ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Прием в Мемфисе превзошел все ожидания Медеса. Сесострис, легендарный герой, объединил Север и Юг, усмирил Сирийскую Палестину и Нубию! Его популярность могла сравниться только со славой фараонов эпохи Великих пирамид.

В его честь слагали поэмы, а сказители наперебой прославляли его подвиги.

Сам же фараон продолжал оставаться суровым, словно все его многочисленные бесспорные победы казались ему призрачными.

Как только супруга, успокоенная лекарствами доктора Гуа, погрузилась в сон, Медес отправился к ливанцу.

Он осторожно осмотрелся вокруг.

Ничего подозрительного.

– Мы можем говорить без опаски? – беспокойно спросил Медес своего весьма раздобревшего со времени последней встречи сообщника.

– Несмотря на небольшой успех Собека, никаких серьезных проблем не возникло. Благодаря строжайшей конспирации мы вне подозрений. Но, увы, ваше долгое отсутствие нанесло очень чувствительный урон нашим кошелькам!

– Я попал в заложники к фараону… Зато мое примерное поведение сделало из меня уважаемого и незаменимого чиновника.

– Тем лучше для всех нас! Расскажите, что на самом деле произошло в Нубии?

– Сесострис победил все племена, усмирил регион и построил целую череду неприступных крепостей. Нубийцы отказались от завоевания Египта.

– Досадно. А Провозвестник?

– Он исчез. Я надеялся, что вы связаны с ним…

– Вы считаете, что он мертв?

– Нет, так как знак на ладони у Жергу загорелся как раз в тот момент, когда тот усомнился. Провозвестник не замедлит дать нам новые инструкции.

– Вот именно, – сказал глубокий мягкий голос.

Медес даже подскочил.

Провозвестник стоял перед ним – в тюрбане, с бородой, в длинной шерстяной тунике. Глаза полыхали красным.

– Итак, мой храбрый друг, ты остался мне верен!

– О да, господин!

– Меня не арестует ни одна армия, и никакая сила не превзойдет мою. Счастлив тот, кто это понимает. Зачем Сесострис делал остановку на Абидосе и возглавлял праздник бога Мина в Копте?

Медес радостно улыбнулся.

– Благодаря посланию Жергу, переданному мне с одним из моих быстроходных кораблей, я могу вам это объяснить. Жрица Исида, сделавшая важные открытия в библиотеке Абидоса, на праздновании Мина представляла царицу. Ее часто видели в компании Царского Сына Икера, которого я считал мертвым и который кажется неуязвимым! Кто знает, просто ли это дружба или будущая супружеская чета? Но не это главное. Исида и Икер расспрашивали одного жреца. Кстати, имя этого жреца – Негр из Пунта; это важно. Они говорили о путешествии. Для чего еще нужно путешествие, как не для того, чтобы завладеть золотом, которое скрыто в этой стране? В отличие от большинства, я не считаю эту страну выдумкой.

– Ты не ошибаешься, Медес. Так, значит, организуется экспедиция?

– Да, но не в направлении Пунта! Официально Икер отправляется в карьеры Уади Хаммамат. Его задача – привезти саркофаг и статуи.

Провозвестника это не убедило.

– Нет, друг мой. Негр из Пунта потребовал отыскать почитаемый камень, без которого дорога к Пунту закрыта.

Теперь Медес понял, почему экипаж «Быстрого» потерпел неудачу. Не помогло даже обещанное принесение Икера в жертву богу моря!

– Значит, этот проклятый писец имеет все шансы на удачу?

– В этом я сомневаюсь.

– Со всем уважением к вам, господин, но этот проходимец нам уже навредил достаточно!

Провозвестник рассмеялся.

– Икер – всего лишь человек. И на этот раз одной его храбрости будет мало. И все же мы сделаем так, чтобы ни одно египетское судно не могло добраться до Пунта.

Появилась прекрасная Вина. Под ее туникой угадывались толстые повязки.

– Она тоже выжила. Сесострису даже не вообразить, какие жестокие удары может нанести ее ненависть.

Ливанец с наслаждением съел несколько виноградин.

– Собек-Защитник пресекает любую нашу инициативу, – сказал он. – Мне пришлось перестроить значительную часть нашей сети, приказать своим людям сохранять крайнюю осторожность и отказаться от попыток подкупить этого проклятого начальника стражи. Он демонстрирует ужасающую цельность! А его подчиненные умрут за него. Только вы, господин, можете нас от него избавить!

