ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вы видели последний том «Анналов Управления раскопками и древностями»? – спросил француз у англичанина.

– Да, этот Картер, хоть он и мой соотечественник, ужасно надоел!

– И не только вам! Он восстановил против себя все научное сообщество. Что за глупая затея – публиковать сорок вторую гробницу. Она же пустая!

– Дай ему волю, так он насочиняет отчетов обо всех разграбленных склепах в Долине, да и вообще о каждом углублении в земле! Он ставит в глупое положение своих предшественников и в нелепое – коллег. Планы, фотографические снимки, зарисовки… Как будто делать больше нечего! Этот одержимый, мстительный честолюбец готов нас завалить бессмысленной работой. Я думаю, все дело в том, что он из бедных.

– Мы обезвредим его, дорогой коллега.

– Договорились. Либо пусть ведет себя потише, либо убирается!

* * *

Картер понимал, что своим усердием чрезвычайно раздражает ленивцев и бездарей, для которых Египет и все, что с ним связано, является лишь модной темой для беседы. Он искренне считал, что тот, кто хочет найти в прошлом истину, должен уделять истории столько же времени, сколько наблюдению за настоящим и подготовке к будущему.

Через месяц после обнаружения сорок второй гробницы Гургар отозвал Картера в сторону, чтобы сказать ему несколько слов наедине.

– Четверо рабочих из отряда Лорэ признались в том, что замышляли ограбление гробницы, – сообщил он.

– Какой? – встревожился Картер.

– Вы ее не знаете. Лорэ засыпал ее, как и сорок вторую. Рабочие хотели туда сунуться, но им помешал злой дух, который хватал их за шею и душил!

– Ты знаешь, где она?

– Да, пойдемте покажу.

Ахмед подвел Картера к оврагу и указал на кучу камней.

– Зови рабочих и землекопов! – велел Говард.

На глубине пятнадцати футов рабочие обнаружили шахту, на дне которой оказалась дверь.

Ахмед, почувствовав волнение археолога, поспешил его отрезвить:

– Больно-то не радуйтесь. Забыли, что здесь побывал Лорэ?

Картер проскользнул внутрь склепа. С потолка свисали осиные ульи – верный признак того, что гробница уже вскрывалась.

Внутри трех деревянных саркофагов, облитых белой смолой, лежали мумии певцов из Карнакского храма. В пелены были вложены листья мимозы, лотоса и авокадо.

24

– Скорее, господин инспектор!

В кабинет вбежал сторож. Оказалось, что в гробнице Сети I, самой большой и красивой в Долине, упала колонна.

Картер поспешил на место, чтобы оценить размеры ущерба и принять неотложные меры. Войдя, он, как всегда, был ослеплен роскошью гробницы, по своему значению в искусстве сопоставимой, может, лишь с Сикстинской капеллой. Цвета остались такими же яркими, словно стены гробницы расписали только вчера. Чеканные иероглифы, повествующие об опасном пути солнца в нижнем мире, изображения богов, воскресавших фараона, – все вызывало в душе у Картера глубокое волнение. Он часто приходил сюда и любовался богиней неба Нут, тело которой усыпали звезды.

Однако следовало торопиться. Наскоро соорудив подпорки из досок и запретив пускать в гробницу посетителей, Картер поспешил с докладом к начальнику.

Устав от жизни в городе, Масперо устроил себе штаб-квартиру на воде, прямо на дахабии[49] под названием «Мириам». Теперь он мог осматривать вверенные ему памятники, практически не выходя из «дома», плавая вверх и вниз по реке. Его небольшой письменный стол был завален папками, а сам он пребывал в ужасном настроении.

– Что происходит в Долине, Картер? Сильно ли пострадала гробница Сети I?! – воскликнул он, завидев инспектора.

– Значит, вам уже доложили. Преувеличивать ущерб не стоит, но и преуменьшать не следует. В гробнице рухнула колонна. Ведутся реставрационные работы.

– А посетители?

– Я запретил пускать туда людей.

Масперо откинулся на спинку кресла.

