ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хладнокровие Медеса успокоило Жергу, а напиток окончательно снял напряжение.

— Дом Царя живет в страхе, — прибавил секретарь. — После неожиданного прибытия генерала Несмонту мне не поручали составлять указы. Из его бесед с царем ничего не удалось узнать, но, кажется, Икера вызывали. Постараюсь разузнать об этом больше. А ты со своей стороны осторожно порасспроси окружение Несмонту. Конечно, там найдется любитель поболтать, гордый тем, что может рассказать тебе о причинах приезда генерала.

Над Абидосом садилось солнце. Исида медленно шла по каменной лестнице, ведущей на крышу храма, где она проведет ночь, изучая небо.

Царь поручил ей отмечать любое подозрительное действие со стороны постоянных и временных жрецов. Юная женщина не без облегчения видела, что каждый из них строго выполнял свои обязанности. Другая задача, гораздо более сложная, требовала от нее всей ее энергии: найти в архивах Дома Жизни сведения, даже самые незначительные, полезные для выздоровления акации.

И именно потому, что один из текстов рекомендовал изучать космос, Исида и собиралась вопрошать звезды, планеты и деканы[29].

Богиня Исида определила все известные ей звезды — каждую на своем месте. Семь Хатхор направляли ее судьбу. Что же до чтения каждого часа — гороскопа, — то оно оставалось государственной тайной, передаваемой от фараона к фараону. Посвященные знали послание тридцати шести свечей, деканы, называемые еще «живыми». Они рождались и возрождались в дуат — звездной матрице, придавая ритуальному году свой ритм.

С помощью искателя, сделанного из пальмового листа, разрезанного в середине, и линейки с нитью, на конце которой был укреплен свинцовый грузик, Исида высчитывала положение небесных тел. Она наблюдала за Хором-небесным-тельцом (Сатурном) — решительной и мощной планетой, не оставляющей никакого места человеческим слабостям; за Хором-который-раскрывает-тайну (Юпитером); за Хором-красным (Марсом), растрачивающим силы; за двойной — утренней и вечерней — звездой (Венерой), которую соотносят с фениксом, носителем света первобытного камня; за Собегом, стоящим на носу солнечной ладьи (Меркурием), открывающим все пути. Вместе все эти планеты создавали гармонию музыки. И эту музыку нужно было научиться слышать, чтобы понимать в космическом мире каждую партию, вечными исполнителями которых были планеты, воспевавшие землю Египта.

Ни одна из планет не подавала Исиде знака тревоги. «Но тогда, — спрашивала себя Исида, — почему же акация больше не живет в гармонии с фазами Луны? По завершении фазы восхождения энергии — на четырнадцатый день — небесное око было восстановлено и блестело в ладье, как ночное солнце, свет среди мрака, способное выявить формы, спрятанные в темноте.

Конечно, Луна следовала своему пути, но ее связь с Древом Жизни прервалась. Да, согласно древним текстам, единственной силой, которая могла вредить солнцу ночи и мешать ему светить, был Сет, убийца Осириса. Сет поражающий, жестокий, опьяняющий, гневный, разделяющий, режущий, сеющий смуту и хаос!»

Исида знала, где его искать: в середине передней ноги быка, в северной части неба[30].

Направив на него маленький скипетр Магию, выполненный из слоновой кости, жрица, осознавая всю опасность своего действия, вопросила его. Беспокоить и вопрошать непредсказуемого Сета значило рисковать: она могла навлечь на себя громы и молнии. Но Исида хотела понять, по какой причине и каким образом он вредит своему брату Осирису, набросившись на его Древо Жизни.

Нерасторжимые околополярные звезды оставались верными сами себе. Они, служанки Осириса, поддерживали силу Сета в рамках гармонии мира. Но зато другие небесные тела, напротив, стали мерцать необычным сиянием.

И вдруг Исида увидела тайную реальность этого пространства, которое она так часто в восхищении созерцала, не ведая ее истинной природы. На фоне из ляпис-лазури блестели драгоценные металлы и камни, подсвеченные сиянием, исходившим от солнечной ладьи. Космос предстал перед ней как огромная лаборатория, где без конца происходили превращения света в жизнь, изливающуюся на каждое существо, начиная с самой Земли. В недрах гор рождались металлы и минералы, пришедшие с неба. Осирис-Луна — солнце среди мрака — заставлял их расти. Именно этот рост Сет, гений зла и руководитель космических сил, и пытался прекратить.

