ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Картер едва расслышал сообщение о нападении турецко-германских войск на Суэцкий канал. Не сомневаясь в успехе неприятеля, он с таким же равнодушием принял радостную весть о том, что британские войска отразили натиск вражеских сил и перешли в атаку на Синайском полуострове и в Палестине. Морское сообщение с Египтом было прервано, кризис сбыта и падение экспортных цен на хлопок вгоняли население в нищету, а Картер безмятежно разговаривал с Долиной. Она одна являлась смыслом его жизни.

В конце февраля 1915 года он разбирал скудные остатки погребального инвентаря знаменитой царицы Тии, супруги фараона Аменхотепа III. Вполне возможно, что она могла являться и матерью Тутанхамона. Держа в руках алебастровые статуэтки царицы, Картер думал о кончине Дэвиса. Американец ненадолго пережил разлуку с Долиной. Она была ревнивее, чем самая страстная любовница, и требовала от своих воздыхателей пожизненной верности.

Картер совершенно позабыл о внешнем мире. Пока европейские державы рвали друг друга на части, он писал письма хранителям музеев с тем, чтобы составить сводный каталог экспонатов из царских гробниц, собирал научные труды о Долине царей, читал записки первых путешественников и изучал древние карты. От него ничто не ускользало. Картер разговаривал с жителями Курны, беседовал с расхитителями гробниц, разбирал кипы отчетов о раскопках. Он каждый день совершенствовал главное орудие своего труда – огромную карту Долины, на которой были отмечены все гробницы. Он дышал вместе с Долиной и чувствовал малейшее шевеление в ее недрах.

Для всех, и для себя в том числе, он умер. Ради Долины Говард Картер пожертвовал собой.

* * *

С наступлением весны 1916 года новоизбранный председатель фотографического общества «Камера Клуб» лорд Карнарвон стал питать новую надежду – попасть на фронт в качестве специалиста по аэрофотосъемке Королевского штаба военно-воздушных сил. Пусть он не будет биться с оружием в руках, зато первым обнаружит неприятеля и ускорит наступление союзников! В то время шло печально знаменитое сражение при Вердене, в котором французская армия несла огромные потери.

Египетская экономика, державшаяся на английском фунте, еще не рухнула, хотя народ испытывал немалые лишения. Скорее бы эта война, самая варварская и разрушительная в истории человечества, кончилась. Граф с радостью бы пожертвовал собой вместо одного из английских юношей, которых тысячами отправляли умирать на фронт.

Но здоровье Карнарвона было подорвано, он снова заболел. Прослужив всего три дня, он возвратился в Хайклер. Его поддерживали любящая супруга и дети, но только новое письмо Картера спасло его от угасания. Еще бы, ведь его друг отличился!

* * *

С началом войны Луксор опустел, полицейский надзор в городе ослаб. Малейшее событие могло принять печальный оборот. Когда поползли слухи о том, что недалеко от Долины царей обнаружено сказочное сокровище, воображение местных дельцов разыгралось. Грабители решили удостовериться в правильности слухов, а заодно и разбогатеть. Почти одновременно в указанное место прибыли конкурирующие кланы. Завязалась кровавая драка. Испугавшись, деревенские старейшины обратились за помощью к Картеру. Он немедленно собрал рабочих, которых еще не мобилизовали, и, вооружив их чем попало, отправился к месту схватки. При свете луны небольшому отряду пришлось совершить шестисотметровое восхождение на гору.

Вдруг Картер заметил свисавшую со скалы веревку. Прислушавшись, он понял, что внизу орудуют победившие конкурентов грабители. Решив не рисковать жизнью рабочих, Говард оставил их наверху, перерезал веревку, лишив грабителей возможности ускользнуть, а затем его спустили на канате вниз. Возле гробницы он увидел восемь человек.

– Вы окружены, – сказал Картер по-арабски. – Или убирайтесь отсюда по-хорошему, или останетесь здесь навсегда!

Поколебавшись, грабители, которые были наслышаны о Картере, побросали факелы и вылезли наружу.

