ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я все же попытаюсь убедить тебя остаться со мной.

— Напрасный труд, я выполню свою задачу телохранителя и закончу на этом. Моис будет главным строителем, Амени советником, а Аша главой дипломатии. Так лучше для всех!

— Ты уже формируешь мое правительство? — удивился Рамзес.

Сетау пожал плечами.

— А что если мы попробуем восхитительное вино, предложенное нам правителем? — предложил Аша.

— Да будут боги благосклонны к Рамзесу и даруют ему жизнь, процветание и здоровье, — провозгласил Амени.

Шенар не был на корабле правителя, но владел отныне прекрасным судном, на борту которого находилось сорок моряков. Будучи начальником протокола, он пригласил многих знатных людей, большая часть которых не благоволила к Рамзесу. Старший сын Сети воздерживался от того, чтобы присоединиться к их критическим речам и внимательно изучал будущих союзников. Молодость и неопытность Рамзеса казалась им непреодолимыми недостатками.

С некоторым удовлетворением Шенар заметил, что его великолепная репутация осталась незыблемой, а его брат проигрывал в сравнении с Сети. Брешь была пробита, оставалось лишь расширить ее и использовать малейшую возможность, чтобы ослабить молодого фараона.

Шенар предложил своим гостям плоды жожоба и свежее пиво. Его любезность и сдержанные речи нравились большинству придворных, и многие отметили в непринужденных беседах достоинства старшего брата, вынужденного уступить решающую роль.

Уже целый час человек среднего роста с подбородком, украшенным острой бородкой, одетый в тунику с разноцветными лентами, терпеливо ждал, когда его примут. Он казался смиренным и терпеливым, не проявляя никаких признаков волнения.

Как только возникла передышка, Шенар сделал ему знак подойти.

Человек почтительно поклонился.

— Кто ты?

— Меня зовут Райя, я сириец по происхождению, но работаю в Египте как независимый купец уже многие годы.

— Что ты продаешь?

— Запасы мяса высокого качества и прекрасные вазы, привезенные из Азии.

Шенар нахмурился.

— Вазы?

— Да, принц, прекрасные предметы, которые есть только у меня.

— Тебе известно, что я собираю редкие вазы?

— Я недавно узнал об этом, поэтому я хранил их, чтобы показать вам в надежде, что они вам понравятся.

— Твои цены высоки?

— Это зависит от обстоятельств.

Шенар был заинтригован.

— Каковы твои условия?

Из плотного мешка Райя вынул маленькую вазу с тонким горлышком из массивного серебра, украшенным пальметками.

— Что вы думаете об этой, принц?

Шенар был восхищен, капли пота выступили на висках, руки стали влажными.

— Произведение искусства… невероятное произведение искусства… Сколько?

— Разве не подобает преподнести подарок будущему царю Египта?

Старший сын Сети решил, что плохо расслышал.

— Это не я, а мой брат Рамзес будущий фараон… Ты ошибся, торговец. Так какова твоя цена?

— Я никогда не ошибаюсь, принц, в моем ремесле ошибка непростительна.

Шенар отвел взгляд от восхитительной вазы.

— Что ты пытаешься сказать мне?

— Что много людей не желают правления Рамзеса.

— Он будет коронован через несколько дней.

— Возможно, но разве на него не обрушится сразу множество трудностей?

— Кто ты на самом деле, Райя?

— Человек, верящий в ваше будущее и желающий вашего восхождения на египетский трон.

— Что тебе известно о моих намерениях?

— Разве вы не заявили о желании больше торговать с другими странами, уменьшить высокомерие Египта и завязать лучшие экономические связи с самыми сильными народами Азии?

— Ты хочешь сказать… с хеттами?

— Мы понимаем друг друга.

— Так значит, ты шпион у них на службе… Хетты благосклонны ко мне?

Райя подтвердил его слова кивком головы.

— Что ты мне предлагаешь? — спросил Шенар, все еще взволнованный видом удивительной вазы.