– Твои попытки заслуживают уважения, друг мой. Ну, раз обычные методы бессильны, мы используем другие.

Собек-Защитник не терял времени даром. Теперь и царский дворец, и главные административные здания, включая помещения визиря, стали абсолютно безопасными. Проверяя и перепроверяя персонал, начальник стражи удалил сомнительных служащих. Оставались на посту только испытанные бойцы, известные ему с давних пор. Каждого посетителя обыскивали, и никто не мог приблизиться к фараону с оружием.

Короткое поздравление Сесостриса глубоко задело Защитника.

– Как вел себя Икер, Великий Царь?

– Самым примерным образом.

– Значит, я ошибся на его счет.

– Люди довольно редко допускают, что совершают ошибки. Еще реже они выбирают верный путь и придерживаются его, несмотря на препятствия. Царский Сын Икер как раз из их числа.

– Я не умею извиняться.

– Никто, особенно он, твоих извинений и не требует.

– Он останется в Нубии?

– Нет, я доверил управление регионом Сехотепу. Как только Сехотеп поставит на свое место чиновников, заслуживающих доверия, он вернется в Мемфис. Что же касается Икера, то ему я дал новое поручение, чрезвычайно опасное.

– Вы не щадите его, Великий Царь!

– Ты его защищаешь?

– Я восхищаюсь его мужеством. Даже Несмонту не числит на своем счету столько опасностей!

– Такова уж судьба Царского Сына. Даже если бы я этого захотел, никто бы не смог заменить его. Теперь расскажи, каковы результаты твоих наблюдений?

– Ваш двор – это скопище интриганов, тщеславных завистников, глупцов, претенциозных умников. И среди них всего только несколько верных вам. Зато тщательное изучение их дел привело меня к радостному выводу: среди них нет ни одного союзника Провозвестника. С одной стороны, они слишком боятся вас. С другой стороны, им слишком дороги преимущества их положения и комфорт. Поэтому следует искать где-то в другом месте. Например, городские цирюльники служили у террористов связными. Одни из них сбежали, за другими я строго наблюдаю. Обнаружился новый след: на этот раз водоносы. Конечно, их слишком много, и разработать след нелегко. Арест взяточника из таможни не привел к желаемым результатам. Но по крайней мере жизнь врагу я затруднил. Было бы ошибкой ослабить бдительность. Мемфис – город открытый и космополитичный, поэтому он продолжает оставаться главной мишенью.

Сесострис одобрил действия Собека. Потом он долго говорил с Кхнум-Хотепом, который в отсутствие фараона ежедневно отчитывался перед царицей и прекрасно справлялся со своими обязанностями. Однако старик выглядел усталым и больным. Он хотел вручить Сесострису прошение об отставке, но лишь увидел Великого Царя и сразу же вспомнил о своей присяге. Лишь фараону решать, нужен ли он еще ему. Кроме того, что он будет делать дома, когда нечем будет заняться? Такое будущее не для него. Посвященный в таинства Золотого Круга Абидоса обязан отдать себя целиком своей стране, своему царю и своим идеалам.

Выпрямившись и тяжело ступая, Кхнум-Хотеп вернулся в кабинет. Он будет продолжать выполнять свои функции – такие горькие для его немощного тела, но такие полезные народу Обеих Земель.

46

Выносливый, с хорошо подвешенным языком, он родился и вырос в Копте. Звали его Кхауи, и он себя неумехой не считал. Профессиональный воин, он водил многие караваны через пустыню к Уади Хаммамат и гордился тем, что его команда всегда возвращалась в добром здравии.

И навязать Кхауи что бы то ни было невозможно. Будь то сам Царский Сын Икер, он услышит то, что должен услышать.

– Карьеры – это карьеры! И раз речь идет об Уади Хаммамат, тут уж шутки в сторону. Я всегда давал своим людям пиво и свежие продукты. Я даже превратил часть пустыни в плодородные поля и вырыл водоем. Какая-нибудь банда разбойников не приведет тебя туда, куда тебе надо! Поэтому говорю тебе, что мне нужно: десять писцов, восемьдесят каменоломов, столько же каменотесов, десять хлебопеков и тысяча солдат, которые будут также служить для маневра. И чтоб не было недостачи ни в корзинах с хлебом, ни в кувшинах с маслом, ни в какой другой еде.

70
{"b":"30836","o":1}