ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

39

Место было замечательным.

Плодородная земля, просторные поля, обильные травы, дорожки, окаймленные цветами, яблони с медовыми плодами, оливковые рощи, пруды, полные рыбы, соляные болота, заросли крепкого и длинного папируса — таким был Аварис, проклятое место, где осталось лишь несколько домов и храм бога Сета.

Это здесь Сети укрепил в Рамзесе силу фараона. Это здесь Рамзес построит свою столицу.

Красота и богатство места удивили Моиса. Евреи и египетские начальники составляли часть похода, который лично возглавлял Рамзес, сопровождаемый своим львом и псом. Настороженный взгляд Серраманны и дюжина разведчиков, что шли впереди, были призваны предупредить об опасности.

Аварис спал под лучами солнца. Здесь жили лишь чиновники без будущего, ленивые крестьяне и сборщики папируса. Город казался обреченным на забвение в вечной смене времен года.

Поход, отправившийся из Мемфиса, сделал привал в священном городе Гелиополе, где Рамзес поднес приношение своему защитнику. Потом они прошли через Бубастис, город, воплотившейся в кошке богини нежности и любви Бастет, находящийся на притоке Нила под названием «воды Ра». Аварис находился на крайней восточной точке «дороги Хора», рядом с озером Мензала, в местности, ведущей в Палестину и Сирию через перешеек Синая.

— Стратегическое расположение первой важности, — подтвердил Моис, глядя на план, предложенный Рамзесом.

— Понимаешь причину моего выбора? Продолженные каналом «воды Ра» позволят нам соединиться с большими озерами, обрамляющими перешеек эль-Катара. На судне, в случае срочной необходимости, мы быстро доберемся до крепости города Силы и укреплений на границе. Я усилю защиту востока Дельты, смогу контролировать попытки завоевания, и быстро получать информацию о малейших волнениях в подзащитных нам областях. Здесь лето будет приятным, войскам не придется страдать от жары и они смогут в любой момент вмешаться.

— Ты видишь далеко вперед, — признал Моис.

— Какое настроение у твоих людей?

— Они кажутся счастливыми, работая под моим руководством. Но лучший стимул, это существенное увеличение жалования, которое ты им назначил, не так ли?

— Нет победы без щедрости. Мне нужен ошеломляющий город.

Моис снова склонился над планом. Будут построены четыре главных храма: на западе храм Амона «скрытого», на юге храм Сета, хозяина места, на востоке храм Ашторет, Сирийской богини, на севере храм Уаджет, «зеленеющей», дающей стране процветание. Около храма Сета большой речной порт, связанный с «водами Ра» и «водами Авариса» двумя широкими каналами, пересекавшими город и обеспечивающими ему прекрасную подачу питьевой воды. Вокруг порта склады, амбары, мастерские и производства. Дальше на севере, в центре города, царский дворец, административные здания, дома знати и жилые кварталы, где жили и состоятельные, и бедные. От дворца шла главная улица, пересекающаяся с правой стороны с дорогой храма Птаха, Создателя, и обе большие аллеи вели вправо к храму Амона, а влево к храму Ра. Святилище Сета было более изолированно с другой стороны канала, связывающего «воды Ра» и «воды Авариса».

Что касается армии, она получала четыре казармы, одну между «водами Ра» и служебными зданиями, три другие вдоль «вод Авариса»: первая за храмом Птаха, вторая напротив жилых кварталов, третья вблизи храмов Ашторет и Ра.

— С завтрашнего дня мастера откроют мастерские по изготовлению глазированной черепицы, — повелел Рамзес. — Все здания, от самого скромного дома до приемной залы дворца, должны сверкать яркими цветами. Кроме того, нужно, чтобы они существовали, в этом и заключается твоя роль, Моис.

Моис очертил пальцем, одно за другим здания, чьи размеры были указаны монархом.

— Работа сложная, но захватывающая. Однако…

— Однако?

— Не гневайтесь, Великий Царь, не хватает одного храма. Я вижу его на свободном месте, между святилищем Амона и Птаха.

— Какому божеству он должен быть посвящен?

