями по лицу. – Заметая следы. Костров подставил тогда командира десантного полка Павлова, помнишь его?

Ольга кивнула. , – Говорят, он потом застрелился, – вздохнул Хабибулла. – Он хорошо относился к нашему населению. Жаль полковника.

– Жаль врага, Хабибулла?

– Мой отряд, если угодно – банда, не вел активной войны с русскими. Для русских я был враг, потому что афганец враг и потому что учился в русской школе КГБ. Они мне не доверяли, и я никому не доверял. Я делал бизнес и ничем другим не интересовался.

– Мое похищение – тоже бизнес?

Хабибулла утвердительно кивнул головой.

– На Востоке сохранился аманат – заложничество, – пояснил он. – Я отправил через границу пять караванов с… "продуктом". Мне была нужна гарантия от мистера Коробова, что я получу за "продукт" свои доллары.

– Когда я уезжала из Москвы, отец знал, что ты похитишь меня и сделаешь заложницей? – пристально вглядываясь в лицо сидящего напротив человека, спросила Ольга.

Спросила, а у самой все сжалось внутри в предчувствии ответа, который она уже знала.

– Такой вариант не исключался. Но окончательное решение я принял после того, как увидел тебя на базаре, – ответил тот. – Очень большой суммой рисковал Хабибулла… Один особист, работающий на Кострова, сообщил мне по рации, когда автобус с тобой пойдет в Кабул, и мои люди похитили тебя на горной дороге. Если тогда сумасшедший Скиф не вырвал бы тебя из моих рук, твоя судьба сложилась бы иначе, – быстро угадав мысли Ольги, Хабибулла исподлобья кинул на нее жадный взгляд.

– Ага-а, – засмеялась она. – Я стала бы пятой женой в твоем гареме.

– Любимой женой! – уточнил Хабибулла. – Когда я впервые увидел тебя на базаре, то сразу потерял сердце и голову.

– Надеюсь, с твоими женами и детьми у тебя нет проблем? – спросила собеседника Ольга и удивилась появившимся на его щеках скорбным складкам.

– Зейну с детьми и Сухроб с детьми убили русские вертолеты, – спокойно ответил Хабибулла. – Зульфию и Алию убили люди Дустума. Их дети ушли с талибами, и я ничего о них не знаю. Аула моего больше нет, а мои нукеры погибли или нашли себе другого хозяина.

– Мне очень жаль всех, – сказала Ольга, смутившаяся от такого ответа.

– Ты думаешь, что сегодня здесь, в Швейцарии, мы встретились случайно? – спросил вдруг Хабибулла.

– Не думаю, – покачала головой Ольга. – Но как ты узнал о моем приезде?

– За деньги можно узнать все, – усмехнулся Хабибулла. – Знаю, что сумасшедшего Скифа посадили из-за меня в тюрьму, а твой отец почему-то не вытащил его оттуда. Знаю, что у тебя новый уважаемый муж-бизнесмен. Знаю, что ты сама занимаешься бизнесом и стала известной звездой на вашем телевидении. Я видел много передач с тобой… Особенно я испугался за тебя в девяносто третьем году, когда ты снимала гражданскую войну в Москве… Это было очень опасно, Ольга…

– Откуда ты все знаешь, Хабибулла? – изумилась она.

– У меня теперь бизнес в одной из стран Ближнего Востока, – улыбнулся Хабибулла. – Иногда он связан с Кавказом…

– С армянами или чеченами? – вспыхнула Ольга, опасливо отстраняясь от собеседника. – Поставляешь им душманов-наемников или опять свой "продукт"?

– О нет, нет! – замахал руками Хабибулла. – Аллах покарал меня за грехи, и теперь я поставляю детям учебники, а верующим – Кораны…

– Так я и поверила! – скептически усмехнулась Ольга. – Волк не станет овцой, даже если натянет на себя ее шкуру.

5
{"b":"30815","o":1}