ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вот истинная цель наших врагов, – вздохнула Исида. – Несмотря на смерть генерала Сепи, Великий Царь усилил меры по разысканию спасительного золота, но никому не ведомо место, где оно находится, и никто не знает, где искать страну Пунт.

– Это всего лишь метафора!

– Я все же продолжу свои поиски. Меня не оставляет надежда, что удастся найти что-нибудь важное. А вдруг отыщется какая-нибудь подсказка!

– А что решил фараон?

– Виновник наших несчастий, вероятнее всего, некий бунтовщик, присвоивший себе имя Провозвестника, который будоражит Ханаанскую землю. Сесострис отправил туда единственного сына, поручив ему узнать местонахождение бунтовщика. Только узкий круг ближайших и самых верных друзей Великого Царя, не считая вас и меня, в курсе этого предприятия.

Исиде предстояло исполнить исключительно деликатную миссию: попытаться осуществить постоянное наблюдение и убедиться, что ни один из постоянных или временных жрецов Абидоса не состоит в сговоре с врагом. Фараон, полностью доверяя своему Верховному Жрецу, позволил Исиде поставить его об этом в известность.

– Во время твоего отсутствия я ничего необычного не заметил, – сказал Безволосый. – Каждый предельно честно старался исполнить свой долг. Да и каким образом демону удалось бы прокрасться к нам? Да еще затесаться в наш круг!

– Мастера из храма Хатхор в Мемфисе подарили мне один драгоценный предмет. Мне хотелось бы проверить его действенность…

Исида и Безволосый вышли из святилища Сесостриса направились к Древу Жизни, в глубь священного леса Пекер. Так же, как и в любой другой день, небольшое число постоянных жрецов старательно занимались своими делами. Чтобы удерживать духовную энергию, источавшуюся в этом месте, и поддерживать жизненную связь со светоносными телами, Служитель КА исполнял культ предков. Жрец, которому было поручено совершать возлияния холодной воды, обходил все жертвенные столы, не пропуская ни один. Жрец, обладавший даром провидения, следил за правильным исполнением таинств, а тот, кто надзирал за целостностью Великого Тела Осириса, проверял печати, наложенные на врата его гробницы. Что же касается музыки, призванной воспевать Божественную Душу, – семь жриц исполняли созвучную небесной гармонии мелодию.

Фараон, хранитель золотой таблички и формул знания, открытых на Абидосе, ежедневно произносил – где бы он ни находился – тайные слова, не давая тем самым силам зла осуществить разрыв цепи откровений.

Безволосый и Исида совершили возлияние воды и молока к корням священной акации. В ней теплилось теперь лишь несколько слабых следов жизни. Вокруг Древа молодые акации, посаженные по четырем сторонам света, пытались хоть как-то поддержать действие благотворных сил.

– Можешь ли ты оставаться в этом Древе, Осирис? – жалостно воскликнул Безволосый. – О, пусть это Древо все же поддержит связь между небом, землей и глубинами, пусть оно даст свет посвященным и процветание любимой богами земле!

Исида провела ритуал представления священной акации великолепного зеркала из серебряного диска с ручкой из яшмы, украшенного ликом богини Хатхор. Тонкие полоски золота окружали инкрустацию из ляпис-лазури и сердолика.

Жрица подставила диск солнцу, чтобы направить ласкающий луч на верхушку Древа Жизни. Зеркало послало великому больному немного тепла, но не обожгло его. Эту процедуру нужно было вести очень осторожно и не слишком долго, чтобы не навредить.

Благодаря ритуалу с глиняными шарами, олицетворявшими солнечное око, фараону удалось усилить магическое ограждение вокруг акации. Теперь до него не дойдет ни одна волна тлетворной энергии. Ах, но не слишком ли поздно приняты все эти меры?!

Исида положила зеркало в одной из часовен храма Осириса. В той самой, в которой размещалась ладья, используемая во время исполнения великих таинств. По словам Безволосого, небесный прототип этой ладьи не мог больше полноценно совершать свое плаванье. Поэтому, чтобы не дать ей уплыть в неведомые дали, фараон поручил Исиде дать каждой из частей ритуальной ладьи имя и тем сохранить ее целостность. Этот прием, предусмотренный для крайних случаев, поддерживал жизнь одного из основных символов Абидоса, источника энергии, необходимой для процесса воскрешения.

