ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Remodelista. Уютный дом. Простые и стильные идеи организации пространства
Бертран и Лола
Игра на жизнь. Любимых надо беречь
Вальс гормонов: вес, сон, секс, красота и здоровье как по нотам
Служу Престолу и Отечеству
Академия магических секретов. Раскрыть тайны
Право рода
Монах, который продал свой «феррари»
Каждому своё 3
A
A

21

В полосатом костюме-тройке, галстуке-бабочке, широкополой шляпе с черной лентой, с белоснежным платочком, торчащем из нагрудного кармана, в белых парусиновых туфлях и с мундштуком в руке Говард выглядел настоящим инспектором Управления раскопками и древностями и отвечал всем требованиям английского этикета, а также своего начальника Гастона Масперо. Его уважали.

Служебный рост радовал Картера. Он путешествовал из Идфу в Ком-Омбо, из Абу-Симбела в Луксор, из Эль-Каба в Гермонтис и приходил в восторг от множества храмов, великолепия барельефов и скульптур, которые теперь находились под его охраной. Он мечтал переместить тонны песка и открыть человечеству новые памятники, ни на минуту не забывая и о Долине царей, которая теперь тоже находилась в его ведомстве. Пока же Говард не смел заняться ей как следует из опасения вызвать недовольство Масперо, который считал Долину полностью исчерпанной и не испытывал к ней никакого интереса.

Основываясь на находках, сделанных Лорэ, Картер попытался заинтриговать начальника во время планового обхода территории.

– Взгляните на гробницу Хатшепсут! Не правда ли, очень интересно?

– Любопытная гробница, но пустая, А усыпальница без драгоценной утвари все равно что старая кокетка с увядшими прелестями. Она непривлекательна!

– Убежден, что здесь еще можно найти немало древностей!

– Не фантазируйте, Картер! От прежней Долины уже ничего не осталось.

– Я все же считаю целесообразным приступить к широкомасштабным раскопкам!

– У Управления нет средств. Мы много тратим на содержание памятников.

– Но я уверен…

– Довольно! Если желаете копать, то сначала разбогатейте. Наймите сотню рабочих, потратьте несколько тысяч фунтов стерлингов. У вас деньги есть?

– Только жалованье.

– Так постарайтесь хотя бы его не разбазарить! И думать позабудьте о Долине. Она мертва. Вы что, хотите и себя здесь закопать?

Раннее утро в Луксоре благоухало кофе и жасмином. Порозовевшая гора на западном берегу Нила и мир богов воссоединялись с человечеством. Картер стоял возле небольшой мечети. Вокруг росли кусты роз и гибискуса. К мраморным дверям, украшенным мозаикой, слетелись птицы – попить из кормушки.

Раифа сегодня оделась по-европейски и выглядела по-прежнему прекрасно.

– Зачем ты велела мне сюда прийти?

– Какой вы стали важный, господин инспектор! Мне больше нравилось, когда вы одевались поскромнее. Ну ничего, привыкну.

– Я одеваюсь так по долгу службы!

– Ты всем ради нее готов пожертвовать. И мной?

– Раифа! – Говарду захотелось обнять ее, прижать к себе… Увы, при посторонних это было совершенно невозможно. – Зачем ты меня мучаешь?

– Ты это заслужил! Брат уехал, ты стал важным человеком, мы свободны, но совершенно не видимся! Ты слишком влюблен в свою работу. А я люблю тебя и хочу выйти за тебя замуж!

Картер не удивился. Он и надеялся, и боялся этого.

– Ты египтянка, а я – англичанин, – пробормотал он.

– Решение есть: прими ислам! Взгляни на мечеть – вот где покой и чистота.

– Конечно, но…

– Ты должен будешь уверовать в единого Бога, молиться, давать милостыню, поститься и совершить паломничество в Мекку. – В глазах девушки читалась отчаянная мольба.

– Надо подумать, – ответил Говард.

– Понимаю. Всевышний велик и совершенен. Он просветит тебя!

– Надеюсь.

* * *

Масперо стукнул кулаком по столу:

– Какой скандал, месье Картер! А ну-ка признавайтесь, что у вас там творится?!

– В чем дело, господин директор? Я написал плохой отчет?

– Вы пишете отличные отчеты, причем они с каждым разом становятся все лучше! Вы скоро превзойдете всех моих инспекторов.

– Постараюсь оправдать ваше доверие.

– Вы его оправдаете, если прекратите свои шашни!

– Я отдаю все время службе.