– Ох уж мне эти туристы! Вот проклятое отродье! В Долине в год бывает по две тысячи человек, и в Луксор с декабря по апрель съезжаются позагорать и поправить здоровье больные, буяны и болтуны со всего света, а заодно и попортить памятники! – Масперо замолчал и посмотрел на Говарда невинными глазами. – Правильно, Картер? Это ведь ваши слова?

– В точности! Им бы только шляться по шикарным отелям, флиртовать да визитками обмениваться! Таскаются с приема на прием, играют в бридж и теннис, все время ищут, чем бы им развлечься! Увы, у них еще намечен обязательный пикник в Долине с посещением гробниц, которые им, в сущности, совсем неинтересны и не внушают никакого уважения. Факелы гидов коптят и пачкают росписи, а посетителям обязательно надо потрогать эти росписи руками! Одним словом, если мы не хотим гибели шедевров, нам следует немедленно принять решительные меры!

– Я не хочу их гибели, а вы?

– Так будем действовать!

– Легко сказать! Что же нам, выгнать всех туристов из Долины?

– Почему бы и нет? На время раскопок!

– Долину уже всю перекопали, Картер.

– А разве открытие сорок второй гробницы и усыпальницы певцов из Карнакского храма, которая в моем списке займет сорок четвертое место, не свидетельствует об обратном?

Этот довод несколько поколебал уверенность Масперо, но он быстро нашелся:

– Это давным-давно разграбленные и неоднократно использованные склепы. Там нет ни драгоценной утвари, ни скульптур, ни украшений. Поймите, это очень скромные находки, интересные только такому энтузиасту, как вы! В Долине побывали сотни кладоискателей, которые оставили нам жалкие крохи. Лучше скажите, как вы предлагаете обеспечить сохранность самых посещаемых гробниц?

– Соорудить стены для защиты входных проемов от горных потоков и камнепадов, проложить дорожки для посетителей, чтобы они не разгуливали где попало, и установить внутри гробниц перила, чтобы люди не касались стен.

Масперо заглянул в какую-то папку:

– М-да… Это можно. Бюджет позволяет.

– Это еще не все.

– Остальное подождет. Денег больше нет.

– А бороться с копотью?

– Как?

– С помощью электрического освещения!

– Откуда же я вам электричество возьму?

– Надо поставить в Долине генератор.

Масперо от злости даже карандаш сломал:

– Оставьте меня в покое, Картер. Вы какой-то бунтовщик!

– Так как насчет генератора?

– Ступайте!

* * *

Заслышав о новинке, туристы повалили валом: при ярком электрическом освещении можно гораздо лучше рассмотреть барельефы. Картер не возражал, ведь теперь не коптили факелы и все спокойно прогуливались вдоль ограждений.

Вечером в Долине наступала тишина. Сидя на холме, с которого открывался вид на царские гробницы, Картер наслаждался покоем и блаженными минутами единения с бессмертными душами фараонов.

Сторожа не обходили Долину по ночам из страха перед духами, которые могли забрать разум, зрение или речь. Вообще-то, духов можно было усмирить с помощью заклинаний, написанных на стенах гробниц, но простой люд не умел читать иероглифы.

Мимо Картера летали совы и летучие мыши. По склонам шныряли лисы. Его надежды крепли. Где-то все-таки должна быть гробница Тутанхамона. Ведь в Долине царей копали на скорую руку, делали сенсационные находки и приходили к выводу, что больше искать нечего.

Любуясь величественной панорамой Долины, Картер подумал о том, что здесь уже не осталось ничего природного, естественного. Справа лежали груды щебня, слева виднелись вырубленные в скале тропы, вдали возвышался песчаный отвал от последних раскопок. Может, обрывистые скалы и гора в форме пирамиды тоже возникли не естественным путем?

Сколько же тонн песка надо перекопать, для того чтобы подобраться к дверям запечатанной царской усыпальницы, которая, может быть, существует… лишь в его воображении?

Картер засомневался. Он все еще был недостоин Долины!

вернуться

49

Дахабий – нильская барка. (Прим. ред.)

20
{"b":"30832","o":1}