ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я думал, вы терпеть его не можете!

– Научная объективность велит признать его достоинства. Я направил ему договор в надежде на то, что он согласится на ваши условия.

– Сомневаюсь!

– Не забывайте, Картер любит Египет больше, чем самого себя! Гробница Тутанхамона – смысл его жизни.

* * *

Картер по-прежнему блестяще читал лекции, но по их окончании замыкался и безвылазно сидел в гостинице. Его мучили новости из Каира – парламент проголосовал за то, чтобы выделить большие деньги, примерно двадцать тысяч долларов, на ведение работ в гробнице Тутанхамона при условии, что в них не будет принимать участия ни Говард Картер, ни сотрудники музея «Метрополитен». Однако никто из археологов так и не представил свою кандидатуру на этот заманчивый пост.

Казалось, все пропало! Картер написал большое письмо о кознях правительства Египта и Лако. Сначала он собирался его опубликовать, но передумал.

Летом Говард покинул Америку и на борту лайнера «Мавритания» прибыл в Англию. Он страшно скучал по Египту. Время растравляло его раны. Путешествие не принесло ни малейшего облегчения. Картер чувствовал себя совершенно разбитым.

Его приезд не вызвал ни малейшего оживления в местной прессе. Кипучая американская деятельность сменилась серыми лондонскими буднями. Картер вскоре уехал в Хайклер, к леди Эвелине.

– Я читала американские газеты. Вы имели оглушительный успех.

– Это смешно.

– Напрасно вы так говорите, Говард. Отныне вы – звезда!

– Пока я изгнан из Египта, мне это безразлично.

– Ах да, ваша любовь…

Картер промолчал. Эвелина провела его в библиотеку к матери, которая сидела в кресле и читала сонеты Шекспира. После обмена любезностями леди Альмина воскликнула:

– Позиция Египта неприемлема! Что мне ответить этим негодяям?

– Уступить.

– От вас ли я это слышу?

– Прошу вас. Я бессилен!

Леди Альмина изумленно притихла.

– Отец бы никогда не согласился! – твердо заявила Эвелина.

– Позволю себе предположить, что он ценил духовный поиск выше материальных благ, – заметил Говард.

– Что же мне делать? – снова спросила леди Альмина.

– Откажитесь от своей доли находок. Они вам все равно ничего не отдадут.

– Но ведь мне надо возместить издержки! Наше состояние не безбрежно. Что еще?

– Мы должны обещать, что будем во всем им подчиняться.

– Значит, вы предлагаете безоговорочно им сдаться?

– Да.

– А что мы получим взамен?

– Возможность работать.

– Я подумаю.

* * *

Последний летний месяц выдался дождливым. Картер и леди Эвелина проводили много времени вдвоем, но были немногословны. Картер не пытался оправдаться, хотя знал, что любимая считает его трусом.

Тринадцатого сентября леди Альмина направила письмо министру общественных работ. Она принимала условия нового договора, но напоминала, что ее покойный муж более десяти лет оплачивал бесплодные раскопки, лелея надежду на крупное открытие и последующее возмещение издержек. Ведь даже научные общества получали произведения искусства в знак признательности за финансовую помощь! Леди Альмина призывала министра провести полную инвентаризацию гробницы и прийти к справедливому решению. Именно об этом она рассказала Картеру, сидя в гостиной у камина. Подали портвейн.

Ливанские кедры гнулись под резкими порывами ветра, а на могиле графа под ледяными струями дождя лежала мертвая птица.

90

Взвешенное, рассудительное и сдержанное письмо леди Альмины поставило министра в трудное положение. Он уже рассорился с Лако, его возненавидели подчиненные и раскритиковала пресса, и это вовсе не нравилось премьер-министру. Общество роптало, что Картеру все не находилось замены, а подковерная возня Лако тем временем принесла свои плоды – ни один специалист не хотел заниматься самым ценным в мире саркофагом, да еще и на выставленных унизительных условиях.

