ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
НЛП. Большая книга эффективных техник
Женщина в окне
Тайная жизнь влюбленных (сборник)
Павел Кашин. По волшебной реке
Клад тверских бунтарей
Микробы? Мама, без паники, или Как сформировать ребенку крепкий иммунитет
План Б: Как пережить несчастье, собраться с силами и снова ощутить радость жизни
Союз капитана Форпатрила
Скиталец
A
A

— Вот Икер, писец, назначенный в снабжение. Он...

— Я знаю, что нужно будет делать ему и что нужно делать мне, интендант.

Интендант поспешил уйти, пока Херемсаф рассматривал Северного Ветра.

— Это что такое?

— Мой осел, он...

— Я еще способен отличить осла от человека, даже если порой разница невелика. Зачем он тут?

— Северный Ветер возит мои письменные принадлежности.

— Откуда у тебя инструмент писца?

— Его мне подарил генерал Сепи, мой учитель из провинции...

— Мне известно, кто такой Генерал Сепи и в какой провинции он преподает. Когда он исключил тебя из своего класса и за что?

— Меня не исключали! Поскольку я был его лучшим учеником, господин Джехути поручал мне трудную работу.

— Даже самые осторожные допускают просчеты. В чем состояла твоя работа?

— Я составлял список положительных и отрицательных сторон потенциала провинции. Я детально изучил отчеты других писцов и составил для Джехути критическое описание.

Херемсаф пожал плечами.

— Ты слишком молод, чтобы тебе поручали такое деликатное дело.

— Уверяю вас, что...

— Я знаю профессию, а ты — нет. В действительности же тебе было поручено разобрать старые архивы. Ты должен научиться слушать, потоку что слушать — это лучше всего. Когда слух хороший, то и слова хорошие.

— Бог любит того, — добавил Икер, — кто слышит.

— Ты знаешь Максимы Птах-Хотепа? Тем лучше. В особенности не забудь вот о какой: невежда не слушает, он рассматривает знание как незнание и живет тем, от чего умирают. А теперь говори правду: почему ты хочешь работать в Кахуне?

— Потому что именно здесь формируются самые лучшие писцы царства.

— И ты хочешь стать одним из них! Тебе, без сомнения, ведомо, что жадность — худший из недостатков, неизлечимое зло, источник всех зол.

— Желать совершенствоваться в своей профессии — разве это жадность?

— Потом увидим. Ты уверен, что сказал мне все?

— На данный момент, да.

— Тебе повезло, у меня в стойле как раз есть место. Но туда я принимаю только трудолюбивых и дисциплинированных ослов. Те же требования я предъявляю и к тебе. Моя кухарка будет готовить тебе еду. И, напротив, моя служанка не станет заниматься уборкой твоей комнаты. Сам тщательно все убирай, иначе выгоню. Этот дом должен оставаться образцом частоты. В случае, если возникнут какие-либо проблемы, не спеши необдуманно разрешить их сам. Спросишь совета у меня и поступишь согласно моим инструкциям. Быстро устраивайся, мы уезжаем через час.

Когда Икер увидел свое новое жилище, он позабыл резкость своего нового хозяина. Комната была просторная, светлая, в ней были две циновки отличного качества, низкая кровать с изголовьем и подушкой, с простынями из тонкого льна — для лета, и из грубого — для зимы, сундуки для хранения вещей и два масляных светильника!

Еще не придя в себя от удивления, Икер отвел своего осла в стойло, находившееся позади дома, недалеко от кухни под открытым небом. И здесь Икера не постигло разочарование. У Северного Ветра было большое пространство, отведенное для него одного, много корма и полный бак воды.

— У меня сложилось впечатление, что придется заслужить эту удачу.

Осел поднял правое ухо.

— Пей, сколько хочешь, и ешь досыта, Северный Ветер, но не опаздывай! Я уверен, что наш начальник не выносит даже минимальных опозданий.

Икер не ошибся. Херемсаф уже ждал его на пороге своего дома.

— Этот осел выдержит вес и моего собственного писцового инструмента?

— Что ты об этом думаешь, Северный Ветер? — спросил Икер.

Животное согласилось.

— Если я правильно понял, — удивился Херемсаф, — решает — он!

— Он мой единственный друг.

Поджав губы, Херемсаф прикрылся своей табличкой, досками для записей и сумкой с кисточками.

— Вперед.

