ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вот другие максимы Птах-Хотепа, — сказал генерал Сепи. — Из стен этой школы скоро выйдет много папирусов, содержащих полный текст этого главного труда:

Когда слух хороший, то и слова хорошие.
Тот, кто слушает, является хозяином того, что полезно;
Слушать — полезно тому, кто слушает.
Слушать — это самое лучшее,
(Так) рождается совершенная любовь[25].

Внезапно Икеру показалось, что он больше не переписывает под диктовку, а пишет самостоятельно. Он не довольствовался тем, что передавал на письме уже построенные кем-то фразы, он участвовал в их создании. Формой своих штрихов, особенностью своего рисунка он придавал мыслям мудреца ранее неизвестный оттенок. Это было пустячным делом — да, разумеется! Тем не менее впервые ученик почувствовал силу письменного текста. После уроков Икер подмел класс. Выходя, он наткнулся на группу одноклассников, которых возглавлял злобный чернявый коротышка.

— Перестаньте придумывать новые подлости, — посоветовал им Икер. — Больше я этого вам просто так не спущу.

— Думаешь, ты нас испугал? Нас десять, а ты совсем один!

— Я терпеть не могу драки. Но если вы и впредь будете мне досаждать, придется вам хорошенько задать.

— А ну попробуй!

В ярости коротышка попытался ударить Икера своим крепким кулаком.

Не поняв даже, что с ним происходит, он пролетел в воздухе и тяжело упал на спину. Бросившегося вслед за ним в атаку его подручного постигла та же участь. И когда третий, самый мускулистый из хулиганской команды, оказался в таком же унизительном положении, что и его товарищи, остальные отступились от Икера.

По взгляду, которым на них смотрел Икер, все поняли, что он мог действовать и гораздо более жестко.

— Он, конечно, получил военную подготовку! — не удержал испуганного возгласа самый худенький из компании. — Этот парень способен нам всем переломать кости. Давайте оставим его в покое, пока он и в самом деле не разозлился.

После таких речей даже коротышка вынужден был промолчать.

Пока эта побитая стайка наглецов удалялась, Икер возблагодарил богов за посланную удачу. Если бы этим ребятам пришла в голову мысль напасть всем одновременно, то Икер потерпел бы поражение. И еще он мысленно поблагодарил Хнум-Хотепа за то, что тот силком заставил его учить науку воинов.

По дороге к столовой Икер наблюдал за ибисом: его полет был таким величественным, что ученик писца остановился, чтобы полюбоваться им.

Птица бога Тота принялась описывать большие круги над Икером, словно хотела дать ему понять, что обращается именно к нему. Потом она полетела в сторону Нила, снова вернулась к юноше и снова направилась к реке.

Икер пошел вслед за ней. Несколько раз ибис повторил свои полеты над Икером. Воспользовавшись своим опытом бега на выживание, ученик писца в рекордное время пробежал то расстояние, которое отделяло его от Нила. Птица ждала его над зарослями папируса. На несколько мгновений ибис замер над зонтиками цветов, ткнул в них своим острым клювом, а затем взмыл высоко в небо.

Без всякого сомнения, посланник бога писцов привел его в это пустынное место, чтобы он здесь что-то нашел.

Забираться в чащу этих зарослей было небезопасно. Там могли скрываться крокодил или змея. И Икеру пришлось несколько раз сильно топнуть ногой, прежде чем раздвигать стену густых стеблей и войти в заросли папируса.

Стоны пригвоздили его к месту.

В зарослях плакал ребенок!

Позабыв об опасности, быстро, как только мог, Икер бросился вперед и наткнулся на... осленка! Маленький серый комочек, с перебитой ногой, свернувшийся клубком и весь сжавшийся от страха, лежал, ожидая смерти.

Медленно, чтобы не испугать малыша, Икер освободил его от засохшей корки болотной грязи, пленником которой он стал. У несчастного были лишь кожа да кости, бока провалились.

— Я заберу тебя отсюда и выхожу — сказал ему Икер. — Будешь жить со мной.

Большие карие, полные ужаса глаза осленка говорили о том, что у него сохранились недобрые воспоминания о первых опытах общения с человеком.