— Рамзес вспыльчив и воинствен, как и его отец, он хочет утвердить величие и превосходство Египта. Вы человек здравомыслящий, с которым возможно договориться.

— Я рискую своей жизнью, Райя, если я предам Египет.

Шенар вспомнил о знаменитой казни жены Тутанхамона, обвиненной в сговоре с врагом, хотя и пробудившей сознание страны.

— Когда желаешь высшей власти, разве можно избежать риска?

Шенар закрыл глаза.

Хетты… Да, он часто думал о том, как использовать их в качестве союзников, но это была лишь идея, лишенная всякой реальности. И вдруг она материализовалась в лице этого обычного торговца, выглядевшего совершенно безобидно.

— Я люблю свою страну…

— Кто сомневается в этом, принц? Но вы предпочитаете власть. Лишь союз с хеттами гарантирует ее вам.

— Мне нужно подумать.

— Это роскошь, которую я не могу вам предоставить.

— Ты хочешь немедленного ответа?

— Этого требует моя безопасность. Открывшись, я оказал вам большое доверие.

— А если я откажусь?

Райя не ответил, но его взгляд стал пристальным и непроницаемым.

Внутренний спор Шенара длился недолго. Разве судьба не предоставляет ему сильного союзника? Он сможет владеть ситуацией, правильно оценить опасность и извлечь выгоду из подобных действий, не подвергая Египет опасности. Конечно, он продолжит манипулировать Ашой, не информируя его о своих связях с главным врагом Обеих Земель.

— Я согласен, Райя.

Купец чуть улыбнулся.

— Ваша репутация — не преувеличение. Мы увидимся через какое-то время, принц, так как я стану одним из ваших поставщиков ценных ваз, никто не удивится моим визитам. Прошу вас, сохраните эту, она скрепит наш союз.

Шенар тронул великолепную вещь. Будущее начало проясняться.

12

Рамзес помнил каждый камень в Долине Царей, этой «великой долине», абсолютно бесплодной, которую открыл ему его отец, приведя в гробницу первого Рамзеса, основателя династии, старого визиря, выбранного советом старейшин, чтобы дать толчок новой линии правителей. Он правил лишь два года, доверив Сети заботу освятить могущество, а теперь эта ноша легла на плечи Рамзеса II.

Сердце сжалось, безразличное к невыносимой летней жаре, от которой слабели некоторые из несущих саркофаг, младший сын Сети шел во главе процессии и нес мумию покойного царя к ее последнему жилищу.

На мгновение Рамзес возненавидел это проклятую Долину, которая украла у него отца и приговорила его к одиночеству, но магия этого места снова завладела его душой, магия, превращавшая смерть в жизнь.

Посреди каменного молчания слышен был лишь голос предков, этот голос звучал в свете, в преображении и воскрешении, он внушал почтение и уважение к небесному миру, где были рождены все формы жизни.

Рамзес первый вошел в огромную гробницу Сети, самую длинную и глубокую в Долине. Будущий фараон прикажет, чтобы никто другой не смел затмить ее. В глазах вечности Сети останется непревзойденным.

Двенадцать жрецов несли мумию, Рамзес, одетый в шкуру пантеры, участвовал в ритуале как преемник, и должен был произнести заклинание перехода в загробный мир и возрождения в мире богов. На ступенях прибежища вечности слова ритуала, обретя жизнь, продолжат свое магическое действие и в небытии.

Мумификаторы выполнили свою работу превосходно. Лицо Сети выражало ясность и спокойствие. Казалось, что его глаза вот-вот откроются, а рот заговорит… Жрецы закрыли крышку саркофага, расположенного в центре «золотого жилища», где Исида выполнит магическое действо, превращающее мертвого в живого.

— Сети был справедливым царем, — прошептал Рамзес, — он следовал Закону и был любим светом, и он придет живым на Восток.

По всему Египту брадобреи работали без передышки, чтобы побрить всех мужчин и избавить их от бороды, потому что период траура закончился. Женщины снова укладывали волосы в прически, доверяясь парикмахерам, имеющим разрешение на такую деятельность.

12
{"b":"30834","o":1}