Во всем городе царила благоговейная атмосфера. Даже подметальщики, которые мели центральную дорогу и прилегающие к ней вспомогательные улицы, не окликали друг друга.

— Сразу внесем в ситуацию ясность, — сказал Херемсаф. — Фараон назначил меня интендантом пирамиды Сесостриса II и храма Анубиса. Поэтому в моем ведении — поставка кувшинов с пивом, хлеба, мяса, зерна, масла, ароматов, проверка счетов, работа чиновников, распределение продуктов питания и еще ведение ежедневных записей в книге. Эта огромная нагрузка не оставляет мне нисколько свободного времени. Следовательно, те, кто работает под моим началом, должны доказать свою компетентность. Здесь не место любителям.

Участок, где располагались зернохранилища, произвел на Икера огромное впечатление. Достаточно было увидеть их число и размеры, чтобы понять, что жителям Кахуна голод не грозит! Определенно, маленький городок пользовался огромными монаршими милостями!

— Что ж, показывай себя! — сказал Херемсаф.

Писец вынул свой инструмент. На одной табличке он отметил количество изолированных зернохранилищ, потом заинтересовался теми, что стояли группами и имели размеры от двух до восьми метров в высоту. Затем обошел их внутри, проверил качество кирпича, прочность и герметичность сводов, которые необходимы для предотвращения появления гнили.

Когда солнце стало садиться, Икер снова подошел к своему начальнику.

— Мне понадобится несколько дней, чтобы убедиться в том, что в этих хранилищах нет каких-либо недостатков. Я должен привести в порядок свои записи и сделать более углубленные наблюдения.

Херемсаф воздержался от комментария.

— Я отправляюсь в храм Анубиса. Возвращайся домой, там тебе приготовлен обед. С раннего утра тебе снова нужно быть здесь.

Крышки, которые предназначались для закрывания загрузочных отверстий в верхней части зернохранилищ, были в порядке, но зато некоторые дверцы отверстий для выгрузки, находившиеся по переднему фасаду, двигались в своих петлях плохо. Икер сделал соответствующие наброски и в подробном отчете изложил риск. Впрочем, это были всего лишь детали по сравнению с главной аномалией. Погруженный в свои раздумья, юноша искал способ изложить свои мысли с наибольшей ясностью. Вдруг его кто-то хлопнул по плечу.

— Это ты — новый писец в управлении снабжения? — спросил у него крупный и потный человек лет пятидесяти.

— Я всего лишь помощник Херемсафа.

— Херемсаф — зануда. Он ненавидит все человечество и находит удовольствие лишь в том, чтобы делать гадости себе подобным.

— Мне не в чем пожаловаться на своего начальника.

— Ничего, это быстро появится! Чем занимаешься?

— Я должен убедиться в хорошем состоянии зернохранилищ.

— Теряешь время. Здесь — никаких проблем.

— Как ты можешь быть в этом уверен?

— Потому что в прошлом году сам занимался их изучением. Говорю тебе, никаких проблем.

— У меня в этом меньше уверенности.

— Ты что это, друг? Я — опытный и известный писец. Никто не смеет подвергать сомнению мои слова.

— В таком случае, почему же ты отсюда ушел?

— Скажи, какой любопытный! Хочу взглянуть на твой отчет.

— Об этом и речи не может идти. Он предназначен только Херемсафу, и никому, кроме него.

— Ну-ну! Какие церемонии между коллегами! Ведь мы не должны подставлять друг другу ножку.

— Сожалею, но не могу.

— По крайней мере, скажи, что ты нашел не в порядке!

— Эти сведения интересны только моему начальнику.

— Так, прекратим эти бесконечные разговоры! Мы в Кахуне живем спокойно и не любим проныр. Тебе понятно?

— Более или менее.

— Ты что, нарываешься на неприятности?

— Я только хочу спокойно работать.

— Если будешь продолжать в том же духе, вряд ли тебе это удастся! Послушай меня внимательно: эти зернохранилища в полном порядке, и в них нет никаких изъянов, потому что ими занимался я. Понятно?

— Совершенно.

— Ну вот и хорошо! Между профессионалами доброй воли все всегда улаживается.

— Мне не хватает только одной детали — твоего имени. Но я его легко узнаю, и, таким образом, мне станет известен человек, который виноват в серьезных неполадках, которые я опишу в своем отчете.

53
{"b":"30835","o":1}