ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Это решение вывести можешь только ты сам на основании собственных деяний. Если это случится, Осирис сам позовет тебя. Вот тебе новая служебная печать – одновременно могущественная и опасная. Используй ее только по важному поводу.

Сесострис вручил Икеру кольцо-печатку, на котором были вырезаны его имя и титул.

Впервые юноша ощутил, какая на него легла ответственность.

Он больше не задиристый юнец, не искатель приключений. Он – одно из звеньев во власти фараона, без которого на Обеих Землях воцарились бы хаос и несправедливость.

– Великий Царь, неужели я?…

– Никто не достоин такого пути, Икер. И все же нужно взять на себя этот груз. Огромный змей с острова КА не сумел спасти свой мир, и его испепелило пламя. Мемфис чуть не постигла та же судьба, но он устоял. Мы не отдадим Египет в руки Провозвестника.

Икер смотрел на кольцо. Оно сильно отличалось от прежней печати Царского Сына, которой он так и не осмелился воспользоваться. Да, сегодня, именно сегодня он стал понемногу осознавать, какой груз ответственности лег на его плечи.

– Приходи на военный совет Несмонту, – приказал фараон, – и не смущайся, говори. Но прежде зайди на главную пристань. Там тебя ждут.

Корабль готовился сняться с якоря.

На его борту в длинном красном платье стояла Исида и любовалась рекой.

Но вот на пристани появилась группа: Икер в сопровождении Северного Ветра и Кровавого. Все повернули головы. Исида ахнула…

Ослик тут же подставил свою шею под ласковые руки юной жрицы, а пес жалобно заскулил, ревнуя и требуя для себя такой же привилегии. Несмотря на его огромный рост и внушавшую окружающим трепет сильную челюсть, Исида немедленно бесстрашно обняла его могучую голову.

– Кровавый вас удочерил, – констатировал Икер. – В Сирийской Палестине он был моим телохранителем и покровителем. Мне пришлось бежать без него, но ему удалось меня разыскать.

– Северному Ветру, кажется, эта компания нравится.

– Да, они стали настоящими друзьями! А вы… уезжаете из столицы?

– Я возвращаюсь на Абидос… Знаете, я была уверена, что вы сумеете выжить и вернетесь из этого страшного испытания.

– Я вернулся только благодаря вам, Исида. Когда надежда меня покинула, я вдруг увидел вас. Вы явились мне и указали путь. Только вы одна позволили мне побороть отчаяние и вернуться в Египет.

– О, вы преувеличиваете мою власть, Икер!

– Разве вы не владеете магией Абидоса? Если бы не ваша помощь, ваши приносящие утешение мысли, я бы не выдержал. Как убедить вас в том, что я говорю правду? Как стать мне достойным вас? Милостиво почтив меня своим поучением, фараон открыл мне глаза на обязанности Царского Сына: наполнять свой разум справедливыми мыслями, быть осторожным, соблюдать сдержанность в словах, побеждать свой страх, отстаивать правду даже ценой собственной жизни, проявлять только прямую и цельную волю, не уступать жадности, развивать в себе способность проникать мысленным взором в невидимое… У меня нет этих качеств, Исида, но я вас люблю…

– Теперь, после всего, что вы совершили, перед вами открывается великий путь. А я всего лишь жрица, единственное желание которой – не покидать Абидос…

– Мое единственное желание – жить рядом с вами.

– Но в этот страшный для Египта час колеблется весь наш мир! Разве мы имеем право думать о любви?

– Я вручаю вам свою любовь, Исида. Если вы ее разделите, то неужели это не придаст нам обоим сил перед лицом врага?

– В чем заключается ваше новое предназначение?

– Работать вместе с Домом Царя и обеспечивать безопасность территории. Раз мы не попали в сирийско-ханаанскую западню, то Провозвестник нанесет новый удар. Возможно, в самом Египте.

– Под угрозой остается и Абидос, – тихо сказала юная жрица. – Его жителей могла постигнуть та же участь, что и население Мемфиса. Этот демон хотел убить служителей и ослабить священную землю Осириса.

– Значит, вы сами в опасности!