– Хотелось бы надеяться. Вы человек молодой, горячий… Конечно, вам нельзя быть одному! В Луксоре столько милых европейских дам. Они могли бы скрасить ваше одиночество.

– Увы, работа мне не позволяет заводить приятные знакомства.

Масперо побагровел:

– Зато она вам позволяет посещать некую Раифу!

Картер смутился:

– Кто вам сказал?

– Да все только об этом и твердят! В нашей колонии в Луксоре вы давно уже стали посмешищем. А ваша новая затея просто гибельна!

– На что вы намекаете?

– Не отпирайтесь! Ваша «невеста» уже всем растрезвонила, что вы намерены принять ислам!

Приосанившись и глядя прямо перед собой, Картер твердо произнес:

– Иначе мы не сможем пожениться.

– Этому браку не бывать! – Масперо снова стукнул кулаком по столу. – Переход в чужую веру станет с вашей стороны ужасной глупостью. Мусульмане вас не примут, а европейцы отвернутся. Эту женщину все равно вынудят вас оставить, вы потеряете работу, да что там – призвание! Послушайте, Говард, с религией не шутят. Меня исключили из «Эколь Нормаль»,[47] потому что я выступил в защиту Сент-Бева[48] и свободомыслия. Потом меня восстановили, но я всю жизнь борюсь с мешающим науке игом суеверий! Вы можете сглупить по молодости и загубить свою карьеру!

– Раифа хочет узаконить наши отношения. Она научила меня понимать эту страну, ее язык, обычаи. Я многим ей обязан!

– Как вы сентиментальны! Человек обязан только самому себе и должен обернуть обстоятельства в свою пользу. Я вас теперь неплохо знаю, мальчик мой. Если вы преуспеете, то у вас поубавится друзей, уж поверьте мне. Цельность вашего характера и несносное правдолюбие заставят окружающих завидовать и ревновать к вашим успехам. Считайте, что ваше приключение окончено.

– Я так не думаю, месье Масперо. Предательство по отношению к любящей женщине – низость. Я не смогу с этим жить!

Масперо холодно взглянул на Говарда:

– Ученый должен уметь вовремя склониться перед истиной. Вы, видимо, еще не знаете о том, что брат Раифы недавно вернулся в Луксор. А сама она прислала мне письмо, где просит вмешаться в ваши отношения, причем самым определенным образом. Она хочет, чтобы вы оставили ее в покое, иначе ее брат пожалуется властям!

– Где письмо?!

Масперо протянул листок.

– Ее заставили! – воскликнул Говард, едва взглянув на почерк Раифы.

– Мне все равно. Главное, что с вашей сомнительной связью покончено! А теперь отправляйтесь на объект, инспектор Картер. Вы нужны памятникам, которые гораздо важнее этой египтянки!

22

– Я требую правды! – заявил граф.

Доктор замялся:

– Вы живы, ваше сиятельство. Разве не это главное?

– Нет, Кстати, мне, кажется, удается держать себя в руках. Советую и вам делать то же.

Через некоторое время после аварии граф очнулся на постоялом дворе. Рядом находились жена, водитель и врач. Видел он нечетко, но вскоре на глаза опустилась непроницаемая пелена.

– Я ослеп?

– Думаю, это временно.

– Ранения?

– Тяжело травмированы ноги, перелом челюстной кости и ребер, множественные ушибы…

– Степень тяжести?

– Серьезная.

– Когда я смогу встать?

– Месяца через три-четыре. Ходить будете с тростью.

– А бегать?

– Бегать вы больше не сможете.

– У меня очень болят руки.

– Это от сильного ушиба. Боль пройдет, однако…

– Продолжайте.

– Вам придется перенести несколько хирургических операций. Мужайтесь, ваше сиятельство!

* * *

Бледное весеннее солнце вставало над Хайклером. Граф пытался играть в гольф и гулять, стараясь, чтобы с каждым днем прогулки становились продолжительнее. Теперь, когда он вновь обрел зрение, стало легче бороться с постигшим его несчастьем. Почувствовав усталость, он повернул к замку.

На пороге стояла Альмина:

– Не сдавайтесь, дорогой. Надо жить. Для меня, для сына, для нашей новорожденной дочери.

вернуться

47

«Эколь Нормаль Сюперьер» – одно из ведущих научно-исследовательских учреждений Франции. (Прим. пер.)

вернуться

48

Шарль Огюст Сент-Бев (1804—1869) – знаменитый французский литературный критик и поэт. (Прим. пер.)

18
{"b":"30832","o":1}