У Исиды внезапно закружилась голова. Она медленно спустилась по лестнице, придерживаясь рукой стены. Было слишком рано, чтобы попытаться получить подтверждение этому открытию, но, может быть, оно даст ей новое оружие против врага.

В полумраке храма она почувствовала чье-то присутствие.

— Кто здесь?

— Я пришел на свое дежурство, — ответил Бега. — Безволосый попросил меня заменить вас и продолжить наблюдения. Вы заметили какие-нибудь изменения в движении звезд?

— Нет, — ответила Исида, не солгав.

Действительно, ни движение, ни положение небесных тел не приоткрыли ей тайну происходящего. Она увидела ее в самом их качестве. Конечно, она могла бы сказать об этом постоянному жрецу Беге, ведь он был известным математиком и геометром, специалистом по звездам. Но потрясенная юная жрица предпочла хранить молчание о пережитом опыте.

При свете свечей Бега заметил, что жрица выглядит изможденной.

— Как вы чувствуете себя, Исида?

— Немного усталой.

— Хотите, я провожу вас в вашу комнату?

— Это не обязательно.

— Я не хочу вам приказывать, но вы должны отдохнуть.

— Как и всем нам, обстоятельства мне это запрещают.

— Разве разрушая свое здоровье, вы вернете здоровье акации?

— Если бы моя жизнь могла спасти ее и жизнь моей страны, я бы, не колеблясь ни мгновения, отдала ее.

— Все постоянные жрецы разделяют эту благородную мысль, — сказал Бега, — и никто не щадит своих сил. Результат этого обнадеживает, потому что акация все еще живет.

— Мы ведем самую опасную войну, и мы ее еще не проиграли.

Глядя, как Исида удаляется, Бега чувствовал себя во власти противоречий. Как не завидовать ее красоте и ее уму? Осторожно и ловко нужно было помешать ей войти в состав иерархии и стать опасной. Ум Исиды уже сейчас столь блестящ, что многие сулят ей высокие посты. К счастью, она лишена амбиций и занята только духовными исканиями, совершенно не думая о власти.

Уж не сделала ли она только что какого-нибудь открытия, которое ее так смутило? Расспрашивать ее опасно, потому что излишнее любопытство удивит и насторожит Исиду. Возможно, Бега своим упорством сумеет ее смягчить или даже превратить в жертву для Провозвестника!

Восход солнца был великолепен.

Исида заметила, что особенно ярко блестит красная дуга, предшествующая новому появлению золотого диска — победителя мрака. Мрак снова был повержен сегодняшней ночью, остаток которой Исида провела в библиотеке Дома Жизни. Вчитываясь в алхимический трактат Имхотепа, глубину смысла которого она еще не познала до конца, юная жрица думала о своем первом опыте, который она сегодня поставит, если разрешит Безволосый.

Когда он увидел в руках Исиды медное зеркало, он не удержался и высказал ей свое неудовольствие.

— Разве ты забыла наш первый долг?

— Нет, не беспокойтесь. Сейчас мы совершим с вами возлияние воды и молока к подножию акации, но прежде мне хотелось бы получить от вас разрешение на выполнение нового ритуала.

— С этим предметом?

— Разве богиня Хатхор не освятила его во время ритуалов посвящения женщин? Мое зеркало — самое простое, и его способность к отражению ограничена. И все же я надеюсь.

— Откуда эта идея?

— От понимания металлической природы неба.

— А-а! Ты уже прошла этот этап... Царь не ошибся.

Ворча, Безволосый направился к акации, вокруг которой росли четыре молодых деревца. Посаженные по четырем сторонам света, они образовывали ограду, защищающую великого больного от новых волн зла.

вернуться

29

Декан — тридцать шесть звезд, составляющих круг, наподобие зодиакального. — Примеч. перев.

вернуться

30

Большая Медведица. — Примеч. автора.

74
{"b":"30837","o":1}