– В борьбе значение имеет только Древо Жизни. Если жертва моей жизни могла бы его спасти, я не стала бы колебаться.

Под внимательными взглядами осла и сторожевого пса, старательно вслушивавшихся в разговор, Икер подошел к Исиде.

– Исида, вы уверены, что вы меня не любите?

Юная жрица смутилась.

– Мне бы очень хотелось сказать «да», но я не могу солгать. Однажды в меня подняли на пьедестал, символизировавший Маат, и я поклялась всегда говорить только правду. Какой бы она ни была.

– Я тоже прошел через этот ритуал, – сказал Икер. – И тоже принес такую клятву. Не так давно сириец Аму пожелал меня женить. И я решил бежать, рискуя погибнуть. Каково бы ни было ваше решение, Исида, вы навсегда останетесь единственной женщиной моей жизни…

Капитан нервничал. Если учесть, сколько по Нилу движется судов, то ему приходилось дорожить каждой минутой затишья, чтобы поднять якорь.

– Когда мы снова увидимся?

– Не знаю, Икер.

Она медленно вошла по трапу, словно сожалела, что не может более продлить это свидание. А может быть, это Икеру лишь кажется, и он цепляется за малейшую надежду?

Доклад Несмонту был обстоятельным, и его доводы показались всем убедительными. Старый генерал обладал удивительной способностью видеть выгоды в новом положении дел. Он предложил за необычайно короткий срок таким образом сгруппировать военные силы страны, чтобы эта новая диспозиция стала для врага полной неожиданностью. Численность войск, находящихся на территории Сирийской Палестины, предполагалось свести к минимуму. Но при этом войскам предстояло продолжать играть там важную роль, обеспечивая статус-кво, арестовывая и ограничивая деятельность разного рода смутьянов, способствуя распространению дезинформации, призванную сеять раздоры между вождями племен и различных группировок.

В Египте национальная армия не выглядела монолитной, тяжелой для переброски из одного конца страны в другой. Напротив, это была совокупность полков, в каждый из которых входили сорок лучников и сорок пикинеров под командованием офицера. В полку были также знаменосец, капитан судна, писец, интендант и картограф.

Офицеры подчинялись только приказам Несмонту, который, в свою очередь, координировал развертывание и действия всех войск на территории. Войска использовались главным образом для охраны стратегических объектов и пристаней. Местная стража занималась обеспечением безопасности горожан и жителей селений. Существовала и еще одна армия – армия писцов, которые контролировали военные поставки и товары. Были предприняты все меры к тому, чтобы трагедия, произошедшая в Мемфисе, больше нигде в стране не повторилась.

– В состоянии ли египетская администрация обеспечить нужные расходы? – спросил визирь.

– Разумеется, – ответил Сенанкх. – Наши военные силы будут обеспечены всем необходимым.

– А я, со своей стороны, – пообещал Сехотеп, – займусь укреплением пристаней. Тогда маневры судов у берегов будут проходить значительно быстрее, а погрузка и разгрузка войск займет гораздо меньше времени.

– Одобряет ли Царский Сын эти меры? – с едкой иронией спросил Собек.

– Если взаимодействие между стражей и армией не будет иметь каких-либо недомолвок, то вместе они сумеют добиться нужного эффекта.

– Разве ты можешь упрекнуть меня в недосмотре по злому умыслу?

– О, я ничего такого не сказал! Дело в том, что отличное взаимодействие требует больших усилий! – отозвался Икер.

– Что ж, решено. Мне приятно, что все одобрили мой проект, – сказал Несмонту. – Теперь нам остается лишь его исполнить.

Работая рядом с визирем, Икер обучался понимать, как функционируют государственные службы. Скрытая угроза нападения противника была для писцов дополнительным стимулом к тому, чтобы как можно строже и точнее относиться к собственным обязанностям. Поэтому никакая угроза, какой бы серьезной она ни была, не мешала управлениям работать, эффективно применяя закон Маат.

Икер взял для работы свиток с документами, которые подготовил Несмонту. Ему хотелось как следует все обдумать, чтобы к вечеру подготовить свои предложения Сесострису. Но в это время к нему вошел Собек.

37
{"b":"30836","o":1}