Теперь археолог мог спокойно поразмыслить о странном местоположении этой ловко замаскированной гробницы. А вдруг здесь действительно что-нибудь сохранилось! Он двинулся вперед по коридору, который поворачивал и круто устремлялся вниз, затем обнаружил заваленную щебнем комнату. Оказалось, что грабители прорыли в щебне лаз.

Тутанхамон… Может, на этот раз саркофаг будет украшен вожделенным именем царя?

* * *

Чтобы расчистить гробницу, потребовалось двадцать дней. Картер нашел лишь неоконченный саркофаг из песчаника. Высеченная надпись гласила, что его изготовили для Хатшепсут еще до ее восшествия на трон.

Тутанхамон был по-прежнему неуловим, однако Долина начала потихоньку раскрывать свои тайны.

46

Два года минуло с тех пор, как Масперо уехал из Египта. 30 июня 1916 года он вел заседание во французской Академии надписей, в которой состоял ученым секретарем. Он вспоминал годы, посвященные изучению египетских памятников и работе Управления раскопками и древностями, а еще самого упрямого на свете археолога Говарда Картера, одержимого Тутанхамоном. Хотя, кто знает, Древний Египет не раз выдавал свои тайны именно таким вот сумасшедшим.

Вдруг Масперо почувствовал, что сейчас упадет.

– Коллеги, – тихо сказал он, – прошу меня простить, мне дурно.

Через несколько минут замечательного египтолога не стало.

* * *

Осенью 1917 года граф почувствовал себя лучше. Он снова мог совершать длительные прогулки. Размышляя под сенью ливанских кедров, Карнарвон неизменно приходил к выводу, что союзники выиграют затянувшуюся войну. В конце 1916 года немецкие войска потерпели поражение в битве при Вердене. Потери французской армии составили триста шестьдесят тысяч человек, почти столько же убитых было у противника. А когда шестого апреля 1917 года в войну вступила Америка, граф уже не сомневался в ее исходе.

Армию противника оттеснили от египетских границ. Отстоявшие страну британские войска вскоре вошли в Багдад и Иерусалим, но хозяйство было разорено, народ бедствовал. Лишения множила дикая инфляция. Британцы завладели производственными силами страны, что порождало возмущение в народе, однако его без колебаний подавляли. В стране, граждане которой гибли на полях сражений и умирали от голода и болезней в тылу, могло произойти самое худшее.

Но лорда Карнарвона это не остановило. Невзирая на мольбы близких и предостережения друзей, он велел Картеру приступить к раскопкам в соответствии с планом, составленным еще в августе 1914 года.

* * *

В то время как Европа следила за крушением в России самодержавия и приходом к власти большевиков, Картер занимался исключительно Долиной. Он переправился через Нил и высадился на побережье Западных Фив. Под защитой горы – розово-голубой на рассвете, золотой в полдень, красно-оранжевой на закате – археолог ринулся в долгожданное приключение. Говард Картер открывал свой первый сезон раскопок в Долине царей!

Картер направился к дому, стоявшему на вершине холма. Окна выходили на Долину. Здесь он собирался поселиться. У подножия холма даже оказался полуразрушенный фонтан. Поднявшись по ступеням мраморной лестницы, Картер отпер дверь. В доме имелись английские часы, пианино, подушки, циновки, ковры, керосиновая лампа, жаровня, глиняная печь для выпекания хлеба и металлическая ванна – словом, все необходимое. Кровля прохудилась и нуждалась в починке, но перед Картером стояла другая задача – назначить смелого и знающего начальника охраны.

В дверь постучали. Картер открыл и удивленно воскликнул:

– Ты ли это, друг мой Гургар!

– Да, мистер Картер. Я пришел с фронта и готов взяться за работу.

– Видишь, мне вновь улыбнулась удача!

– Вас нужно обустроить как следует. Понадобится секретарь, конюх, повар, сторож, водонос…

– Нет, Ахмед! Никто мне не понадобится.

38
{"b":"30832","o":1}