Чтобы успокоить его, Икер присел рядом и сделал попытался приласкать животинку. Раненый осленок задрожал от страха, уверенный, что сейчас его еще и побьют. Прикосновение ласковой и теплой руки было удивительно и успокаивало. Постепенно юный писец завоевал его доверие.

— Нужно выйти отсюда и накормить тебя.

Серый комочек был совсем невесомым. Икер боялся, как бы его движения не вызвали отчаянного сопротивления малыша. Но осленок, напротив, прижался к нему, почувствовав себя наконец в безопасности.

Неожиданно, когда его спаситель выбрался на дорогу, которая вела к крестьянским посевам, осленок забился и застонал. Причину его страха угадать было нетрудно: какой-то вооруженный вилами крестьянин быстро шел к ним большими шагами.

— А ну, брось это чудовище в болото, — грубо закричал он, — и пусть там его сожрут крокодилы!

— Где ты видишь чудовище? Это всего лишь раненый изголодавшийся осленок!

— Ты плохо его разглядел!

— А я считаю, что хорошо! И я заявляю, что с ним плохо обращались. Если виноват в этом ты, то тебя накажут.

— Виноват в том, что избавился от зловредного создания? Да меня наоборот похвалят!

— Почему ты его так называешь?

— Я тебе сейчас покажу.

— Нет, не подходи!

— Посмотри, вон там, на затылке! Видишь — отметина!

Икер увидел несколько рыжих волосков.

— Эта скотина — порождение Сета, она приносит несчастье!

— В то место, куда ты бросил этого осленка, предварительно избив его, меня привел ибис Тота. Ты веришь в то, что бог писцов не способен отличить добра от зла?

— Но пятно... Ведь рыжие — это порождение Сета!

— Возможно, это животное будет обладать его силой и одновременно будет очищено от зла ибисом Тота.

— А ты кто такой?

— Я — ученик писца из класса генерала Сепи.

Тон крестьянина изменился.

— Хорошо, может быть, все можно уладить. Этот осленок — моя собственность, но я дарю его тебе при условии, что ты не подашь на меня жалобу.

— Ты многого от меня хочешь.

— Послушай, я считал, что поступаю хорошо, и суд наверняка меня оправдает! Откуда я мог знать, что сюда вмешается Тот?

— Хорошо, друг, сделка заключена.

Счастливый оттого, что так дешево отделался, крестьянин убрался восвояси. Почти тотчас же осленок снова оживился.

Когда с севера подул мягкий бриз, серый комочек потянул с интересом воздух. В его глазах наконец-то появилось любопытство к тому миру, который его окружал. Глазами, полными бесконечной любви и признательности, осленок посмотрел на своего спасителя. Он пробуждался к жизни.

— Твое имя само нашло тебя, — сказал Икер. — Тебя будут звать Северный Ветер.

35

Спрятавшись в Дельте, в двух днях ходьбы от города Имет, Кривая Глотка и его ученики жили охотой и рыбной ловлей. Каждый день они пировали, а их начальник пользовался этим, чтобы еще больше ужесточать тренировки. В таком месте было легко организовывать засады и воображать парады. Два новобранца потеряли здесь свои жизни, но речь шла о подготовке минимума бойцов, удовлетворяющих жестким требованиям. Кривая Глотка убеждался, что его работа приносила свои плоды и что его спецбойцы вскоре будут готовы к действиям.

Стать главарем самой сильной банды грабителей, которых когда-либо видала земля египетская, — такова была цель Кривой Глотки. Он принесет столько страданий своим врагам, что в конце концов они будут произносить его имя с трепетом.

— Часовой сигналит нам о появлении чужаков, шеф.

— Невозможно... Ну, мы сейчас и повеселимся! Все по местам.

Такая «неожиданность» была, разумеется, предусмотрена. И команда Кривой Глотки была приготовлена, чтобы уничтожить нарушителей спокойствия.

вернуться

25

Птах-Хотеп. Максима 39 (см.: Жак К. Учение египетского мудреца Птах-Хотепа).

36
{"b":"30835","o":1}