Министр не думал, что леди Карнарвон и Картер сумеют достойно выйти из положения. Он ожидал, что археолог начнет строчить кляузы и сам себя дискредитирует. Однако под угрозой оказалась его собственная репутация!

* * *

В Лондоне Картер затосковал. Леди Альмина думала, что ответ из министерства не заставит себя ждать. Однако прошло уже более двух месяцев, но никто не спешил звать Картера обратно в Долину. Он каждое утро с нетерпением ждал почтальона, но письма все не было.

Министр молчал, невзирая на официальные запросы и недовольство разных слоев общества в Америке, Европе и даже в самом Египте. Картер уже с лихвой заплатил по долгам, и теперь мир жаждал восстановить справедливость. Всем не терпелось узнать побольше о Тутанхамоне, но только Картер был достаточно сведущ для того, чтобы исследовать царскую гробницу.

Но министр молчал.

Звонок раздался в семь утра. Картер вскочил с кровати и бросился к телефону.

– Вы уже видели газеты? – раздался в трубке голос Эвелины.

– Нет.

– Значит, пойдите и купите!

– А что там?

Но Эвелина уже повесила трубку.

Картер быстро оделся и выбежал на улицу. Он накупил газет и стал их лихорадочно просматривать. Оказывается, премьер-министр Саад Заглул подал в отставку, а за ним и все правительство! У ярого борца за независимость не оставалось выбора – после убийства губернатора Судана сэра Ли Стака Великобритания ввела в страну войска. Но главное – в отставку вышел и министр общественных работ!

Прочтя имя нового премьер-министра, Картер расцеловал газетную страницу. Им стал его старинный друг Ахмед Паша Зиуар, который в самое тяжелое время протянул ему руку помощи.

* * *

Ах, какая теплая каирская зима! В Египте Картер ожил. Даже шумная столица казалась ему раем.

За все время вынужденного отсутствия страна переменилась. Народ, который прежде неприязненно относился к англичанам, теперь просил у Великобритании защиты от террористов, убивавших невинных людей и сеявших в больших городах смуту. Партия «Вафд» и другие борцы за независимость были посрамлены.

По пути в Управление раскопками и древностями Картер столкнулся с новым премьер-министром. Мужчины крепко обнялись.

– Давно ты в Каире, Говард?

– Сегодня приехал! И сразу встретил тебя, господин министр.

– Тутанхамон благословил тебя, друг мой! Заглул и его приспешники были несправедливы, знаю. Я помогу тебе, не сомневайся! Скоро ты вернешься к своему фараону.

Картеру казалось, что он грезит.

– Ахмед! Если б ты только знал…

– Молчи. Счастье немногословно.

* * *

Могущественный лорд Алленби был рад – дело Тутанхамона принимало хороший оборот. Конечно, патриоты не унимались, но сил, чтобы опорочить археолога, у них уже не осталось. Ради престижа Великобритании требовалось, чтобы работы в гробнице Тутанхамона вел именно Картер. К тому же, если в Долину царей хлынет людской поток, это немало поспособствует развитию экономики страны! А стоит Картеру приняться за работу, как туристы не заставят себя ждать.

Лорд Алленби связался с новым премьер-министром, расхвалил ему Картера и разругал коварного Лако. Зиуар держался настороженно. Не желая усугублять конфликт, он предложил Картеру изложить свои дальнейшие планы в письменном виде.

Говард был несколько удивлен и раздосадован, но тем не менее исполнил просьбу друга. Затем он испросил аудиенции у Зиуара, и тот назначил ему встречу в клубе Мохамеда Али, подальше от чужих взглядов.

– Ты получил мое письмо, поэтому знаешь, что я хочу поскорее вернуться в гробницу Тутанхамона! Прочее забыто.

– Не беспокойся, все наладится! Однако неплохо бы оставить притязания на находки. Если бы леди Карнарвон направила нам официальное письмо с отказом от своей доли древностей, дело решилось бы быстрее. А то народ может подумать, что его хотят обобрать!

73
{"b":"30832","o":1}