Городок Земля Выносливых был выстроен по строгому плану, и план этот был разработан самим Сесострисом. Каждая улица была шириной в пять локтей, обмазка домов тщательно подобрана, а каждое жилище, как и двор, сложено из кирпича. Дома были довольно просторными, с гостиными и личными покоями. Фасадами они были обращены к пустыне. В юго-западном углу городка располагалась обширная [2] резиденция управителя.

Исида жила в четырехкомнатном домике, деревянные двери которого были украшены известняковой рамкой. Белизна внешних стен и яркие цвета интерьера создавали захватывающий контраст. Простая и прочная мебель, каменная и керамическая посуда, льняное белье, – однако материальное благополучие нисколько жрицу не занимало. По статусу ей была положена служанка, обладавшая кулинарным талантом. Это избавляло Исиду от домашних хлопот.

Северный Ветер, лежа у порога, сторожил жилище своей новой хозяйки. Весь Абидос уже знал, что животное Сета сегодня получило – на условиях соблюдения благоговейной тишины – статус временного жильца.

– Ты смертельно голоден, правда?

Ослик поднял правое ухо.

– И все же сегодня вечером мы оба попостимся. А завтра я прикажу приготовить тебе плотный завтрак.

Они прогулялись вместе по пустынной дороге, любуясь заходом солнца. Его лучи окрашивали в розовый цвет старый тамариск. Название этого деревца – iser – напоминало имя Осирис. Порой веточки его клали в саркофаги, что ускоряло процесс превращения мумии в светоносное тело. Могучий тамариск господствовал даже над сушью пустыни, потому что его корни черпали воду из глубин первозданного моря.

Исида помолилась и попросила Осириса оказать свое покровительство Икеру и указать ему верный путь в опасной земле, где каждое мгновение он рискует своей жизнью ради спасения жизни Осириса, ради спасения Абидоса и Египта в целом.

4

Секретарь Дома Царя Медес, широкогрудый колченогий человечек лет сорока с прилизанными на макушке смоляными волосами, обладал невероятной активностью. Он придавал форму решениям, принятым фараоном и его советом, а затем эти решения распространялись по всей стране. Ошибок своим подчиненным Медес не прощал.

Медес был страшно горд тем, что получил это свое назначение, потому что оно делало его одним из самых высокопоставленных чиновников государства. И все же у него были более высокие честолюбивые планы. В частности, ему хотелось войти в состав учреждения, которое являлось жизненным центром власти. И вовсе не ради того, чтобы лучше служить этой власти, а для того, чтобы ее разрушить. Задача избавиться от Сесостриса отнюдь не казалась ему простой, и провал последнего покушения на жизнь монарха ясно демонстрировал глубину и прочность его магической защиты. Но чиновник Медес был не таким человеком, чтобы отказываться от своих планов. Тем более что теперь у него появился такой союзник, как Провозвестник – странный и опасный тип, которому предстояло уничтожить трон фараона.

Медес первым приходил на работу и последним уходил из здания администрации. Он вел себя как строгий и ответственный чиновник, которому не может быть адресован ни один упрек. Восстановив должность визиря, которая была отдана Кхнум-Хотепу, царь ограничил полномочия Секретаря Дома Царя. Кроме того, старик Кхнум-Хотеп в совершенстве владел искусством государственного управления и исполнял свои обязанности как нельзя лучше, выказывая абсолютную преданность фараону, с которым некогда собирался воевать. Осторожный Медес старался не превышать своих полномочий и не задевать визиря. Он во всем беспрекословно ему повиновался и ни разу не дал ни единого повода к недовольству, потому что Кхнум-Хотеп был ушами монарха.

вернуться

2

Размером 53 X 82 м.

5
{"b":"30836","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Кремль 2222. Покровское-Стрешнево
Краудфандинг. Как найти деньги для вашей идеи
Заложники времени
Замок мечты
Сила притяжения
Женщина в окне
Тварь размером с колесо обозрения
Против всех