— Тому, которое осуществляет действия фараона. Ведь именно в этом храме ты отпразднуешь праздник перерождения?

— Чтобы этот ритуал был выполнен, фараон должен править в течение тридцати лет. Начинать сегодня его постройку означало бы нанести судьбе оскорбление.

— Однако ты оставил свободное место.

— Не думать об этом было бы оскорблением по отношению к моей удаче. В тридцатый год моего правления, к моменту этого праздника, ты будешь в первом ряду среди достойнейших, вместе с нашими друзьями детства.

— Тридцать лет… Какую судьбу приготовил нам Бог?

— Сейчас он направил нас на создание столицы Египта.

— Я разделил евреев на две группы. Первая займется доставкой каменных блоков до стройки храмов и будет работать под руководством египетских надсмотрщиков. Вторая станет изготовлять тысячи кирпичей для твоего дворца и гражданских зданий. Координировать эти две группы будет сложно, боюсь, моя популярность быстро пострадает. Знаешь, как меня называют евреи? Маса, «спасенный из вод»!

— Ты тоже совершил чудо?

— Это старая вавилонская легенда, которая им очень нравится, это игра слов с моим настоящим именем, Моис — «Тот, кто рожден», так как они считают, что я благословлен богами. Разве я не получил образование как знатный и не являюсь другом фараона? Бог спас меня из «вод» нищеты и неудач. Человек, которому так повезло, достоин того, чтобы следовать за ним, вот почему кирпичники мне так доверяют.

— Пусть у них будет всего вдоволь. Я даю тебе право воспользоваться царскими складами в случае необходимости.

— Я построю твою столицу, Рамзес.

Еврейские кирпичники в надвинутых на лоб коротких черных париках с белыми повязками, оставлявшими уши открытыми, с подстриженными бородами, откуда торчала упрямо оттопыренная пухлая нижняя губа, относились к своему ремеслу весьма ревниво. Сирийцы и египтяне пытались с ними соперничать, но лучшими мастерами были и оставались евреи. Работа была тяжелой, под строгим надзором египетских надсмотрщиков, но хорошо оплачиваемой, с большим отпуском. Кроме того, пища в Египте была вкусной и обильной, селились без особых трудностей, а самые смелые даже строили свои собственные дома из оставшегося материала.

Моис не скрывал, что ритм работ на царском строительстве будет быстрее обычного, но значительность вознаграждения компенсировала это неудобство. Участие в строительстве новой столицы обогатит не одного еврея при условии, что на их поте не будут экономить. Трое рабочих в обычном ритме могли сделать восемь или девять сотен маленьких кирпичей за день, но в Пер-Рамзесе надо будет изготовить большую форму 7, для других кирпичей, которые составят фундамент из стен обычного кирпича. За фундаменты отвечали надзиратели каменотесов, а не кирпичников.

С первого дня евреи поняли, что надзор Моиса не ослабнет. Те, кто надеялся наслаждаться долгим полуденным отдыхом в тени, были разочарованы и поняли со всей очевидностью: ритм работы будет сохраняться до завершения постройки столицы. Как и его товарищи, Абнер решил, не жалея сил, смешивать нильский ил с рубленой соломой, получая сразу прекрасную смесь. Места для работы было предостаточно. Многолетние отложения ила увлажняли водой, отведенной из канала в специальный ров, где рабочие под ритмичные песни обрабатывали материал мотыгами и тяпками, добиваясь однородности материала, от которого зависело качество будущих кирпичей.

Абнер был полон сил и знал свое дело. Когда он считал, что смесь готова, он наполнял корзину, которую рабочий относил на плечах в мастерскую, где глину раскладывали по деревянным формам. Выемка из формы была сложной операцией, при которой иногда лично присутствовал Моис. Кирпичи выкладывались на очень сухой пол и сушились в течение четырех дней, перед тем как их складывали и отправляли на разные стройки, начиная с самых важных.

Скромный материал — правильно изготовленный кирпич из нильского ила — обладал удивительной прочностью, готовая кладка могла пережить века.

вернуться

7

38х18х12 сантиметров.

42
{"b":"30834","o":1}